Пётр шёл, куда глядят глаза. Те же, в свою очередь, были как в тумане, и различали только контуры. В ушах до сих пор стоял крик их сына, маленького Ванечки, и сходящая лоскутами, его обожженная кожа. Пётр свернул в лес. Жить не хотелось, а хотелось просто кануть в небытие, чтобы весь этот кошмар прекратился. Ну как можно ставить выварку с кипятком на край лавки, когда дома бегает маленький ребёнок! Скорая забрала Ванечку, Ольга поехала с ним, а его, родного отца, просто не пустили. Вишь ли, не положено! Пётр шёл, не разбирая дороги. Да и дорога-то была совсем не узнаваемой! Он сел на камень, обхватил голову руками, и горько заплакал. Очень хотелось пить. Услышав рядом журчание воды, мужчина опустил руки, оглянулся. Из камня бил ключ. Что за напасть! - Пётр знал в этом лесу каждый уголок, да и прошёл он не так много, чтобы выйти за пределы родного края! Мужчина сложил ладошки лодочкой, чтобы набрать воды, и тут увидел стоящую рядом берестяную кружку, которой не было ещё нес