Найти в Дзене
кардиограмма

ГОСПОДИН ЖУК ТЯНЕТ ПУСТЫШКУ

ГОСПОДИН ЖУКТЯНЕТ ПУСТЫШКУ Продолжение Некто Юрий Жук из Москвы приписал эту надпись на обоях руке моего старого знакомого красного латышского стрелка Яна Мартыновича Свикке. Наверное я осталась теперь единственным человеком из тех, кто лично знал Свикке, и писал о нём в 90 –е годы, когда было много шума, связанного с похоронами «останков», я опубликовала в «Независимой Балтийской газете» статью под заголовком «Кто же убил Николая Второго?» После этого на меня вышло несколько заинтересованных людей, в том числе Юрий Жук. Он слал мне много писем, звонил по телефону, просил вызова на визит в Ригу… Имя Свикке стало для него откровением. Жук представился бывшим «опером», даже доктором каких-то наук. Позже он стал присылать свои книги. Они состояли из архивных документов , фотографий и его собственных коротких резюме примерно в 50 строчек. Например, «Маузер Ермакова» И вдруг совершенно неожиданно для меня в одной из книг бездоказательно назвал Я.М.Свикке автором пресловутой надписи на о

ГОСПОДИН ЖУКТЯНЕТ ПУСТЫШКУ

Продолжение

Некто Юрий Жук из Москвы приписал эту надпись на обоях руке моего старого знакомого красного латышского стрелка Яна Мартыновича Свикке. Наверное я осталась теперь единственным человеком из тех, кто лично знал Свикке, и писал о нём в 90 –е годы, когда было много шума, связанного с похоронами «останков», я опубликовала в «Независимой Балтийской газете» статью под заголовком «Кто же убил Николая Второго?» После этого на меня вышло несколько заинтересованных людей, в том числе Юрий Жук. Он слал мне много писем, звонил по телефону, просил вызова на визит в Ригу… Имя Свикке стало для него откровением. Жук представился бывшим «опером», даже доктором каких-то наук. Позже он стал присылать свои книги. Они состояли из архивных документов , фотографий и его собственных коротких резюме примерно в 50 строчек. Например, «Маузер Ермакова» И вдруг совершенно неожиданно для меня в одной из книг бездоказательно назвал Я.М.Свикке автором пресловутой надписи на обоях.

Моему возмущению не было предела.

(Продолжение следует).