#мистика#проза#любовь#отношения#прошлое
— Ты бы не стал останавливаться, да? — спросила Соня через какое-то время. Дождь практически закончился, и она решила, что можно ехать.
— Не стал бы. Но ведь это не значит, что ты поступила неправильно, — спокойно ответил Илья, — у меня больше опыта.
Дорога была мокрой, но небо стало гораздо светлее, появился явный намёк на солнце. Когда они свернули на просёлочную дорогу, Илья настоял на том, чтобы сесть за руль.
— Замучаешься притормаживать, — пояснил он, но Соня и не собиралась возражать. Она редко проезжала такие большие расстояния и очень устала.
— Сейчас проедем одну деревушку, потом километра два проселочная дорога, потом ещё одна деревушка, потом выедем на трассу и минут через тридцать будем на месте, — сказал Илья, — потерпи ещё немного.
— Всё в порядке, — ответила Соня, — ты хотел рассказать что-то о своей семье.
Илья чуть нахмурился и тяжело вздохнул — явные признаки того, что говорить на эту тему ему совсем не хотелось. Но сделать это, судя по всему, нужно было.
— Я тебе совсем ничего не рассказывал? — спросил он.
— У тебя была сестра, которая умерла, — ответила Соня, тут же задавшись вопросом, а не слишком ли равнодушно это прозвучало. Но, даже если и слишком, то Илья не обратил на это внимания. И, если подумать, то о ее смерти он сам говорил равнодушно и отстранённо. Значило ли это, что ему все равно? Нет. Скорее, наоборот.
— С неё и начнём, — сказал Илья, — Жанна была старше меня на год, но она не родная. Сводная.
Соня подумала о песне «Улица Роз». Жанна из тех королев, кто любит… дальше она не могла вспомнить. Но та Жанна — Жанна из песни, — тоже погибла. Кажется, её казнили.
— Наши родители поженились, когда мне было шесть лет, ей, соответственно, семь. У моей родной мамы сейчас другая семья, мы редко видимся. Она пыталась наладить отношения, но я не видел в этом смысла. Сейчас тоже не вижу. Мы чужие друг другу. Мачеха… Алиса — типичная мачеха из детских сказок: красивая, холодная, расчётливая. Королева-мачеха, — Илья усмехнулся, — я всегда воспринимал её именно так.
Соня мысленно повторила за ним имя мачехи. Алиса. Так звали девушку, которая выбросилась с балкона в тот день, когда Соня первый раз побывала у гадалки. Совпадение?
конечно. Что же ещё, глупая? Конечно, совпадение
— Жанна была другой, — продолжал Илья. Видимо, он никакой связи между именами не видел, — у нас были хорошие отношения, а потом она внезапно… ммм… заболела… и умерла. Никто этого не ожидал, понимаешь? Все было хорошо, и вдруг… — голос зазвучал тише, — холм из песка, деревянный памятник, много венков и много цветов. Но Алиса быстро утешилась. За это я ненавижу ее до сих пор.
Соня подумала, что причина его ненависти заключается не только в этом, но настаивать на подробностях не стала, решила, что он сам расскажет ей. Рано или поздно.
— Я думаю, Алиса будет цепляться к тебе, — продолжал Илья, — не обращай внимания. Или огрызайся в ответ. Поступай так, как считаешь нужным.
— А почему она будет цепляться ко мне?
Илья промолчал.
— Дело в тебе?
Снова молчание.
Они въехали в деревню, состоявшую из одной длинной улицы, по обеим сторонам которой стояли дома. Людей не было. Зато практически у каждого двора Соня увидела железную бочку. Это означало, что вода здесь привозная. Девушка заволновалась.
— А тот город, куда мы едем, — начала она, — твой город, он… не такой, как эта деревня, нет?
Илья покачал головой.
— Там есть все, что необходимо для жизни. Магазины самообслуживания, школы, детские сады… кафе. Ритуальные услуги, — он замолчал. Когда они проезжали мимо одного из домов, Илья сказал.
— В этом доме жила молодая женщина, которую однажды нашли в реке. По официальной версии это был несчастный случай, но на самом деле никто не знает, что с ней случилось. То ли она сама, то ли ей помогли.
— Расследования не было?
— Было. И подозреваемые были, но доказать ничего не смогли. Или не захотели. Говорят, присутствовать на ее похоронах было особенно жутко.
Соня смотрела на дом. Он был явно жилым и ухоженным. На то, что когда-то здесь случилась трагедия, не указывало ничего.
— Я знаю обо всем этом, — продолжал Илья, — потому что папа и мачеха держат совместный ритуальный сервис, единственный в городе, — Соня удивленно смотрела на него и молчала. Новость оказалась неожиданной, хотя, если подумать, то что в этом такого? Ведь кто-то же должен хоронить людей. И все же Соня удивилась бы гораздо меньше, если бы Илья сказал ей, что его родители держат автомойку, например.
— Подростком я подрабатывал в ритуальном магазине при морге, — он усмехнулся, — места на кладбище, гробы и памятники мне продавать не разрешали, конечно, но цветы, венки и корзинки… вполне, — он старался говорить ровным голосом, но Соня отчётливо слышала злые нотки. И кое-что ещё: боль. Но она не стала ничего говорить, понимала, что Илье нужно выговориться.
— Это была её идея, — сказал Илья, — Алиса предложила папе дать мне возможность заработать, — он помолчал, — мне было тринадцать лет…
(продолжение👇)
ССЫЛКА на подборку «Разбитое отражение»