Мы не Богом забытые, а судьбой искалечены. На запястьях шрамы от оков бестелесных. Глубоко в нашу грудь навсегда заколочена Табличка мерзостей гнусных словесных. Нам нельзя говорить о том, что хранится В голове и на сердце. Возможно молчание Завет мудреца. Не станем мы злиться. Ни правда, ни ложь в словах, чаще отчаяние. Нашей боли не видно, наших страхов не знают, Улыбка и взгляд - это все же оружие. Только слабые духом без причин унижают. Внутри тот сильнее, кто слабее снаружи.
Мы не Богом забытые, а судьбой искалечены.
На запястьях шрамы от оков бестелесных.
Глубоко в нашу грудь навсегда заколочена
Табличка мерзостей гнусных словесных.
Нам нельзя говорить о том, что хранится
В голове и на сердце. Возможно молчание
Завет мудреца. Не станем мы злиться.
Ни правда, ни ложь в словах, чаще отчаяние.
Нашей боли не видно, наших страхов не знают,
Улыбка и взгляд - это все же оружие.
Только слабые духом без причин унижают.
Внутри тот сильнее, кто слабее снаружи.
