Часто бывает так: приносит мне человек с дачи позеленевшую от времени копейку года этак 1915-го и с горящими глазами заявляет, что нашел немыслимую древность.
Я обычно лишь снисходительно улыбаюсь. Понятно, что для человека, далекого от нашего брата-коллекционера, всё, что отчеканено до революции — уже седая старина.
Но когда ты годами перебираешь альбомы и держишь историю в руках, восприятие времени меняется. Монеты Николая II по своему духу и качеству чеканки мало чем отличаются от современной мелочи.
Даже массивные пятаки Екатерины Великой, при всей их харизме, кажутся просто старыми, но еще не «древними».
Если вы спросите меня, где начинается та самая, настоящая, первобытная нумизматическая старина, я не задумываясь отправлю вас в период с 1730 по 1754 годы.
Это удивительные четверть века, охватывающие эпоху от Анны Иоанновны до Елизаветы Петровны.
Медь тогда выпускалась всего в двух скромных номиналах: денга и полушка. Но сколько же в них очарования!
🔍 Эстетика несовершенных технологий
Почему я так люблю именно этот исторический отрезок? Всё дело в невероятном ощущении ручного, почти кустарного труда, которое несет в себе каждая монета.
В них нет бездушной машинной штамповки девятнадцатого века.
Вот лишь несколько деталей, которые вызывают у меня искренний восторг:
«Пляшущая» толщина. Для современного человека это дикость, но тогда две монеты одного номинала могли отличаться по толщине в два раза! Берешь их в руки и физически чувствуешь, насколько технологии того времени были далеки от идеала.
Уникальный гурт. Забудьте про аккуратные рубчики или гладкие края поздней Империи. На этих монетах накатывали потрясающую гуртовую «сетку», линии которой гуляли совершенно свободно, как им вздумается.
Сказочный орнамент. Замысловатые фигурные розетки, переплетения ветвей, архаичный шрифт — всё это создает ощущение вещи, сошедшей со страниц старых русских сказок.
🦅 Загадки двуглавых птиц
Разглядывание орлов на этих денгах и полушках — отдельный вид медитации. Это сродни детским головоломкам, где нужно найти десять отличий.
На первый взгляд птицы одинаковые, но если вооружиться лупой и начать изучать форму крыльев или когтистые лапы, открывается бездна нюансов.
Главный секрет тут кроется в хвосте. Именно по форме и количеству перьев в хвосте мы определяем конкретную разновидность штемпеля.
За годы чеканки мастера изрезали огромное количество вариантов государственного герба, поэтому найти двух абсолютно идентичных орлов — та еще задачка.
Кто-то из коллег обязательно поправит меня: «А как же петровская медь? Разве она не старше?». Безусловно. Монеты Петра Первого — это потрясающий пласт истории. Но я всегда смотрю на вещи прагматично.
Петровские монеты редки и дороги, в моих запасниках их раз в пятьдесят меньше.
А вот медь 1730–1754 годов чеканилась колоссальными тиражами, она доступна, и именно с нее можно смело начинать погружение в серьезную коллекцию.
📚 Мой путь: от амбиций к здравому смыслу
Вообще, я человек системный: собираю медь строго по номиналам, годам, монетным дворам и ярким разновидностям. Но именно денги и полушки заставили меня пересмотреть свои правила игры.
Дело в том, что микро-разновидностей в этот период столько, что можно сойти с ума. Добавьте к этому состояние большинства дошедших до нас экземпляров — время их не пощадило.
На многих кружочках рельеф затерт настолько, что там не то что хвост орла не разглядеть, там вообще непонятно, куда этот орел смотрит.
Поэтому я принял простое решение: собираю чисто по годам. Закрыть погодную линейку денег и полушек — уже отличная цель. Пока что я осилил едва ли треть от нужного объема (хотя дублей скопилось прилично).
Возможно, когда-нибудь, когда закрою базу, я рискну заглянуть этим птицам в глаза и начать охоту за штемпелями. Но оставим этот квест для самых отчаянных фанатиков.
В конце концов, в нашем деле каждый сам устанавливает рамки.
Мы сами решаем, по каким правилам строить коллекцию и какими словами называть потемневшие от времени медные кружочки в своих альбомах — «старыми», «царскими» или по-настоящему «древними».