Глава 1–3
Пока родители и сестра суетятся, проскальзываю в комнату и быстро переодеваюсь. Блузка летит в дальний угол шкафа, а на ее месте оказывается розовый топ, расшитый блестками. Он, конечно, открывает половину груди, но, если застегнуть жакет на все пуговицы, ничего видно не будет.
— Соня, ты идешь? — зовет меня отец.
— Бегу, бегу!
На ходу напяливаю легкий плащ, так до поры до времени никто не заметит перемены во внешности, и несусь к лифту.
***
Света влюбилась, как кошка, заметив Эндрю на одной светской тусовке. Но тот оказался известным бабником и нарциссом и не обращал на нее внимания, как она ни старалась. Сестрица использовала все приемчики светской львицы: связи подруг, их родственников, отца, даже купила приворот у гадалки. Не знаю, что повлияло, но случилось чудо: принц снизошел до влюбленной принцессы.
Несколько месяцев вялые отношения держались на плаву только на преданности и любви сестры. Она просто обожала своего Эндрю, часами могла смотреть на дисплей телефона, ожидая звонка, слушать грубоватый голос.
— Это Эндрю поет, — она насильно совала мне наушник, — правда, красиво?
Я нехотя пыталась проникнуться за пару секунд мужским голосом, с хрипотцой выводившим о неразделенной любви, и умирала от скуки. Попса не моя тема, мой плейлист состоит из рока и только рока.
Много раз я пыталась поговорить с сестрой и убедить ее, что такие отношения обречены на провал, она ничего не желала слушать.
— Эндрю любит меня, — твердила она и донимала жениха телефонными звонками.
— Котик, ты уже поужинал? — пауза. — Какие планы на вечер? — длинная пауза, лицо Светки морщится. — Ах, работать будешь? — в голосе звучат слезы. — Я думала, что ты на меня разозлился, — лицо разглаживается, в глазах появляется блеск. — Ой, правда не сердишься? Тогда до встречи. Пока-пока! Чмоки-чмоки.
И еще двадцать раз поцелуйчики в трубку.
Такие разговоры я наблюдаю каждый вечер. Светка трещит, как сорока, рассказывая о своих делах, а с той стороны лишь редкие реплики.
— Буэ! — я имитирую приступ тошноты. — Сейчас вывернет наизнанку!
— Ничего не понимаешь в любви! — вскидывает подбородок Светка. — Завидуешь! На такую, как ты, никто и не посмотрит.
— Это на какую, такую? — сжимаю кулаки.
В груди все закипает от злости. Еще словечко, и врежу по этому хорошенькому личику так, чтобы синяк под глазом остался. Но сестрица мгновенно чувствует изменение настроения и сбегает с воплями:
— Ма-ма! Сонька опять дерется!
— Девочки, хватит ссориться! — кричит из кабинета отец.
— Правда, Соня, оставь Свету в покое, — выглядывает из кухни мама.
— Я не трогала ее! — оправдываюсь, как всегда, я. — Она все придумала.
Но никто не верит моим словам. Все считают, что сестрица — это воплощение невинности и добра, а я демон в юбке.
Кстати, зря так считают.
Меня бесит инфантильность Светки, ее розовые мечты, воздушные замки, которые она строит, а не она сама или ее отношения. Складывается впечатление, что жених ее просто использует, потому что наши семейные компании процветают в одной сфере бизнеса, и выгодно иметь конкурента под рукой, пусть даже в роли жены.
Пожимаю плечами: что поделать с влюбленной дурой?
Под давлением родителей с обеих сторон парень наконец созревает, чтобы сделать сестре предложение, и с этого момента наш дом стоит на ушах.