Аннушка-младшая приехала из Лондона на юбилей своей мамы. А вместе с сыном, любимым внуком Павлушей - какая радость! Анна спешила из кухни в зал, где был накрыт праздничный стол, панически боясь, что скоро соберутся гости, а она еще не все приготовила...
Готовить и накрывать на стол ей приходилось самой - ее приемную мать Веру Николаевну увезли в больницу с приступом аппендицита, и как раз сегодня ей делали операцию.
Анна позвонила ей, поговорила по телефону, извинилась, что не может прийти сегодня.
- Аннушка Александровна, неужели вы не понимаете... Когда вам нужно лечь в больницу? Я подвел тебя, прости...
- Выздоравливай, моя дорогая. Ты мой, почему я должен прощать тебя, если ты ни в чем не виноват... И я навещу вас завтра... Я постараюсь навестить вас. Выздоравливайте!
Анна отключила соединение и снова приступила к работе. Агентство прислало им новую помощницу, кроткую девушку, которая была либо глупа, либо ленива. Она раздражала Анну, не помогая, а мешая, постоянно все перепроверяя.
- О, Боже, разве ты не слышишь? - Наконец Анна взорвалась, устав повторять каждую фразу дважды.
- Нет. Ну... - ...глупец был в замешательстве.
- Почему ты продолжаешь спрашивать меня об этом? Вы слышали меня!
- Вы слышали что? Что слышали? - Снова помощь от бедного помощника.
- Хорошо. Хорошо. Вот и все. Мое терпение истощилось...
Анна достала мобильный телефон и в отчаянии перезвонила в агентство, набив трубку:
- Что ты мне прислал? Как вы нанимаете таких цыпочек? Она такая... глупо! Я ее прогоню, она не работник! И заметьте, я не плачу за это безобразие! Нет, не присылайте никого другого, у меня нет времени ждать больше, да и смысла нет! Кстати, я оставлю отзыв о вашем агентстве, и как вы понимаете, он не будет положительным! Я готов!
Женщина повернулась к нерешительной женщине, которая все еще стояла посреди гостиной, и сказала:
- Вы свободны. Вы свободны.
Она спросила снова, как бы вопреки себе, снова открыто:
- Что? Идти?
Анна молча подняла глаза к потолку, внезапно повернулась и пошла на кухню. Было так много дел, а она тратила время на этого идиота.
- Кстати, вы испортили мой рейтинг! И я не получу сегодня зарплату из-за тебя! Ты такой... сука! - Девушка сердито крикнула.
Оказывается, она может говорить и самостоятельные фразы, а не повторять то, что ей говорят...
Как бы ни была занята Анна, она не могла больше выносить ее присутствия в доме.
Анна открыла дверь и молча указала пальцем наружу:
- Выходите. Выходи! Повторите дважды, как вам нравится! И поторопись, у меня нет времени.
Она возмущенно вздохнула и, наконец, вышла. Она похлопала Анну по плечу. Но она не обратила на это внимания, поспешила обратно на кухню, пытаясь успокоить свою панику - времени было мало, а дел у нее было много.
Хорошо, что Аннушка подключилась и помогла маме, у нее получилось гораздо лучше и быстрее, чем у недавно уволенного "профессионала".
Аннина-младшая хотела поговорить с мамой, чтобы рассказать ей, что на самом деле ее приезд был не таким радостным, как ей хотелось бы, потому что у нее были проблемы в семье. Точнее, распад их с Дэвидом семьи. По крайней мере, ее муж не собирается судиться с сыном - его новая хозяйка не хочет чужих детей. И даже соглашается выплачивать пособие своему сыну, перечисляя его на банковский счет мальчика. Но чтобы быть уверенным, что его жена не получит ни цента, Дэвид открыл счет на имя Пола.
Чтобы только его сын мог воспользоваться деньгами, когда ему исполнится восемнадцать лет. В любом случае, Аня, слава Богу, справляется сама, да и специальность у нее востребованная, диплом одного из самых престижных британских университетов, солидный стаж и опыт работы в солидных компаниях.
Я хотел рассказать все маме, но, конечно, в данный момент ей не нужны были новости. Хотелось бы, чтобы это было после юбилея... Она волновалась, встречая гостей, ее руки дрожали от волнения.
На самом деле Анна Александровна волновалась, потому что заметила, что с Аннушкой что-то не так. Она что-то скрывала, прятала глаза. И ее глаза не выглядят счастливыми, они выглядят печальными, хотя она и пытается улыбнуться...
Но, несмотря на это, здесь будет прощаться с юбиляром, а там она обо всем расспросит дочь, а если понадобится помощь - поможет... Только не опозорьтесь перед гостями, если что-то пойдет не так во время банкета! Но на самом деле все прошло идеально. Мы успели подготовить все для банкета, приготовить еду и поставить ее на стол, дождаться гостей... Мы хорошо провели время.
Мы отметили наш юбилей на самом высоком уровне. Посуда была вымыта после полуночи, после ухода гостей, но у нас не было сил перемыть ее заново. Посудомоечная машина могла бы помочь, но она сломалась. Все один против одного!!!
Моя дочь вызвалась постирать белье, но Анна решительно выключила воду:
- Дочь, ты тоже не железная женщина. Вы бывали в аэропорту, сидели за столом, а потом вам приходилось убираться до рассвета... Я даже не дал тебе отдохнуть после поездки. А я уже устала! Завтра, все завтра.
Она поцеловала свою дочь и мягко кивнула:
- Идите отдыхать. Спокойной ночи!
В доме стояла тишина. Когда уставшая жена начала засыпать после юбилея, муж выскользнул из плаща и собирался улизнуть из комнаты.
Супружеская кровать предательски скрипнула, и жена спросила:
- Куда вы идете посреди ночи?
- Что за черт! Я даже не могу сходить в туалет, не сказав тебе? - Муж воскликнул.
- Можете, но не волнуйтесь.
- Спасибо! - Анатолий пробормотал в разочаровании.
Затем снова наступила тишина. Анна только начала засыпать, когда щелкнул дверной замок. К сумеркам на улице поднялся ветер, и дверь захлопнулась с неожиданным звуком, как выстрел в ночи. Но разве это то, что выходит? Анатоль никогда не выходил из дома раньше полуночи, и Анна начала беспокоиться. Что-то случилось, не меньше!
Понятно, что сон сразу же исчез. Анна торопливо надела халат и выбежала на крыльцо и дальше во двор. И вот оно - что-то случилось. Ворота открыты, гараж открыт, муж осторожно направляет машину к воротам... В темноте, не включая фонарь. Почему тайно?
- Куда ты, Толя?! - воскликнула Анна, подходя к машине.
Мужчина в отчаянии стукнул кулаком по рулю:
- Ты все еще не можешь успокоиться! Ты вмешиваешься во все! Как петля на шее, ты не дышишь!
- Толя! О чем ты говоришь?! - Его жена была напугана гневом в его голосе.
- Вот кто вы есть. Вы как инспектор гестапо, без вашего ведома нельзя даже дышать в доме!!!!. Ты хотела знать, что происходит, поэтому знала, что я ухожу!
- Куда ты идешь? - Женщина была в замешательстве и ничего не понимала.
- Я не ухожу, я уезжаю! Я ухожу от тебя! У меня не хватило смелости сказать это воочию, я думала, что уйду тихо, ночью, без скандала. А утром я позвоню тебе и скажу по телефону... Вы не можете сделать это без скандала. Вы - мега-женщина!
- Ты - мега-женщина?! Толя, как же так... Выходи, давай поговорим. Что вы думаете...
- Все уже сказано. Больше не о чем говорить. Вот и все, прощайся и не прощайся. Или как они там говорят... Хотя нет другого способа попрощаться, кроме как недобросовестно... Ну, вот и все. Уйдите с дороги.
Он завел двигатель и выехал со двора, а его жена с растерянным выражением лица стала его догонять, но споткнулась и упала, сломав ногу, и неловко села на мокрый тротуар. Крупные капли дождя падали на ее лицо и смешивались со слезами, стекавшими по щекам и губам.
Это было похоже на соленый дождь... Створки ворот медленно слились воедино, перерезав дорогу с красными огнями отъезжающей машины ее мужа... Мегера... Двадцать лет они прожили вместе, вырастили умную и красивую дочь, родили замечательного внука, и вот теперь она здесь. Муж уходит от нее, называет ее сумщицей...
Она действительно женщина?! Пытаясь встать и понимая, что не может этого сделать из-за резкой боли, пронзившей ногу, Анна закричала во весь голос. Все было один на один!
Все сто тридцать три несчастья в тот день обрушились на ее бедную голову. Испуганная дочь в ночной рубашке выбежала с крыльца и стала поднимать мать, поскальзываясь на мокрой плитке дороги:
- Что здесь произошло! Куда ушел папа?
Каким-то образом Анна добралась до кресла под навесом и тяжело села в него, брыкаясь и стоная:
- Вот и все. Это все, что я сделал. Дочка, вызови скорую - у меня, наверное, перелом...
- О, Боже! - всплеснула руками дочь и побежала за мобильным телефоном. Она вернулась с пледом, прокричала адрес в трубку и одной рукой набросила плед на мать. Хотя на улице было лето, но летняя ночная гроза с холодным ветром - это не пикник.
Особенно в промокшей одежде. Когда Вера Николаевна после выписки из больницы вернулась на работу, она сразу же приступила к домашним делам, добродушно посмеиваясь:
- Это была суматошная подготовка к юбилею... Меня резали и чинили, тебя чинили...
- Да. Да, ты хорошо поработал...". Анна подошла, села в кресло и устроила громоздкий гипс поудобнее.
- Не прикрывайте Анатолия, ее здесь не будет. Только Анюта, я и Павлик.
- Он опоздает? - Вера Николаевна не понимала, а ее ловкие руки ловко рубили и перемешивали...
- Этого не будет... В общем...