Япония ежегодно бьет в набат о снижении рождаемости в стране. Новостные каналы наперебой транслируют истории о японцах тридцати лет и старше никогда не вступавших в брак, не имевших длительных отношений с партнером или даже близости. Проблема страшная, статисты уверяют, что Япония мировой лидер по темпам старения населения. И вроде бы суета в сми, и слезы горючие правительства, но что же видит средний японец каждый день?
А видит средний японец идеальный lonely world-мир одиночек. Каждый житель страны восходящего солнца скажет вам, что именно одному жить наиболее комфортно. Что продукты фасованы на одного, что в кафе все больше одиночных мест и в ресторан с детьми не пускают (шума много). Старый уклад - один мужчина добытчик, а женщина домохозяйка, уже для японца неподъемный, а новый никак не приживётся. Одиночные прогулки, отсутствие необходимости общаться и знакомиться, и быт, полностью переделанный под одного человека- невероятно комфортны, привычны и так тяжело менять.
Архитектор Акихиса Кирата один из представителей творческой элиты нулевых, который подхватил эстафету и обрядил повседневное одиночество японца в стильную упаковку.
Акихиса родился в крупном, третьем городе по населению в Японии – Осака в 1971 году. Сейчас ему 51 год.
После получения степени магистра технических наук в Киотском университете в 1997 году он работал в компании Toyo Ito & Associates. Достаточно крупное архитектурное бюро под руководством Тоёо Ито.
Набравшись опыта и вдоволь напрактиковавшись в учениках Акихиса открывает свое собственное бюро В 2005 году Akihisa Hirata.
В 2007 году Акихиса строит свое самое знаменитое пространство Саругаку в Токио. Комплекс коммерческих и жилых пространств.
Получилась группа стильных сооружений, органическая архитектура, иллюзия горы с пещерами. Опасная иллюзия сопричастности одиноких людей, разделенных стеклами. Ты вроде бы не один, вот напротив, через пролет в стекле видно силуэт, силуэт, который успокаивает, силуэт абсолютно постороннего человека.
В 2017 году бюро Акихиса строит новый жилой комплекс «Дом на дереве» в Токио. Дом предназначен для нескольких поколений одной семьи.
Вот такие концепты были подготовлены архитектором. Семьи на них не видно. Очевидно, что образ творца одиночки более актуален и для автора, и для среднего японца. Разработаны индивидуальные пространства для каждого члена семьи, общих зон минимум. Такое ощущение покоя и комфорта отлично продается, гораздо лучше, чем образы итальянских семейств с тремя поколениями за одним столом или американских пар в минивэне с собакой и парой беспокойных ребятишек на заднем сиденье. Шум, гам, следы шоколада, грязь на ковре, разные поколения женщин на кухне. Это все для кого-то другого, точно не для японца.
В 2017 Акихиса спроектировал очень эстетичный жилой комплекс в городе Тайбэй.
Идея все та же, небольшие индивидуальные квартиры, максимум для пары, у каждого личная веранда и минимум общих пространств. Никаких зон для совместного просмотра кино или спорта как в американских билдингах. Не подумайте превратно, я фанатка японской эстетики архитектуры и дизайна мебели. Но в последнее время часто задумываюсь, на сколько среда влияет на наше принятие решений, образ жизни и мировоззрение.
На данный момент стал абсолютно очевидным конфликт интересов нации и индивидуума. Очень хочется японцам, чтобы японцев было больше. Но проблема ограниченной территории, с которой началась застройка мини квартирами переросла в новый образ жизни, комфортный, может быть эгоистичный, может быть иногда приводящий к депрессии, но очень удобный большинству.
А благодаря талантливым архитекторам, дизайнерам, художникам идея одиночества была обёрнута в подарочную упаковку. Идеальный покупатель идеального мира Акихиса Кирата - человек слегка за 30, профессионал полезный обществу, способный одиночеством наслаждаться. Заманчивая картинка, в которой есть только ты, твоя жизнь и удовольствие, и ответственность только за себя самого.
Одному быть стало просто, модно, инстаграмно, кайфово. Комфорт одиночества доведенный до абсолюта.
Прошу прощение если допустила ошибки в японских названия и именах, в разных источниках разные транскрипции и переводы.