Я направляюсь обратно в офис, но, заметив знакомый поворот к дому Агаты, мои руки сами вращают руль в его сторону. Останавливаюсь во дворе многоэтажки. Выбравшись из машины, прислоняюсь к ней и достаю телефон. Сердце часто стучит. Зачем я сюда приехал? Это чересчур... Надо было возвращаться на работу!
Верчу в руках телефон, раздумывая, набирать ли номер. На большой детской площадке раздается визг, и я на секунду поднимаю глаза. На одной из лавочек, в метре от яркой винтовой горки, замечаю знакомую фигуру. Улыбаюсь и все же делаю звонок.
— Да, — наблюдаю со стороны, как Агата поднимает трубку и отвечает мне.
— Привет, — усмехнувшись, начинаю шагать к ней навстречу.
— Привет.
— Я хотел бы увидеть тебя. Буквально на десять минут. Сказать кое-что, — объясняю, становясь все ближе. — Знаю, у тебя выходной. Был в ресторане. Можно, заеду домой?
Агата медлит с ответом, а я уже совсем рядом. Только она смотрит в другую сторону и не замечает меня.
— Я уехала по делам, — неожиданно слышу в трубке, — сейчас не получится.
Улыбка сползает с моего лица, и я отключаю вызов.
— Очень жаль. Может в другой раз? — спрашиваю, стоя у лавочки.
Агата резко оборачивается и бледнеет. Смотрит на меня широко распахнутыми, испуганными глазами. Ее губы вздрагивают, и она быстро втягивает ртом воздух. Подобная реакция неприятно удивляет меня. Становится даже неловко. Зря я приехал!
Агата поднимается с места и делает шаг навстречу. Пытается улыбнуться, но выходит как-то вымученно. Я уже готов сквозь землю провалиться!
— Привет. Прости. Хотела сегодня провести день в одиночестве, — смущенно произносит. Нервно заправив волосы за ухо, скрещивает перед собой руки.
— Это ты меня прости. Не стоило так являться, — всматриваюсь в ее озабоченное лицо. Неужели ей так не хочется меня видеть? Может, у нее неприятности, а я просто некстати? Спрашиваю вслух: — У тебя все в порядке?
— Да. Все хорошо, — спешит заверить, но скрыть от меня жуткое напряжение ей не удается. — Я ведь работаю с людьми, поэтому на выходных стараюсь от них отдохнуть.
Агате приходится повысить голос. На площадке, забравшись по ступеням на самый верх горки, один мальчишка громко привлекает к себе внимание мамы.
— Чтобы не перегореть, — договаривает она.
— Поэтому сидишь здесь, на лавочке, и наслаждаешься безлюдной тишиной, — усмехнувшись, с пониманием тяну слова. Бросаю красноречивый взгляд на горку. Сорванец на ней уже теряет терпение. Его "мамочка, посмотри, как я умею" звучит крайне настойчиво.
— Здесь мне не надо ни с кем общаться, — пожимая плечами, объясняет Агата. Она вновь запускает пальцы в волосы. Поправляя непослушные пряди, поторапливает меня: — Так что ты хотел? Мне уже нужно идти.
На площадке, наконец, становится тише. Подхожу чуть ближе, опускаю ладонь на спинку лавочки и пытаюсь подобрать слова:
— Я просто хотел извиниться. Мы странно тогда расстались. Ты была огорчена. И вполне справедливо. Но, поверь, меньше всего я хотел тебя обидеть. Просто я очень рад вновь с тобой уви... — растерявшись, обрываю речь.
Возле нас вдруг возникает мальчишка с горки. Бросает на меня мимолетный взгляд. Затем дергает Агату за рукав куртки, и, хмурясь, высказывает недовольство:
— Мама, я тебя зову-зову!
Резко поднимаю глаза. Все эмоции, с которыми Агата встретила меня сегодня, вдруг обострились в ней до предела. Белая как полотно она смотрит на меня так расстроено, так обреченно. В моей же голове проносятся миллионы вопросов. У нее есть сын? Почему она это скрыла? Почему не отвечала, когда он звал ее с горки? Не хотела, чтобы я его видел?
Читать "Его право на сына".
