Императрица поклонилась императору.
- Я принял тебя сейчас, так как мне сказали, что дело срочное. – Сказал строго он.
- Простите меня за мою поспешность. Но дело касается Принцев и я решила, что это не терпит отлагательств. – Ответила императрица. Ее немного покоробил тон, каким говорил с ней император. Но она решила, что ничего не скажет про это. – Уже пришло время подбирать для них евнухов. И, я прошу вас, дать мне на некоторое время евнуха Хи.
- Евнуха Хи? – Удивился император.
- Верно. Евнух Хи… под его присмотром воспитывался ваш отец и вы. Кто, как не он знает лучше других о том, какими должны быть евнухи у Принцев. Я прошу его у вас не на всегда. Я только для того, что бы он подготовил евнухов для принцев и, конечно же, помог их отобрать.
Император задумался на некоторое время. А после кивнул.
- Это очень мудрое решение обраться именно к евнуху Хи. – Сказал он. – Конечно же, он займется этим делом.
- Я благодарю вас, ваше императорское величество. – Поклонилась императрица.
- Так же… я хочу что бы вы проследили за тем, что бы мои Принцессы ни в чем не знали обиду. Я не хочу что бы они росли чужими своим братьям. Но и матери их должны понимать, что придет время и их дочери покинут Запретный город. Особенно уделите внимание тому, не пытаются ли матери привязать своих дочерей так, что после возникнут проблемы.
- Да, ваше императорское величество. Мне жаль, что я сама не подумала об этом. Я прослежу за этим вопросом. Среди нянечек принцесс все преданны императорской семье, но я проинструктирую их дополнительно и сделаю это лично и в присутствии матерей принцесс, что бы после не возникало никаких разговоров и пересудов.
- Так же и принцессы должны понимать, что даже покинув Запретный город они остаются моими дочерьми и должны даже в дали от дома верно служить империи. – Сказал император. – Я не хочу в будущем неприятностей.
- Да, ваше императорское величество.
- Так же, Благодетельная Жена более не зайдет в мои комнаты. – Сказал император. – В этом более нет необходимости. Сообщите об этом ей лично. Но она не будет лишена моего внимания.
Императрица поклонилась. И вскоре покинула кабинет императора.
Возвращаясь в Запретный город она неприятно себя чувствовала. Она была словно дурной вестник. Она посмотрела на даму Яо, но та была последнее время очень задумчива и все больше молчала.
«И о чем она думает?» - Спрашивала себя Лилинг. – «Могу ли я ей доверять как прежде? Она после похода так тиха… хотя… разве могу я судить ее за это? кто знает, какие ужасы она видела и что пережила…»
Императрица решила не трогать Донгмеи и дать той время прийти в себя. Евнух Канг так же был задумчив.
- Евнух Канг, отчего же вы печальны? – Спросила императрица.
- Я не печален. Я просто наблюдаю за тем, что происходит. Другие служанки, другие евнухи. Я должен больше слушать, чем говорить. – Ответил евнух Канг. – Очевидно, дама Яо так же заняла наблюдательную позицию.
- Верно. Нельзя сказать, кому мы можем полностью доверять. Время это покажет. – Ответила дама Яо.
- Позовите евнуха Бохая. – Сказала императрица. – Я буду с ним беседовать без свидетелей.
Евнух Канг и дама Яо поклонились и отправились выполнять поручение.
- Доверие императрицы похож на платок, что летает на ветру. – Заметила дама Яо.
- Верно говоришь. Она очень переменчива. Но у нее нет причин не доверять нам. – Ответил евнух Канг.
Тут к ним подошел другой евнух.
- Простите, что отвлекаю вас от важных дел. – Сказал он. – Даму Яо ожидает князь Юань безотлагательно.
- Конечно. – Сказала дама Яо.
- Почему князь так часто зовет тебя? – Спросил евнух Канг. – Ты и раньше часто с ним виделась.
- Это касается безопасности императрицы и принцев. Не ищи там, где ничего нет. – Ответила Донгмеи.
- Очевидно, что все и так на самом виду. – Улыбнулся евнух Канг. – Теперь понятно все…
- Дама Яо, я жду вас. – Напомнил евнух Внешнего Двора.
В итоге Донгмеи пришлось уйти, ничего не ответив евнуху Кангу.
Дама Яо поспешила в тайный сыск, где ее и ждал князь Юань. Она поклонилась и с его разрешения села на стул.
- Как дела в гареме императора? – Спросил князь.
- Все пока присматриваются друг к другу. Хотя… И-Ки-Лан уже успела расстроить Талантливую Жену рассказами о том, как она была счастлива в походе с императором.
- Ясно. Что ж, времени мало, скоро Совет Министров. Но есть сведенья. Ты сама передашь их Нравственной Жене. Лично расскажешь в беседе наедине.
***
В это время императрица внимательно слушала евнуха Бохая. Но вся его речь сводилась к тому, что она не должна чувствовать себя нехорошо от того, что показывает свою власть. К тому же, особенно, если выполняет приказ императора.
- Но я бы советовал вам собрать всех вместе и провести одну беседу для всех. – Сказал евнух. – Лучше всего это провести в Зале Земного Спокойствия. И, все Жены должны присутствовать там, что бы после подобное не нужно было повторять.
Императрица задумалась и кивнула. Это действительно выглядело разумно.
- Но все же, так странно говорить об этом. – Сказала она.
- Дайте время на подготовку. После обеда вы можете всем все объявить. Это ваша воля и это воля императора. И это долг каждой воспитать достойных детей.
Императрица полностью согласилась с евнухом Бохаем и в будущем была рада, что согласилась отложить этот разговор на послеобеденное время и поговорить со всеми вместе. Никто тогда не знал, какие события разыграются в это день в Запретном городе.
***
Совет Министров прошел достаточно быстро. Император раздал поручения. Нужно было восстанавливать империю после войны. Но, особенных проблем не было. Эта война действительно была легкой для Поднебесной.
Так же император объявил о своем решении о казни монгольской принцессы Алимцэцэг и всех, кто помогал ей, без всякого исключения.
- Аю, я бы хотел увидеться с ней. – Сказал император, когда собрание окончилось и он с братьями остался наедине.
- Ваше императорское величество, ничего хорошего вы не увидите и не услышите. – Сказал младший брат. – Я не понимаю, зачем вам это.
- У меня есть причины. – Коротко ответил император.
Цилон словно не спеша спустился в тюрьму.
Но все же, он ненадолго остановился у камеры Ланфен. Та стояла у решетки и словно ждала его.
- Вы пришли. Вы вернули Солнце над нашей империей. – Сказала Ланфен улыбаясь.
- Ты все еще здесь? Почему? Ведь уже стало известно, что это У убил Сун. – Сказал он и посмотрел на Аю.
- Простите, но все же, она безумна. Она тут до осмотра врачей. И все еще считается опасной. Я не могу отпустить ее просто так. И, княгиня Чжао советовалась со мной по этому вопросу. Так же нужно узнать, примет ли ее муж. Много вопросов с Ланфен нужно решить. – Пояснил Аю.
- Ясно. Разбирайся с этим и не затягивай. – Сказал император.
- Ваше солнце сияет ярко. ДА вот не все лучи-то ваши! Скоро вы все увидите. Вы увидите, да не поверите, вы услышите и не поверите. Вы узнаете и откажетесь принять, хотя истинна будет едина. – Сказала Ланфен.
Цилон посмотрел на Аю. Тот подошел близко и прошептал.
- Я про это и говорю император. Она несет всякий бред про императорскую семью. Выпускать ее просто опасно. Ведь многие ее считают провидицей, а она просто потеряла разум. – Прошептал Аю.
- Про это и писала тебе Гонконг? – Спросил император.
- Да. Она хотела тут же отпустить Ланфен. Но… как вы видите…
Император кивнул и последовал дальше.
Алимцэцэг сидела на матрасе, что лежал на полу. Она не обращала внимание на то, что кто-то проходит мимо, но сейчас она прислушалась к шагам, которые приближались к ней. И, повинуясь порыву, с трудом встала.
Скоро она увидела императора.
- Значит, я не ошиблась… это вы. – Сказала Алимцэцэг.
Цилон смотрела на нее. Исхудавшая и бледная. Все черты лица словно заострились, глаза словно погасли. Но все же, у нее так же, как и в тот день, когда они впервые увиделись, были заплетены косы, поднятые к верху и свисающие двумя барашками. Даже тут, находясь в камере, без какой-либо надежды, она сохраняла не только достоинство, но и красоту. Как могла, так и сохраняло.
- Да, это я. – Сказал император.
- Вы пришли что бы освободить меня? – С надеждой спросила Алимцэцэг.
Все ее спесь и ненависть куда-то вдруг делись. Исчезли, словно и не было ее. Она смотрела на этого возмужавшего императора.
Удивительно, что когда-то они были так близки. А теперь так далеки, что не соединит их, наверное ничто.
Или соединит?
Шальная мысль пронеслась в голове у Алимцэцэг. ведь раз император тут, то может быть вновь она станет его Женой. Вновь будет носить то, чужое для себя, но родное тут имя. Тогда и для нее оно, наконец, станет родным. Ведь больше нет причин ему сюда приходить?
Тяжело далась ему война. Это Алимцэцэг слышала по его шагам. Все те же, но только вот более тяжелые… тяжелым грузом лежала на нем та война.
- Ты слышала? – Спросил Цилон. – Теперь Монгольское ханство моей империи служит.
- Мне… - В горле принцессы все вдруг пересохло и она тяжело сглотнула. – Мне рассказали об этом. Я знаю об этом давно, до вашего возвращения в Запретный город. А про то, что вы вернулись я… я услышала… такой праздник был.
- Верно. Был большой праздник. До сих пор люди радуются и гуляют.
Воцарилась молчание. Аю, что отошел подальше, что бы не мешать своим присутствием, вдруг понял, почему император пришел сюда. И ему не хотелось теперь тут быть.
- Цилон, почему ты молчишь? – Спросила принцесса. Она подошла к решетке и схватилась за прутья. В голосе ее было столько мольбы и столько надежды.
- Как тогда, когда ты была тут в первый раз. – Сказал Цилон. – Я не хотел принимать тебя. Матушка настаивала на том, что бы отправить тебя обратно.
- Я помню. Было очень холодно. Я так замерзла в тот день. – Сказала Алимцэцэг. – И мне сказали, что я вернуться должна. И я хотела. Так хотела вернуться в родные для меня края. Но я не могла.
- И ты говорила со мной. Уверенная, гордая, одинокая. Ты мне не понравилась. Совсем не понравилась. Мне показалась ты некрасивой. Не таких девушек и придворных дам я привык видеть.
- Тогда почему ты оставил меня? – Спросила Алимцэцэг.
- Я подумал, что мы могли бы подружиться. Ведь в тебе было столько силы воли… но я ошибся. Нужно было отправить тебя домой. Тогда… ничего бы этого не было.
Алимцэцэг посмотрела на него и вдруг поняла. Она поняла, что не будет отныне никогда свободна. Она поняла, что доживает свои последние минуты.
И ей вдруг стало так стыдно. Стыдно за свою слабость. Она выпрямилась и убрала руки с решетки и посмотрела на императора гордо, так как могла.
- Мне жаль, что ничего не получилось. – Сказала она ровным голосом. – Мне жаль, что все случилось так, как случилось. Я не должна была идти на уступки вашей матери. Если бы не ноги, то я бы родила здорового сына. И тогда, через некоторое время здесь бы царили мои порядки, порядки моего отца.
Цилон видел перед собой всю ту же Алимцэцэг, что пришла в его дворец много лет назад, в тот морозный день.
- И мне жаль, что я не казнила ее. Не казнила эту Гонконг. Как же ее у нас ненавидят. Никого так, как ее. Только она могла их сберечь. И ты ее выбрал для этого. Будь кто другой – ты бы тут сидел, ни я!
- Я сделал правильный выбор и принял верное решение. – Сказал император.
Он развернулся и вышел из тюрьмы, но перед этим посмотрел на Ланфен, что отрешенным взглядом смотрела в стену камеры.
- Ее тоже. Только без огласки. – Сказал император своему брату. – И не затягивай с этим.
Аю кивнул. Ему было немного жаль Ланфен, но он понимал, насколько опасны ее бредни.
Алимцэцэг вывели на площадь, где зачитали все обвинения, которых было не мало. Но покушение на жизни принцев, императора, наложниц гарема, преступления против империи… одно обвинение тяжелее другого.
Теперь она стояла под палящим солнцем, совсем не таким, как оно было тогда, когда она приехала в эту империю.
Она не боялась смерти. Никогда не боялась. Но ей было жаль умирать так далеко от дома. Это было последнее, о чем она подумала, когда холодный клинок коснулся ее шеи.
Служанка Бию же плакала до самого последнего момента. Она так надеялась на прощение. Но ее не простили.
Ланфен же принесли в камеру яд. Она посмотрела на своих стражников ясными глазами. Взяла чашу в руки.
- Наконец все получат свободу от меня. – Сказала она и выпила содержимое чаши.
Когда Дангу сообщили о смерти его супруги, именно свободу он и почувствовал. И вся его семья вздохнула с облегчением. Теперь они найдут Дангу другую жену, которая станет матерью его сыну.
И даже родители Ланфен вздохнули с облегчением, обрадовавшись, что этот позор теперь закончен. Казалось, что никому не было жаль ее.
#восток #гарем #китай #любовнаяпроза #любовьиромантика #любовьиверность #интриги #история