«22 марта 1943 года каратели из батальона СС «Дирлевангер» и фашистские пособники из 118-го полицейского батальона сожгли белорусскую деревню Хатынь вместе с полутора сотнями её жителей»
Мы продолжаем публикацию глав из книги белорусского журналиста и писателя, главного редактора портала «Вместе с Россией» Андрея ГЕРАЩЕНКО «Белоруссия в годы Великой Отечественной войны»
Трагедия Хатыни.
Среди мемориалов, построенных в Белоруссии в память о Великой Отечественной войне, мемориальный комплекс «Хатынь» занимает совершенно особое место. Это уникальное, полное трагизма место. Впервые попавшие в Хатынь испытывают мощнейшие эмоции. Это трудно даже передать словами – словно вы вошли в дом, где находится пока ещё не захороненное тело вашего близкого друга или родственника, который трагически погиб в самом расцвете сил.
Это место пропитано смертью. Здесь становятся тихими даже самые развесёлые туристы. Здесь не было больших сражений, здесь нет образцов военной техники, архитектурных изысков и примеров героизма и стойкости. Здесь убивали, уничтожали, расстреливали и сжигали ни в чём не повинных людей. Наших людей… Таких же, как мы с вами и наши родные, близкие и просто знакомые.
Это памятник человеческим страданиям, вечное напоминание о военных преступлениях нацизма и о том, что мы должны обо всём этом помнить, чтобы это не повторилось больше на нашей земле. Мемориал, несмотря на свои размеры, кажется каким-то пустым. По нему вечно гуляет ветер. Здесь даже более тоскливо, чем в сохранившихся мемориалах концлагерей. Там хотя бы остались какие-то бараки, там хоть как-то, пусть страшно и далеко не все, но всё же выживали люди. Здесь – только смерть и памятники – большие и маленькие. Памятники убитым и замученным людям, сожжённым деревням. Единственное светлое пятно – памятник уничтоженным деревням, которые были восстановлены после войны.
В Хатыни обязательно нужно побывать. Один раз. Больше никто из людей, не связанных с Хатынью профессионально, сюда, как правило, не возвращается – слишком тяжёлое зрелище. На всякий случай в Хатыни постоянно дежурит скорая помощь.
Перед поворотом на Хатынь многие машины притормаживают, но зачастую так и не решаются заехать. А потом обязательно жалеют, потому что иметь возможность и не заехать - почти то же самое, что не прийти на кладбище к «своим» могилам в поминальный день или на Троицу. Не по-человечески как-то.
22 марта 1943 года каратели из батальона СС «Дирлевангер» и фашистские пособники из 118-го полицейского батальона сожгли белорусскую деревню Хатынь вместе с полутора сотнями её жителей. Это был один из множества страшных примеров реализации на практике разработанного ещё до начала Великой Отечественной войны фашистского плана «Ост», согласно которому четверть белорусского населения предполагалась онемечить, а три четверти подлежали уничтожению.
Мемориал «Хатынь» был построен по инициативе первого секретаря ЦК компартии Белоруссии Петра Машерова – бывшего партизана, который лично был свидетелем ужасов оккупации и фашистских преступлений.
В Белоруссии фашисты сожгли сотни деревень. Почему выбор пал именно на Хатынь?
После распада Советского Союза у нас подхватили подлую идею, рождённую на Западе, о том, что созвучие Хатынь-Катынь вовсе не случайно и советское правительство, дескать, чтобы отвлечь внимание общественности от Катыни, где были расстреляны пленные поляки, построило мемориал с созвучным названием.
На самом деле по воспоминаниям строителей и авторов проекта изначально предполагалось построить мемориал в деревне Вельи в Россонском районе Витебской области - во время войны её сожгли вместе с 450 жителями. В этих краях и партизанил Пётр Машеров. Но он понимал, что деревня слишком далеко от Минска и мемориал будет трудно доступным. Тогда наряду с другими кандидатурами и возник вариант Хатыни, которая располагается относительно близко к Минску и, самое главное, название деревни очень выразительное - от слова «хаты». Именно белорусские хаты и были здесь сожжены нацистами и их помощниками.
Были и другие серьёзные аргументы, которые позволили остановиться именно на Хатыни – деревня пострадала за помощь и связь с партизанами, большинство уничтоженных были невинные женщины, дети и старики. Природа этих мест очень красивая – это тоже учитывалось, как важный элемент будущей композиции для сравнения красоты нашего мира и чудовищности массового убийства. А о Катыни никто тогда ничего не знал. Но гораздо легче выплеснуть ложь, потому что оправдываться всегда труднее.
Тема Хатыни, страдания белорусского народа, цены, заплаченной за победу над фашистами, всегда была очень важной для Петра Машерова. В 1979 году Пётр Миронович принял решение использовать тему Хатыни при возведении станции метро «Парк Челюскинцев» строящегося минского метрополитена, чтобы минчане и гости Минска всегда помнили о произошедшем в Белоруссии. Но после его гибели от этой идеи отказались – новое белорусское руководство, вероятно, подумало - зачем напоминать о смерти и страданиях, когда все стремятся в светлое будущее…
Сам комплекс создавался в несколько этапов. Но все главные и основные работы были сделаны в 1968-1969 годах. Вначале построили ту часть, которая относится собственно к Хатыни. На месте каждого из 26 сожжённых домов установили памятники – бетонные венцы срубов пепельного цвета и обелиски-стеллы в виде печных труб.
На вершине каждой колокол. Колокола звонят каждые 30 секунд. Звон колоколов производит на посетителей очень сильное впечатление. Этого не ожидали даже сами создатели мемориала. Вот как описывает это Л. Левин в своей книге «Хатынь»:
«Вечер накануне открытия мемориала. Колокола решили включить для последней проверки позже, когда на территории не будет ни одного посетителя… Ждём… И заговорила тишина. И ожила Хатынь. Ударил колокол в самом дальнем конце бывшей деревни – там, где сожжённый вишнёвый сад. Будто кто-то глубоко вздохнул, вскрикнул. Звук теряет силу, вот-вот растворится в темноте и тишине, но… Заговорил второй колокол, третий, четвертый… Перезвон колоколов подхватывается с другой стороны деревни. Набат нарастает. Вот уже говорят все 26 колоколов. Стоим ошеломлённые. Сила звукового эффекта превзошла все ожидания. Дрогнула ночь… Снова тишина над хатынской поляной».
На мемориальных досках указаны фамилии жителей. Есть и калитки – они всегда открыты, но в этих домах больше не будет гостей. Сделаны и четыре стилизованных колодца – на тех самых местах, где стояли настоящие. Крыша памятнику сарая, в котором сожгли людей, сделана из траурно-чёрного лабродорита.
Напротив – братская могила хатынцев с Венком Памяти и словами обращения к будущим поколениям.
Но главной доминантой мемориала является шестиметровый памятник – старик держит на руках убитого ребёнка.
Уже 13 февраля 1969 года было принято решение о строительстве второй очереди «Хатыни». Чтобы подчеркнуть, что Хатынь – это в первую очередь символ трагедии геноцида белорусского народа, который вовсе не ограничивается одной деревней, было возведено «Кладбище невозрожденных деревень». На этом кладбище были захоронены урны с землёй из 185 уничтоженных деревень (186-й была сама Хатынь).
Всего же фашистами было уничтожено 619 белорусских деревень вместе с жителями. Но 433 из них были восстановлены после войны. Им посвящён памятник «Символические деревья жизни».
В нишах «Стены памяти» - названия мест массового уничтожения людей с указанием количества убитых и замученных. Символично и название самого памятника, напоминающего известную «Стену плача» в Иерусалиме – помимо белорусов, русских и других советских людей в Белоруссии фашистами было уничтожено и много евреев. В «Стене памяти» говорится об общей трагедии и боли жителей Белоруссии независимо от их национальности.
Был также установлен и Вечный огонь. В его чёрном постаменте место для четырёх ниш, но только в трёх из них растут берёзы – четвёртая отсутствует в знак того, что во время войны погиб каждый четвёртый житель Белоруссии. Это не совсем соответствует действительности, потому что по последним данным погибла треть населения Белоруссии, но ещё одну берёзку не стали трогать, оставив её на прежнем месте.
Торжественное открытие «Хатыни» произошло 5 июля 1969 года – при личном участии Петра Машерова. Но работы продолжались и позже: постоянно уточнялись списки сожжённых деревень, мест массового уничтожения населения, благоустраивалась территория, происходило обновление материально-технической базы мемориала.
К 60-летию освобождения Белоруссии от немецко-фашистских захватчиков в 2004 году по поручению белорусского президента Александра Лукашенко была проведена реконструкция «Хатыни». Появилась фотодокументальная экспозиция «Хатынь», где представлены материалы о зверствах оккупационного фашистского режима в отношении белорусского населения.
Несмотря на всё это, в последние годы не прекращаются атаки на историческую память о войне и сам мемориал «Хатынь» в оппозиционной белорусской прессе и электронных СМИ. В частности утверждается, что немцы не имели никакого отношения к уничтожению Хатыни – её сожгли украинские полицаи-националисты из-за того, что партизаны убили неподалёку от деревни любимца Гитлера Ганса Вёльке. Эта версия возникла потому, что лишь в 1986 году состоялся суд, причём суд закрытый, над командовавшим полицаями 118 карательного батальона Георгием Васюрой – этот палач был найден и арестован лишь в последние годы существования Советского Союза. Подробнее об этом расскажем ниже.
Все эти недомолвки делали своё чёрное дело. Наконец, не реагировать всё это уже было просто нельзя. В 2009 году в Академии Наук Республики Беларусь вышла книга «Хатынь. Трагедия и память», где приведены практически все известные сегодня документы о хатынской трагедии из фондов Департамента по архивам и делопроизводству Министерства юстиции Республики Беларусь, Национального архива, Государственного мемориального комплекса «Хатынь», в том числе и рассекреченные данные Центрального архива белорусского Комитета государственной безопасности.
Завтра не было
Представленные в данном 270-страничном исследовании документы позволяют составить вполне реальную картину того, что происходило в Хатыни 22 марта 1943 года.
В тот день партизаны повредили линию связи между Плещеницами и Логойском (двумя населёнными пунктами неподалёку от Минска в витебском направлении). Это были места традиционной активности партизан отряда «Мститель» бригады «Дяди Васи». Немцы направили туда для восстановления связи два взвода первой роты 118-го полицейского батальона. Но полицаи попали в засаду – были убиты два полицая, многие ранены, но, что гораздо важнее – был убит шеф-командир роты гауптман Ганс Вёльке.
Это был необычный батальон и при всём обилии в нём украинцев не имел к украинским националистам никакого отношения. Дело в том, что так называемый 118 шуцманшафтбатальон был сформирован в Киеве. Состоял он из завербованных советских военнопленных, перебежчиков и уголовных элементов, которые согласились сотрудничать с оккупантами, прошли спецподготовку в различных школах на территории Германии и присягнули на верность Гитлеру.
Руководил 118-м батальоном штурмбанфюрер Эрих Кёрнер, а Георгий Васюра командовал лишь собственно полицаями и без Кёрнера не мог ничего предпринять. Второй же ротой руководил гауптман Ганс Вёльке – чемпион мюнхенской Олимпиады 1936 года по толканию ядра. За его прежние заслуги на фронт Вёльке не отправили – он занимался карательными операциями, причём делал это с особым старанием, потому что вторая рота слыла самой кровавой в батальоне.
После гибели Вёльке командир охранного взвода, бывшый лейтенант Красной Армии Василий Мелешко арестовал лесорубов – жителей деревни Козыри, которых они повстречали по пути перед нападением партизан. Из Логойска прибыла вызванная помощь – часть батальона СС «Дирлевангер», а из Плещениц - другие подразделения 118-го полицейского батальона во главе с Кёрнером и Васюрой. Арестованные люди поняли, что их будут расстреливать и попытались бежать, но 26 человек, убили – скрыться удалось лишь двоим, остальных отправили в Плещеницы.
Партизан настигли в Хатыни. Завязался бой. Каратели применили тяжёлое вооружение. Часть партизан погибло, части удалось уйти. В ярости фашисты окружили деревню, согнали в большой сарай жителей (в основном женщин, стариков и детей) и подожгли его. Когда часть обезумевших от боли людей выломала двери и попыталась бежать, их расстреливали из автоматов и пулемётов. Стрелял из автомата и лично Георгий Васюра.
Затем была уничтожена и сожжена и вся деревня. Погибло примерно 150 мирных жителей, в том числе множество малолетних детей. Согласно показаниям свидетелей, всем командовал штурмбанфюрер Эрих Кёрнер, а помогали ему поляк Смовский и украинец Васюра. В уничтожении Хатыни непосредственно участвовали несколько десятков немцев, которые и руководили действиями предателей, перешедших на их сторону, перепоручив им самую грязную работу.
Вот что представляли из себя эти подонки по воспоминаниям того же Васюры, когда во время суда прокурор, пытаясь уточнить роль немцев, спрашивал, зачем они были нужны в качестве руководителей, если перешедшие на их сторону предатели имели опыт службы в Красной Армии и умели выполнять приказы:
– Да, служили. Но это была шайка бандитов, для которых главное - грабить и пьянствовать. Возьмите комвзвода Мелешку - кадровый советский офицер и форменный садист, буквально шалел от запаха крови. Повар Мышак рвался на все операции, чтобы позверствовать и пограбить, ничем не брезговали командир отделения Лакуста и писарь Филиппов, переводчик Лукович истязал людей на допросах, насиловал женщин: Все они были мерзавцы из мерзавцев. Я их ненавидел!
Но и сам Васюра был ничем не лучше своих поплечников. Батальон СС «Дирлевангер» был многонациональным – помимо немцев, как правило, осуждённых за различные преступления, там были представители и других национальностей. Много было и советских граждан, перешедших на сторону врага. И всё же, отвечая тем, кто стремится обелить именно немцев, специально приведу слова одного из предателей, уничтожавших Хатынь, украинца Ивана Петричука:
– Мой пост был метрах в 50 от сарая, который охранял наш взвод и немцы с автоматами. Я хорошо видел, как из огня выбежал мальчик лет шести, одежда на нем пылала. Он сделал всего несколько шагов и упал, сражённый пулей. Стрелял в него кто-то из офицеров, которые большой группой стояли в той стороне. Может, это был Кёрнер, а может, и Васюра. Не знаю, много ли было в сарае детей. Когда мы уходили из деревни, он уже догорал, живых людей в нём не было - дымились только обгоревшие трупы, большие и маленькие. Эта картина была ужасной. Я должен подчеркнуть, что деревню сожгли немцы, приехавшие из Логойска, а мы им только помогали. Правда, грабили мы её вместе. Помню, что из Хатыни в батальон привели 15 коров.
Сгубила жадность
Очень хотелось бы, чтобы всех участвовавших в жуткой расправе с мирными женщинами стариками и детьми настигло возмездие. Но это не так. Многим бывшим карателям и полицаям после войны удалось скрыться, смешаться с массой людей, спрятаться. Кому-то удалось «легко отделаться»: выдав себя за писарей и поваров, они отсидели по 25 лет и дальше жили нормальной жизнью обычных людей. Кто-то ушёл за границу. А кто-то обнаглел до такой степени, что посмел выдать себя за борца с нацизмом и даже получитьвоенные награды. В то же времякого-то выдало именно стремление их получить.
"Палач Хатыни" Григорий Васюра родился в Черкасской области в городе Чигирин в 1915 году. Работал учителем, а в 1936 году окончил Киевское военное училище связи. Война застала старшего лейтенанта Васюру в должности командира отделения связи укрепрайона 67-й стрелковой дивизии. 28 июня 1941 года он, по данным карточки военнопленного, добровольно сдался в плен во время боёв за Лиепаю, хотя сам он говорил, что пленили его контуженного, в бессознательном состоянии. Так или иначе, но в лагере для советских военнопленных Stalag III-A он уже в первые дни согласился сотрудничать с немцами. В феврале 1942 года, по собственному желанию, был отправлен в специальную школу пропагандистов, руководимую Рейхсминистерством оккупированных восточных территорий. В июне 1942 года Васюра был освобождён и получил право свободно перемещаться по всей территории Третьего Рейха. А после окончания школы в октябре был направлен в Киев, где и присоединился к 118 батальону. Здесь он проделал головокружительную карьеру и уже в декабре занял должность начальника штаба, фактически – второго человека в батальоне.
После войны он сумел более менее спокойно прожить в СССР аж до 1987 года, пережив своих жертв на 43 года. Когда во Франции разбили полк СС, в котором он служил, Васюра сдался в плен. Однакофакт службы в СС и в полиции ему удалось скрыть. Получив за сотрудничество с нацистками 25 лет лагерей, онуже в 1955 году вышел на свободу по амнистии. Поступив на работу в совхоз "Великодымерский" под Киевом, он так хорошо проявил свои организаторские способности, что вскоре дослужился до директора по хозяйственной части. Вы спросите, как могли дать директорскую должность бывшему изменнику родины, даже после отбытия наказания? А очень просто. Васюра говорил всем, что посадили его исключительно за то, что он попал в плен. Такое было не редкостью, поэтому убедительным рассказам «безвинного военнопленного» поверили.
Васюра женился, родил двух дочерей, ставших потом учительницами. Много раз премировался начальством за успехи в работе, построил себе большой дом и даже вступил в партию. В 1984 году егонаградили медалью «Ветеран труда», сделалипочётным курсантом Киевского военного училища связи имени Калинина (которое окончил в 1936-м). Регулярно он выступал в школах и училищах, где рассказывал молодому поколению о «нелёгких военных буднях».
В 1985 году, в честь 40-летия Победы всех ветеранов представляли к Ордену Отечественной войны. А Васюре награда не досталась. Такой «несправедливости» он не потерпел и отправился в военкомат, гдепотребовал "восстановить справедливость по отношению к участнику боевых действий".
Там подняли документы и выяснили интересные подробности. Оказалось, что старший лейтенант Григорий Никитович Васюра пропал без вести в июне 1941 года. Копнув дальше, сотрудники архива наткнулись на результаты допроса расстрелянного в 1975 году Василия Мелешко, где он рассказывал о "подвигах" начштаба Васюры. В результате, в ноябре 1986 года он был арестован.
На суде Васюра свою вину в Хатынской трагедии упорно отрицал. Но следователям удалось восстановить хронологию событий 22 марта 1943 года с точностью до минут. Они неопровержимо доказали, что в ходе многочисленныхкарательных операций по приказу Васюры и им лично были убиты как минимум 360 советских граждан. Когда стало окончательно ясно, что смысла отпираться нет, Васюра встал и прокричал на весь зал:
- Да, я сжёг вашу Хатынь!
26 декабря 1986 года трибунал Белорусского военного округа приговорил Григория Никитича Васюру к расстрелу. Приговор был приведён в исполнение 2 октября 1987 года в Пищаловском замке. Тело Васюры закопали в логойских лесах. Точное место захоронения известно, но самой могилы там уже не осталось.
***
Уничтожение Хатыни – один из эпизодов выполнения чудовищного плана «Ост». Реализация на практике человеконенавистнических идей Адольфа Гитлера и немецкого фашизма. Исполнителями были в основном предатели и отщепенцы, но организаторами хатынской трагедии и непосредственными руководителями уничтожения деревни были именно фашисты. И об этом нужно помнить.
А ещё я, глядя на мёртвую Хатынь, думаю о том, что этих сожжённых заживо, погибших людей наше государство не смогло защитить… Этого нельзя допускать в будущем.
По мёртвой Хатыни гуляет ветер. По окрестностям разносится поминальный звон колоколов. А это значит, что мы обо всём помним.
***
Предыдущие части вы найдёте на специальной страничке-оглавлении:
Продолжение следует. Далее, через несколько дней – Кровавый след бандеровцев в Белоруссии
Андрей ГЕРАЩЕНКО, Минск
Фото: из архива Андрея ГЕРАЩЕНКО, waralbum.ru, wikipedia.org
© "Белорус и Я", 2022
Дочитали до конца? Было интересно? Поддержите журнал, подпишитесь и поставьте лайк!