Эфемерная любовь

Глава 3 

  Не могу сказать, что я влюбился в неё с первого взгляда. Нет! Для меня она была просто инструктором, просто женщиной, которая принадлежала другому. Всё произошло гораздо позже. Проходя обучение в отряде, сталкиваясь с ней каждый день, оттачивая своё мастерство, невольно начинаешь прорастать в кого-то. Так рождается дружба или неприязнь, а затем любовь или ненависть.

   Своей мягкостью в общении, без женских капризов, она невольно заслужила уважение среди нас, хотя была достаточно требовательна и получала то, чего нужно было достичь. Многие из нас заглядывались на её стройную, не совсем спортивную фигуру, многозначительно смотрели в её огромные карие глаза, но никто из нас не получил даже намёка или хотя бы маленькой полуулыбки, никакого флирта. Она лишь преданно смотрела на своего мужа с обожанием собаки. И это меня злило больше всего! А он смотрел на неё почти безразлично, почти не видел. 

  Поначалу мы думали, что Василий ведёт себя так при посторонних, но потом с удивлением узнали, что его холодность имеет совсем другие причины...

   В комнате меня поселили с немцем Гансом. Он был высок, строен, голубоглаз и некрасив, как многие арийцы, говорил на русском со смешным акцентом, часто улыбался и был в курсе всего происходящего. 

   Как-то вечером он вернулся с вечерней пробежки и,некрасиво округлив глаза, на выдохе закартавил:

– Игог, та не повегишь! Видель сейчас смешной момент, Василий с фгойлян из бокса лежали в нашем пагк для пгобежка и делать бум-бум. Они думать, что все в постель! Айяай!

– Держи язык за зубами,– грубо ответил ему,– не распространяйся!

  Брови немца взлетели высоко вверх, и он замолчал, лишь покачал головой. Но Ганс не смог удержаться, через неделю почти все в отряде знали, что Василий и врачиха из изолятора – любовники, и поведение мужчин по отношению к Василисе изменилось. Почти все смотрели на неё с сочувствием, а во мне проснулось дотоле неизвестное мне чувство...