всё в лес смотрит.
Выстраданная поговорка основана на столетних наблюдениях славян, на которых совершали набеги кочевники. Соберут дань, поживут и обратно в тёплые края. Сейчас всё цивилизованнее. Приедут «тихим сапом» рассосутся, но не ассимилируются. Собьются в диаспоры, где их научат тому, как больше от нас поиметь. И ходят по всем конторам, оформляя льготы. В комитете по правам человека на первом месте - обращения по миграционным вопросам. Законы у нас несовершенны. Даже руководитель СКР высказался по изменениям законов о миграции в сторону ужесточения. Распустились. Перекрывают движение на центральной улице, чтобы лезгинку потанцевать, едут на дорогих машинах с громкой музыкой без глушителя, а пассажир, высунувшись в окно, орёт: «Город наш!». Приехали! Ходят все в чёрном, с бородой, в чёрной кепке на глазах. Мне один из них сделал замечание, что я в жару хожу в сарафане: «Старая, седая, а ходишь голая». Женщину в шортах пнул ногой. Своих жён они наряжают в хеджабы, подчёркнуто вызывающе. Кутают в любую жару. Такого не было во всей Азии, которую я проехала в 80-е годы вдоль и поперёк. Одичали у нас. Кстати, кочевники, пришедшие к нам с Востока в 13 веке и греки, жившие со времён Македонского 4 века до н.э., до сих пор там не уживаются. Об этом мне рассказал узбек искусствовед в Бухаре. То, что мигранты могут ассимилироваться – бред. Власти обещают, что такое случиться через несколько поколений. Я столько не проживу. Опыт Франции показал, что ситуация будет ещё хуже. Кому это надо? Кто виноват? И что делать? Как дальше с ними жить рядом, страшно.
О. Софронова.