Рано утром – едва начало светать – проводили Владислава Денисовича со старшими ребятами, вернулись в опустевший дом и снова легли спать – на улице были сумерки, а в доме – почти темно.
Спустя какое-то время Володе показалось – едва слышно стукнула дверь – он приподнял было голову, но ничего не происходило – поэтому он лег и снова заснул.
-Где Стратов? – Роман Кириллович торопливо вышел на улицу, вернулся, осмотрел лыжи, стоящие в углу – шесть пар, не семь.
Володя быстро встал, взглянул на свои наручные часы – почти десять утра – Владислав Денисович ушел в семь, Стратов, очевидно, спустя полчаса – именно тогда, как ему показалось, хлопнула входная дверь.
-Будьте все здесь, - распорядился Роман Кириллович, - я его верну.
К счастью, на снегу любой след заметен так же, как след от карандаша на чистом листе бумаги.
От дома уходила только одна лыжня – значит, Стратов пошел вслед за старшими – понятно, он не сможет их догнать, также понятно, что самого его рано или поздно догонит Кирилл Романович – хотя вот едва ли рано – все-таки фора у Кольки неплохая – больше двух часов – если только он передумает и повернет назад… Но Володя очень сильно сомневался, что Колька так сделает.
Роман Кириллович умчался на лыжах – даже не дождавшись чая – понятно, но глупо – неизвестно, когда он догонит Стратова и вернется – а силы ему очень даже понадобятся.
Несмотря на распоряжение Романа Кирилловича, Володя выходит из дома, вслушивается в тишину зимнего леса.
Солнце по прежнему отражается в сверкающем снегу, покрывшем и деревья, и землю, и дом - но это больше не радует. Мороз проникает под куртку, сковывает руки и ноги, но Володя не уходит в дом, он словно ждет чего-то. Ждет и привычно считает – с какой скоростью может двигаться Колька, с какой Роман Кириллович – часа через полтора Роман Кириллович Кольку догонит – потом потащит назад – на это уйдет еще часа два с половиной. Так что самое меньшее – они вернутся через четыре часа – за это время на улице можно окоченеть.
Володя все же заставил себя вернуться в дом, помог Лукьяшину приготовить суп из консервов, даже пообедал, но постоянно прислушивался к чему-то – сам не зная толком к чему. Шутки Волкова, заметившего его состояние – он попросту не воспринимал – это был посторонний шум – как потрескивание печи или завывание ветра.
Он вдруг выскочил на улицу, замер, вслушиваясь, надеясь, что показалось. Не показалось.
-Климовцев, ты что? – Лукьяшин, вышедший за ним следом, смотрел с недоумением.
-Волки, - коротко пояснил Володя.
Из лесу донеслось протяжное завывание.
-Это ветер, - возразил Лукьяшин.
-Это волки, - настаивал Володя.
-Здесь нет волков.
Мальчик пожал плечами:
-Была буря, так? Пару дней назад – вдруг они не нашли добычи и прибежали сюда? Это точно не ветер – это волки и они почуяли добычу. Нам нужно идти за Романом Кирилловичем.
-Он ясно сказал – оставаться здесь! И мы ведь ничем не сможем помочь.
-Сможем, - коротко возразил Володя и скрылся в доме.
Он взял моток веревки, все ножи, которые у них были, взялся за лыжи.
-Послушай… - Лукьяшин стал перед дверью.
-Мне понадобится твоя помощь, хотя это все небезопасно.
Юноша поморщился:
-Серьезно?!
Володя перевел дух:
-Роман Кириллович уехал почти три часа назад – значит сейчас – должен уже возвращаться – если все в порядке – мы встретим его через час – и ты можешь тогда оторвать мне голову за ложную тревогу.
Лукьяшин обдумал эти слова, кивнул:
-Ладно, - он обратился к остающимся в доме мальчишкам, - на улицу – ни ногой – ясно?
-Я с вами поеду, - возразил Волков.
Володя закусил губу – Сережкой двигала вчерашняя обида за его слова – что он не меньший трус, чем Стратов – однако, спорить было некогда – итак много времени потеряно.
И вот они втроем идут на лыжах через лес – прибитая утренним морозом лыжня хорошая, крепкая – по ней можно почти бежать, не боясь провалиться в сугроб – Володя шел первым, вслушиваясь во все, что происходит в лесу. Ничего не происходило – было слишком тихо – ни к добру это…
Он вдруг остановился, прошептал:
-Я их слышу.
Волки устроили грызню где-то на расстоянии километра – ветер был к хищникам неблагосклонен – он дул Володе в лицо, принося с собой их повизгивание, а вот запах его и его спутников – ветер уносил прочь.
Володя осторожно двинулся вперед, спиной чувствуя недоверие Лукьяшина и страх Сережки. Через десяток шагов – внезапный порыв ветра вдруг толкнул его в спину – и он тут же перестал слышать волков.
-На дерево – живо, они нас почуяли! – скомандовал Володя, торопливо отстегнул лыжи и ловко взобрался на ближайшее дерево – Лукьяшин последовал за ним с недоумением, но все же достаточно быстро – Сережка тоже испуганно подчинился.
Вовремя – под дерево спустя минуту прикатился живой клубок – волки мчались через лес, тесно сбившись – лишь один из них был чуть впереди – дерево, на котором расположились ребята, они сразу же окружили. Сережа на всякий случай обхватил руками ствол, Лукьяшин осторожно поинтересовался:
-План, надеюсь, у тебя есть?
Володя кивнул:
-Да. Но сначала лыжи заберу.
-С ума сошел?!
Лыжи они оставили прислоненными к стволу дерева – по мнению Володи – они обязательно еще понадобятся – он лег на самую нижнюю ветку и осторожно по одной вытянул лыжи наверх, передавая Лукьяшину. Волки были в восторге – то есть прыгали и пытались схватить его за руки – но для них было все-таки высоковато – к тому же рыхлый снег не позволял как следует оттолкнуться – Володя уже закончил с лыжами и сидел на ветке верхом, когда один из волков подпрыгнул все-таки достаточно высоко и едва было не схватил его за ногу – но в следующую секунду – хищник лежал на снегу с пробитой ножом шеей – недолго, впрочем – на него почти сразу набросились сородичи - Володя удовлетворенно кивнул – не разучился.
Вообще стая была не очень большая – около тридцати голов – сюда бы лук, да колчан со стрелами… Он взобрался выше – к Лукьяшину и Волкову. Достал из рюкзака моток веревки.
-Роман Кириллович с Колькой также сидят на дереве, - пояснил он.
-С чего ты взял? – хмуро спросил Сережа.
-Я их услышал, - пожал плечами Володя, кивнув на волков, и принялся привязывать нож к одному из концов веревки, - они также сидели под каким-то деревом, меньше, чем в километре отсюда и грызлись – с чего бы им сидеть под деревом? – к другому концу веревки он привязал второй нож.
-Я откуда знаю, что они под тем деревом делали, - пробубнил Сережа и кивнул на веревку, - это зачем?
Вместо ответа Володя обмотал веревку вокруг ствола, затем один из ножей, привязанных к ней, метнул в соседнее дерево – пролетев положенное ему расстояние, нож начал падать, увлекая за собой веревку, которую остановила одна из ветвей – нож прекратил падение, по инерции прокрутившись вокруг ветки пару раз.
Володя поморщился:
-Легкий… Ладно, второй, вроде, потяжелее.
Второй нож прокрутился вокруг ветки три раза.
-Я первый, - распорядился Лукьяшин, - выдержит меня – выдержит и вас.
Он повис на веревке и, перецепляясь руками, быстро оказался на соседнем дереве. Володя последовал его примеру:
-Когда Сережка переберется – ты сними эту веревку, - сказал он Лукьяшину, а я пока перекину следующую.
Витя кивнул. Сережа перебрался к ним через пару минут, тут же спросил:
-С чего вообще мы решили, что наш доктор со Стратовым там? – он кивнул на дерево, куда Володя уже перебросил веревку.
Вместо ответа Лукьяшин громко крикнул. Потом сделал паузу – крикнул еще раз. Наконец, ребята услышали ответный крик.
-Может, это не они, - заметил Сережа.
-Да, - усмехнулся Лукьяшин, - вдруг – грибники!
Следующий час ребята перебирались с дерева на дерево по веревкам – волки следовали за ними. Через час они сначала услышали, а затем и увидели Романа Кирилловича и Кольку Стратова – совершенно вымотанного, замерзшего.
Увидев способ, с помощью которого ребята перемещались – Роман Кириллович только покачал головой:
-Климовцев, это ты придумал?
-Придумал не я, - хмуро возразил Володя – он не знал точно – сколько поколений куан владело этим способом.
Тем же манером двинулись назад.
Стратов путь по веревке одолевал с трудом – но не жаловался, собственно – он так и не сказал ни слова с момента встречи. В отличие от Сережки Волкова – который время от времени пророчил, что такими темпами они до дома доберутся к лету. Они миновали уже то место, где Володя убил волка, бросив нож, и где оставили лыжи – теперь забрали - Роман Кириллович и Витя Лукьяшин связанными несли их за спиной.
Уже миновала большая часть пути – Володя уже чувствовал запах дыма, когда случилось страшное – Стратов сорвался с веревки. Это произошло в абсолютной тишине – Колька даже не вскрикнул. Володя, который как раз держал веревку с двумя ножами – без колебаний прыгнул вниз – следом спрыгнули Роман Кириллович и Витя Лукьяшин – но это все значения не имело – это был конец.
Кольке повезло – волки, обычно караулившие их под веревкой, почему-то вдруг оказались чуть в стороне – конечно, они тут же бросились на долгожданную жертву, но Володя, еще с дерева метнул нож в ближайшего хищника, а, оказавшись на земле – во второго – третий бросился на него в следующее мгновенье – Володя выставил вперед левую руку, чтобы не дать волку вцепиться в горло – и вот ее смяли мощные челюсти, и под натиском зверя, Володя начал падать на спину – он все же успел всадить в него нож, прежде, чем упасть, а потом, ухнув в сугроб – почувствовал на себе тяжесть еще нескольких хищников – и вдруг раздался выстрел. Еще один и еще и еще…
Потом кто-то раскопал его под волчьими телами и снегом, смешанным с кровью.
-Парень, ты как?
Двое незнакомых мужчин…
Володя поднялся на ноги:
-Нормально.
Левой руки ниже локтя он не чувствовал – и точно знал, что правильно делает – рука висела плетью, рукав куртки был пропитан кровью. Но, все же, учитывая, что пару секунд назад его должны были прикончить волки – жаловаться было грех!
-Держись, - сказал один из мужчин – постарше и веревкой очень сильно перетянул ему руку чуть выше локтя.
Володя заскрипел зубами, оглянулся – оказывается Роман Кириллович и Лукьяшин тоже были живы – они как-то умудрились прижаться к широкому стволу сосны, спрятать Стратова за своими спинами и отбиваться от волков парой сломанных лыж – как оказалось – весьма острым оружием – несколько хищников явно были убиты именно ими. Роман Кириллович тоже был ранен – его зеленая куртка на плече стала темно-бурой. Витя Лукьяшин сжимал левой рукой запястье правой – между пальцами сочилась кровь. Насчет Кольки было не очень понятно, но, кажется, все с ним было в порядке. Кто действительно был цел и невредим – так это Сережка Волков – застывший на дереве.
Спасшие их мужчины оказались лесниками. Отец и сын Гридины - Андрей Захарович, и Дмитрий Андреевич. Они проводили их в дом, помогли разобраться с перевязкой, по рации связались со спасателями и объяснили ситуацию.
-Вертолет здесь будет завтра утром, - сказал один из них – тот, что был постарше.
Роман Кириллович сдержанно кивнул:
-Спасибо.
Его рваная рана на плече выглядела страшно – но сейчас, когда Андрей Захарович зашил ее и перевязал, он неторопливо надел свитер, куртку и с беспокойством взглянул на забинтованную руку Володи – перевязку ему сделали с четверть часа назад, а через бинт уже проступала кровь.
Его перевязывал младший Гридин – зашивать рану мальчишке он то ли не захотел, то ли не решился – тем более – выглядела она не так уж страшно – глубокая, но небольшая – теперь, видимо, все шло к тому, что Роман Кириллович снимет бинт и возьмется за иглу сам – Володя устало прислонился к стене – в общем-то, ему было все равно – только побыстрее бы уже его оставили в покое.
-Это все из-за меня, - обреченно проговорил Стратов.
-Зато теперь, когда есть раненые – нас быстрее отсюда вытащат, - возразил Сережа, - не такая уж плохая идея была – рвануть за старшими – откуда тебе было знать, что здесь будут эти дурные волки.
Коля с удивлением взглянул на Волкова.
-Серьезно – я сам думал так сделать…
-И что ж не сделал? – недоверчиво нахмурился Стратов, ожидая очередной глупой шутки.
Сереже, впрочем, было не до них.
-Наверное, потому, что я трус, - отозвался он, - так ты сказал, да, Климовцев?
-Ерунда, я не так говорил, - недовольно отозвался Володя, отлепляясь от стены.
-Брось. Я как последний трус просидел на дереве. Случись это с кем-то другим – я бы от него никогда бы не отстал.
-Это да, - согласился Володя, - так что тебе здорово повезло, что другие не такие, как ты, - он неловко двинул пострадавшей рукой и сморщился от боли.
Ребята – и Сережа, и Коля смотрели на него с беспокойством – Володе это не нравилось.
-Заживет, - он небрежно пожал плечами, снова закрыл глаза и прислонился к стене.
Некоторое время было совсем тихо, потом Стратов сказал:
-Это была дурная идея – я уже замерзал, когда меня нашел Роман Кириллович. И мне было все равно – я никому не нужен.
-Дурак? – поинтересовался Сережа. – Никому я не нужен, или вон… - он кивнул на Володю, - а у тебя мамы-папы…
-Ну да, именно поэтому они меня сюда и сослали, - поморщился Коля, - что я им сильно нужен.
Волков промолчал – в таком ключе он о Кольке не думал – хотя, если вспомнить – ведь, правда – он почти все выходные проводил в училище – и на каникулы его не забрали.
-Наш лыжник прав, - сказал, наконец, Сережа, - можешь дать мне в ухо. Ну, чтобы больше не доставал…
-Сильно ты мне нужен со своим ухом, - хмуро отозвался Стратов.
-Ладно, - усмехнулся Сережа, - но если вдруг понадоблюсь – имей в виду.
Володя тщетно старался сосредоточится на разговоре ребят, чтобы отвлечься от боли. Глупости они какие-то несли… хотя он и не мог бы сейчас точно сказать в чем глупость – то есть он точно знал, что рассуждения Кольки о том, что никому он не нужен были полной ерундой, как и рассуждения Сережки на эту тему – а почему – он не мог сейчас объяснить – нужно подумать.
Подумать не дал Роман Кириллович. Подошел, присел рядом, взглянул на руку.
Сережка и Колька тут же отошли.
Володя сжал зубы, борясь с наступающим страхом, открыл глаза.
-Мне придется взглянуть на твою рану, - сказал Роман Кириллович.
-Ладно, - Володя безразлично пожал плечами, - зашивать будете?
Роман Кириллович смотрел на него с беспокойством, даже со страхом – наверное, он лучше бы себя чувствовал, если бы мальчишка плакал от боли – это, по крайней мере, было бы нормально, а так… Он кивнул:
-Скорее всего, придется.
-Витька сильно ранен? – спросил Володя, невозмутимо наблюдая, как Роман Кириллович снимает бинт.
Лукьяшин, сразу после перевязки сел в самый дальний угол, уткнулся лбом в колени и замер так.
-Запястье раздроблено, - ответили Роман Кириллович, - У тебя, как не удивительно, кости целы – наверное, куртка помогла, а у него… - он осторожно осмотрел рану. Сделал обезболивающий укол – уже второй за сегодня – стало легче, только очень хотелось спать.
-Скоро я оставлю тебя в покое, - пообещал Роман Кириллович.
-Надеюсь, - Володя даже умудрился слабо улыбнуться.
Потом Роман Кириллович еще раз обработал и зашил рану, после чего велел ложиться спать – пока обезболивающее еще действует.
-Интересный у нас выдался поход, - заметил он.
-Да, - Володя снова улыбнулся, - поход вышел, что надо.
Он не очень кривил душой, говоря это. В конце концов – все остались живы – так что поход оказался настоящим приключением. Фенимор Купер отдыхает.