На следующий день се собрались в офицерском клубе.
Гроб стоял на столе, вокруг венки и цветы.
Вокруг стояли курсанты с автоматами, в виде почётного караула.
Все офицеры с жёнами шли, и проходя мимо гроба касались его угла.
Цветы никто не принёс. Их просто неоткуда было брать, но видимо на самолёте привезли много букетов и венков, они то и украшали помещение.
Жеку заставили одеть парадку, которую носят только в почётных караулах. И он один стоял вместе с семьёй генерала.
После прощания с генералом все офицеры подходили к Екатерине Александровне и адмиралу
надевшему чёрный мундир с кортиком, и пожимали руки.
Почти все так же пожимали руку и Жеке, так как принимали его за родственника генерала.
На улице играл духовой дивизионный оркестр. Играл очень качественно, но от этой похоронной музыки хотелось выть на луну.
Когда закончилась процедура прощания с командиром, Елизавета Александровна вежливо но жёстко потребовала закрыть зал с гробом, и прекратить на сегодня все похоронные церемонии.
После этого вся семья села в бухвнку и приехала в дом Елизаветы Александровны.
Во всей дивизии, из всех громкоговорителей раздавалась похоронная музыка. И Жека своими глазами видел, как несколько женщин потеряли возле офицерского клуба сознание.
Нагнетена была такая депрессивная остановка, что все были в ужасном состоянии, от солдат до членов семей офицеров.
Приехав домой Елизавета Александровна позвонила начальнику гарнизона, и потребовала прекратить трансляцию музыки, и соблюдения траура.
На следующий день, все должны были вылететь в Киев самолётом. Для проведения похорон.
Оказывается, утром в Киев выедет целая батарея. И как не странно именно батарея Жеки.
Кто так распорядился было не ясно, но было именно так.
Все снова сели за стол. Жеку поражала холодная решительность Елизаветы Александровны.
Но сидя за столом и слушая её беседу с сестрой и Толиком, Жека понял в чём была причина
такой холодности и решительности.
Елизавета Александровна рассказывала сестре и адмиралу, что всматривалась в каждое лицо
человека подходившего выразить соболезнование.
И смотрела внимательно прямо в глаза,так как хотела понять, кто же из них убил мужа.
Но так и не поняла, был ли убийца в зале, и подходил ли он соболезновать. Единственное, что
она понимала, так это то, что те, кто устроил такие грандиозные похоронные церемонии, перестарались.
Она даже их бы заподозрила, но видела, что офицеры были реально расстроены. Ни кто не ожидал такой быстрой смерти генерала.
Мало того, его реально все любили, у него была такая харизма, что он очаровывал людей прямо массово.
Кроме того, он был не генеральский сыночек, а прошёл путь от солдата до командира дивизии.
А это среди офицеров очень ценилось.
Все опять долго пили чай, ели, и решили лечь пораньше, так ка завтрашний день должен был быть ещё более тяжёлым.