Любой внезапный звук заставляет нашу дочь терять сознания

Это был долгий путь, мы всё ещё пытаемся найти ответы для Веры. У нас также есть девятилетний сын и 15-летняя дочь, и для них это тоже было ужасно.

Всё началось с телефонного звонка, когда Вере было девять лет, её нашли без сознания на полу в школе. Кода она пришла в себя, то бормотала, как младенец, — учительница отправила её домой, а на следующий день случилось то же самое, и сопровождалось конвульсиями. В больнице нам дали лекарство от эпилепсии.

В течение следующих 12 месяцев у нас было около дюжины посещений педиатра, который не дал нам никаких ответов. У Веры также были проблемы со сном. Я была уверена, что это больше, чем эпилепсия.

В 5 классе, Вера не хотела идти в школу. Через несколько месяцев после начала нового учебного года учительница сказала мне: «Она подавлена, прячется под столом и не говорит с детьми». После этого мне постоянно звонили, чтобы забрать её из школы, она запиралась в туалете, у нее были ужасные нервные срывы.

Однажды меня вызвали в школу, Вера упала на землю и не дышала. Приехавшая скорая помощь, дала лекарство, но это не помогло. Мы оказались в реанимации, так как она перестала дышать. Когда она пришла в сознание, нам пришлось прижать её к кровати, она начала метаться. Через три дня опять то же самое.

Нам сказали, что у нее были не эпилептические припадки. Нас с мужем разлучили в больнице и начали задавать нам ужасные вопросы. Они сказали, что у Веры были психологические не эпилептические припадки, которые обычно вызываются травмой.

Ей прописали больше лекарств, одно из которых было лекарство, которое давали шизофреникам. На том этапе она ужасно похудела, а потом начала прибавлять в весе.

Нам пришлось забрать ее из школы, так как каждый день у неё были приступы продолжительностью четыре с половиной часа. Она то лежала на полу в конвульсиях, то просыпалась, оглядываясь по сторонам. Это была самая травмирующая часть, люди с припадками этого не помнят.

Я начал своё собственное исследование и прочитала о функциональном неврологическом расстройстве (ФНР); проблема с функционированием нервной системы и с тем, как мозг и тело получают сигналы. Это был трудный путь, и в процессе у Веры диагностировали аутизм 3-й степени.

ФНР влияет на всё. В отличие от многих детей с заболеваниями, у нее нет триггеров, кроме шока или внезапного звука, поэтому мы ничего не можем сделать, чтобы помочь ей избежать этого.

Нейропсихолог недавно назначил дополнительные анализы, МРТ, ЭЭГ, что было ужасно страшно. Мы ждем результатов, и когда они будут, будет новое лечение.

#истории из жизни #реальная история из жизни #реальные истории #дети и родители