В усадьбу Тригорское мы добрались в конце дня, незадолго до закрытия музея, уже переполненные впечатлениями и эмоциями. Мысли, однако, не возникало, обойти ее вниманием. Для нашей компании (и не только для нас) она была домом Лариных из "Евгения Онегина".
Старшие дочери хозяйки усадьбы, Анна и Евпраксия, считали себя прототипами героинь «Евгения Онегина».
Волновала сама возможность пройтись по парку, где гуляли пусть не герои романа в стихах, но сам молодой поэт.
Осиповы-Вульф были не просто соседями. Они были друзьями Пушкина. Сюда он сбегал, будучи в ссылке, из-под назойливого надзора отца. Их имел ввиду, называя себя "поклонником дружеской свободы, веселья, граций и ума".
С хозяйкой имения, Прасковьей Александровной, Пушкин состоял в дальнем родстве. Ее старшая сестра, Елизавета, была замужем за двоюродным братом матери Пушкина, Я. И. Ганнибалом.
Имение Александра унаследовала от отца. А первым владельцем был дед, генерал-майор в отставке, М.Д.Вандомский. Землю ему пожаловала за безупречную службу Екатерина Великая.
Отец Прасковьи Александровны обустроил и расширил усадьбу.
При нем здесь появились хозяйственные постройки, полотняная фабрика.
Усадебный дом потихоньку ветшал.
На время ремонта, в начале 1820-х, семья переселилась в здание фабрики, приспособив его под жилье. Строение украсили двумя фронтонами, переделали внутри.
В браке с тверским помещиком Вульфом у Прасковьи Александровны было пятеро детей. Овдовев она вышла замуж за отставного чиновника И.С. Осипова и родила еще двоих.
В усадьбе жили Прасковья Александровна Осипова-Вульф вместе с мужем И. С. Осиповым (умер 5 февраля 1824 года) и с детьми: Алексеем, Анной, Евпраксией, Валерианом, Михаилом Вульф, Марией и Екатериной Осиповыми и падчерицей Александрой Осиповой. Гостили её племянницы Анна Ивановна Вульф и Анна Петровна Керн.
Места требовалось много. Бывшая фабрика решала проблему. А старый дом постепенно приходил в негодность, пока не сгорел вовсе.
В дом наша компания не пошла. Не захотели, сказали, перебить впечатления от Михайловского, приюта самого поэта. Музей, конечно, интересный. Была тут совсем недавно. Экспонаты пушкинской эпохи.
Настаивать на посещении, конечно, не стала. Оставшееся время больше хотелось уделить парку. Весь не обойти. Его площадь вместе с прилегающими лугами составляет 37 га.
.
Его вдоль реки Сороть разбил еще первый владелец имения.
Парк является образцом русского садово-паркового искусства XVIII в. А нам интересно, что примерно таким видел парк Александр Сергеевич, тут предавался он юным забавам, пил жженку, парился в баньке, купался в Сороти, был влюблен в Анну Керн ("Я помню чудное мгновенье..."), черпал силы и вдохновение.
"У меня большое желание приехать этой зимой ненадолго в Тригорское" , - писал Пушкин Прасковье Александровне 24 октября 1936 года.
И он приехал, чтобы навечно упокоиться в святой земле Святогорского монастыря.
Из письма А. И. Тургенева, сопровождавший тело поэта, П. А. Вяземскому:
«Мы предали земле земное вчера на рассвете. Я провел около суток в Тригорском у вдовы Осиповой, где искренно оплакивают поэта и человека в Пушкине. Милая дочь хозяйки (М. И. Осипова ) показала мне домик и сад поэта. Я говорил с его дворнею. Прасковья Александровна Осипова дала мне записку о делах его, о деревне, и я передам тебе и на словах все, что от нее слышал о его имении. Она все хорошо знает, ибо покойник любил ее и доверял ей все свои экономические тайны...».