13 ноября 1920 года начался Великий русский исход. В тот день генерал Врангель эвакуировал Русскую армию под своим командованием и всех желающих покинуть Крым перед наступлением большевиков. За несколько дней на переполненных кораблях регион покинуло около 150 тысяч человек.
Врангель стал главнокомандующим, когда война уже была проиграна. Фактически его и назначили для того, чтобы отступить с проигранного поля боя. Тот факт, что белые еще почти на год укрепились в Крыму, стал скорее неожиданностью.
Перед Врангелем стояла одна задача — отражать попытки большевиков овладеть Крымом до тех пор, пока не будет подготовлена эвакуация. Потому как в одиночку оставшиеся в наличии силы уже не могли ничего противопоставить 5-миллионной РККА, а западные страны уже сделали ставку на большевиков.
"Дальнейшие наши пути полны неизвестности.
Другой земли, кроме Крыма, у нас нет. Нет и государственной казны. Откровенно, как всегда, предупреждаю всех о том, что их ожидает. Да ниспошлет Господь всем силы и разума одолеть и пережить русское лихолетье." - Врангель, произнеся прощальную речь, погрузился на крейсер «Генерал Корнилов» и отправился инспектировать ход эвакуации во всех портах Крыма.
Эвакуация велась одновременно из пяти портов: Керчь, Ялта, Феодосия, Евпатория, Севастополь. Эвакуироваться могли все желающие, но правительство через газеты заранее предупредило, что будущее — туманно, ни одна страна пока не пожелала принять беженцев, денег нет и содержать беженцев практически не на что, на кораблях будет огромная скученность из-за их нехватки.
И судьба, видимо, хранила их до самого прибытия: 126 кораблей вышло — 125 пришло в чужую землю.
Почти две недели корабли простояли на константинопольском рейде, прежде чем французы (на тот момент распоряжавшиеся на осколках Османской империи) наконец позволили беженцам сойти на берег, разбив лагеря в Галлиполи, на Лемносе и возле Константинополя. Источник.
Из монографии «русского парижанина» Андрея Корлякова «На пути к успеху. 1917–1947» (Париж: ИМКА-пресс, 2005):
...Русские эмигранты доказали, что гибнуть они не собираются, и россказни об их барстве и эксплуататорских привычках — на совести советской пропаганды…
Александр Вертинский:
...Десятки тысяч русских эмигрантов работали на заводах Рено, Ситроена, Пежо и других. Много людей «сели на землю» и занимались сельским хозяйством — и собственным, если были средства, и чужим, если приходилось наниматься...
Число эмигрантов первой, революционной, волны оценивается больше, чем в миллион человек. У большинства из этого миллиона впереди была Жизнь. Источник.
Алла Митрофановна Анненкова в интервью журналу "СВОЙ":
Мы - потомки старой России, чьи родители покинули свою Родину, Русь, в тяжелые годы революции. Здесь, на чужбине, они воспитали нас в русском духе. Их завет для меня и таких, как я, всегда звучал так: "Люби Родину, люби Русь, не забывай, что ты русская". Ушли наши родители в лучший мир, но оставили нам самое дорогое, что у них было, - русский дух, русский языка, богатую русскую культуру, русскую литературу.
В общем-то вот таких русских я имела в виду, когда писала статью "Русские не в России".
Может быть, пример Марии Владимировны спорен. Но не в этом дело. Дело в том, что самые русские люди, не по крови, а в плане культуры, уже век находятся не в России.
#русские