Король Франции остолбенел, словно его огрели дубиной по голове. Но его молодая жена была непреклонна: или Генрих так, как хочет Анна, или она отказывается исполнять свои супружеские обязанности. Не помогли и ссылки на придворных медиков, уверявших, что грязь защищает тело от проникающих сквозь поры болезней, а грязь уничтожает эту естественную защиту организма. Но Анна была непреклонна: "Либо поступаем по моему, либо наследников родишь сам! Принимай ванну и смени одежду" Король представил, какой град насмешек ждет властелина, не сумевшего справиться с собственной женой, но вспомнил о необходимости дать государству наследника, и подчинился. Если Анна будет слишком строптива, при дворе достаточно смазливых девиц, которые не станут уклоняться от королевских объятий.
А сама Анна Ярославна с утра едва одолевала отвращение к мужу, от которого несло, словно от дикого зверя. Не лучше пахло и от баронов и благородных рыцарей, которые в предыдущий раз встречались с водой в крестильной купели. Улицы Парижа, по которым струились потоки нечистот, напоминали помойки, а лица горожан носили явственные следы оспы. С тоской вспоминала Ярославна родной Киев, все жители которого исправно ходили в баню.
Вдобавок прославленный Париж оказался раза в три меньше русского стольного града, а власть короля Франции превращалась в ничто за пределами крепостных парижских стен. Графы и бароны не только считали себя ровней королю, но и периодически шли на него с молвой. Все-таки прав был отец, прозванный Мудрым великий киевский князь Ярослав, который уговаривал матушку не спешить с замужеством Анны! Мало того, король, как и знатнейшие дворяне Франции, оказался неграмотным и с трудом мог нацарапать собственное имя! Сама она, как и другие дочери Ярослава, получила первоклассное образование и умела писать даже по-гречески и латыни.
К тому моменту, когда король и Анна должны были принести супружескую клятву, обещая жить в любви и согласии, кровь Анны кипела. И она отказалась приносить брачный обет, пока ей не принесли для этого написанное кириллическим письмом русское Евангелие. Генрих смирился, надеясь, что после венца и брачной ночи супруга станет покорной. Король не подозревал, что его брак станет таким же "спокойным", как прогулка по минному полю.
В дальнейшем ему приходилось принимать ванну каждый раз перед тем, как он собирался лечь в постель с женой, терпеть присутствие при дворе русского священника и мириться с тем, что Анна стала учить их единственного сына и наследника грамоте. Мирился он и с тем, что Анна настояла на том, чтобы мальчика назвали Филиппом, именем, невиданным в королевском роду. Он не подозревал, что так звали служившего в дружине Ярослава молодого викинга, по которому втайне томилось девичье сердечко.
Генрих погиб на охоте, когда маленькому Филиппу не исполнилось и десяти лет. До совершеннолетия Филиппа королевством правила его мудрая матушка, которую прозвали Анной Русской. А Евангелие, на котором клялась Анна, до сих пор хранится в одном из музеев Парижа. Но это уже другая история