Непросто говорить о периоде Великой Отечественной Войны сквозь призму танцев. Кажется, это было время, когда о танго думали в последнюю очередь. Но на деле о нём не забывали. Музыка тогда стала основным способом поднять настроение и боевой дух. И танго осталось одним из музыкальных архетипов военного времени. Оно звучало на фронтовых концертах, на вечеринках в тылу, в оккупации, в кино и на радио, даже на встрече с союзными войсками. Это было уникальное время, когда между собой смешались пространства, люди и культуры.
Разберёмся в шестой статье, какие перемены произошли в по разные стороны мира русского танго, в эмиграции и в СССР. Какие артисты смогли найти свой дом на советской стороне? Чем занимался в эти годы Александр Цфасман? Как танцевали советские солдаты? И чем это закончилось в Дни Великой Победы.
Довоенное танго
Про причины начала Великой Отечественной Войны написано немало литературы. В советской разведке, в военных структурах существовали прогнозы о возможном столкновении с Германией. Но в обыденной жизни советских граждан должен был царить мир и покой. Пусть даже если в песне поётся "Если завтра война, если завтра в поход", то уж победа точно за нами. А Германия точно не нападёт и главный аргумент - подписанный в 1939 году Пакт Молотова-Риббентропа, также известный как "Пакт о ненападении".
По секретному протоколу данного пакта обе стороны разделяли Польшу на германскую и советскую зону. СССР присоединяет утраченные во время войны с Юзефом Пилсудским территории Западных Белоруссии и Украины. Это серьёзно влияет на музыкальную ситуацию в Польше. Ежи Петербуржский, автор оригинальной мелодии для танго "Утомлённое солнце" принимает советское гражданство. Теперь он становится Юрием Петровичем Мелодистой и возглавляет первый Белорусский джаз-оркестр. Во время этой работы он сочинит самую известную мелодию военных лет - "Синий платочек", известный нам в исполнении Клавдии Шульженко. Другой классик польского танго Хенрик Варс бежит из немецкой зоны и оседает во Львове, где создаёт местный джаз-оркестр. Тогда же свой оркестр создаёт Эдди Рознер, до этого игравший у Марека Вебера и других немецких коллективов.
Дальше по договору в зону СССР отходили прибалтийские земли: Литва, Латвия и Эстония. Укрепить своё влияние было не трудно - военным путём нейтрализовалась прежняя власть, устанавливались свои руководители от коммунистической партии. При этом вводился полный советский порядок. Отменялась частная собственность и предпринимательство, все владельцы от мелких лавок до крупных фирм лишались своего дела. Оскар Строк, один из известных композиторов русского танго, как раз перед этими событиями прогорел с очередным рестораном. Как считает его биограф Анисим Гиммерверт, это спасло его от возможного преследования, так как многих несогласных отправили в ссылку.
Что касается самих танцев, то никакие политические изменения на них не повлияли. Напротив, люди спокойно танцуют танго и фокстроты, слушают зарубежные шлягеры на патефонах. В том же 1939 году в Москве появилась фабрика звукозаписи Всесоюзного радиокомитета, которая выпускала на пластинках популярную музыку. Прочитаем характерный отрывок из дневника предвоенных лет:
Все происходило в основном на вечеринках. Они заполнялись главным образом танцами: танцевали фокстроты, танго, румбы и вальс-бостон. Спиртного, естественно, не употребляли. Любимыми пластинками, насколько помню, были «Брызги шампанского», «Палома» («Голубка») и «Утомленное солнце». В ходу были и мелодии Утесова, песни Козина и некоторые шлягеры оркестра Эдди Рознера (особенно «Караван»). Отношения между влюбленными были платоническими — танцы, провожания и поцелуи (из дневника Бориса Крутенца, 1940 г., материал с сайта "Прожито")
Советские исполнители продолжают переносить зарубежные танго на свой лад. В 1940-м году Изабелла Юрьева исполняет ещё одно танго на музыку Петербуржского - "Маленькое счастье". А самой известной песней в её исполнении становится "Если можешь, прости" - версия итальянского танго "Scrivimi" Джиованни Раймондо, слова написал Иосиф Аркадьев - муж Юрьевой и постоянный автор её репертуара.
Тогда же на пластинке выходит ещё одна характерная мелодия, на этот раз в репертуаре Клавдии Шульженко. Это танго "Встречи", которое многим нам известная по строчке "Любимый мой родной". И это ещё одна версия, на этот французской песни "On n'aime qu'une fois" в исполнении Тино Росси (подробную историю мелодии читайте в отдельной статье - https://dzen.ru/a/aJ-Ib-IoH32bzel9#rojdenie_sovetskoii_versii_vstrechi).
В общем, музыка играет, пары танцуют, ничто не предвещает беды. Между тем почти вся Европа находится под немецким военным контролем, который постепенно захватывает ещё и радиоэфир. Эту характерную черту опишет писатель-фронтовик Григорий Бакланов в своём романе "Июль 1941 года", его герои слушают ловят зарубежные радиостанции и всюду слышат немецкую речь:
Щербатов шарил по станциям с волны на волну. Притихшая Европа говорила по-немецки и плакала по-немецки, передавала немецкую музыку, и веселилась, и танцевала под нее. Во Франции, в Дании, в Голландии, в Бельгии, в Норвегии, в Польше, в Чехословакии — на всех волнах раздавалась немецкая речь. В Белграде и Афинах звучало одно и то же немецкое танго, сладкое и медленное. Происходящая в последнее время переброска германских войск, освободившихся на Балканах, связана, надо полагать, с другими мотивами, не имеющими касательств к советско-германским отношениям».
Но советские-германские отношения, скрепленные договором о ненападении, разрушаются буквально в один день. 21 июня 1941 года.
Танго в тылу
С началом войны для всех деятелей советской лёгкой музыки наступает новая важная работа. Джазовые оркестры эвакуируются и включают в ведение военных органов. На Западном фронте работает Борис Крупышев, Николай Минх - на Балтийском флоте. Оркестр Всесоюзного Радиокомитета под руководством Александра Цфасмана едет в Куйбышев (ныне Самара), где создаются джазовые "Окна РОСТА" - специальные джаз-оркестры для выступлений на фронте. Их цель - укрепить боевой дух солдат и работников тыла. Летом 1942 года даётся уже свыше ста концертов. Вот как сам Цфасман описывает один из таких выездов на фронт.
Вскоре въезжаем в редкую по красоте деревушку. Домики ютятся на холме, с которого открывается почти кавказский вид на ущелье, то бишь на полянку, прорезаемую узкой речкой. В деревне шумно и весело. Звучит патефон. Летчики танцуют танго с московского вида девушкой. (из дневника Александра Цфасмана, 26 июня 1942, материал с сайта "Прожито")
Пополнение джаз-оркестров идёт из новоприбывших музыкантов и композиторов. Ежи Петербуржский оставляет Белорусский джаз-оркестр и уходит на польский фронт, а его сменяет оркестр Эдди Рознера. С началом Войны он эвакуируется во Фрунзе (Бишкек), половина музыкантов уходит состава в армию Владислава Андерса. Рознер обновляет состав за счёт советских музыкантов. Один из участников концертных бригад Арнольд Левин вспоминал о нём:
Рознер и артисты джаза очень отличались от гастролёров, которых мы привыкли видеть в нашем городе. Одежда — во время выступлений — белые, прекрасно сшитые костюмы. В городе и на репетициях — всегда только в аккуратно выглаженной одежде. Никаких ссор. Удивительно звучали обращения: «Пан», «Панове». Взаимоотношения между артистами — всегда доброжелательные. <...>
Рознер держался в стороне. Было впечатление, что коллектив вне сцены живёт своей жизнью, а Рознер — своей. Худощавый, невысокий, темноволосый человек с аккуратно подстриженными усиками. Его видели только на сцене и на репетициях. После выступления или репетиции — не задерживался. <...>
С артистами Рознер говорил всегда резко, был груб, пожалуй, даже, жесток. Придирался, говорил грубости на русском или на польском. Постоянно делал замечания артистам, требовал разговаривать на русском. Сам говорил на польском или немецком, очень плохо — на русском. Артисты называли его Адди, а когда он на них кричал, показывали язык, делали рожи и говорили Адольф. Мы думали, что это его кличка. Объяснили: Адольф — имя, данное ему при рождении, которое он изменил после прихода Гитлера к власти, на Адди, затем — Эдди. ( 1943 г., материал взят с сайта "Прожито")
Эдди Рознер начинает активно работать, его оркестр ездил по городам, выпуская новые популярные весёлые песни, которые подхватывали на фронте и в тылу. В 1944 году приступили к записи репертуара на пластинки. Но несколько песен не пропустили по одной причине - у исполнителей был уж слишком иностранный акцент. На помощь директор Дома Звукозаписи прислал оркестру известного певца, лирического тенора Георгия Виноградова. Именно с ним оркестр записал танго "Зачем" и "Тайный остров".
Пластинки выпускал возобновивший работу Апрелевский завод. Во время Битвы за Москву он был выведен из строя и временно эвакуирован в Кемеровскую область. Для возобновления работы заводу было передано 12 станков из Ногинского завода, который в свою очередь был переведён в Ташкент. Тиражи записей тогда были небольшие, ведь помимо пластинок завод выпускали ещё шрапнель и мины.
Джаз звучал везде, даже в блокадном Ленинграде. Почти весь период блокады здесь выступает джаз-оркестр Клавдии Шульженко и Виктора Коралли. Известную певицу просят выступать в мирном вечернем платье вместо фронтовой одежды, даже если она будет исполнять "Давай закурим товарищ по одной". После блокады, в начале 1944 года оркестр едет в Алма-Ату, где
1 февраля в труппу был зачислен новый пианист. Им оказался Оскар Давыдович Строк, композитор многих мелодий в стиле танго.
С началом войны он эвакуировался из Риги и прибыл в Среднюю Азию. Здесь он был зачислен музыкантом для работы на киностудиях "Мосфильм" и "Ленфильм", он пишет музыку и песни к фильмам. Вступив в коллектив Шульженко, он написал для неё новое танго "Былое увлечение". По тексту и музыке можно сказать, что Строк не изменил своим вкусам и вновь подарил красивое лиричное танго, которое он писал до войны. Проскальзывает та же сентиментальность, никаких намёков на войну. Когда уже труппа вернётся из Средней Азии, то он оставит труппу и направится уже в обратно в родную Ригу.
Танго в оккупации
Тем временем танго Оскара Строка звучит на другом конце страны в лице его самого известного исполнителя - Петра Константиновича Лещенко.
Геополитические разделы накануне войны коснулись ещё и Румынии. К СССР отошли земли Северной Буковины и Бессарабии, последнюю тут же преобразовали в Молдавскую ССР. На этом фоне в Румынии происходят политические сдвиги. Правитель Кароль Второй был изгонан за своё решение отдать земли, но без крови. В итоге к власти приходит Ион Антонеску, чья политика направлена на союз с Германией против СССР. В связи с этим в Бухаресте усиливаются антирусские настроения. Погромы переживает и ресторан Петра Лещенко, самого известного исполнителя русского танго в Европе. А Вв 1942 году его призывают как румынского подданного на войну.
Факт того, что ему предстоит воевать с русским населением и прославиться как фашист его не устраивал. Одно время он выбивал поддельные больничные справки с диагнозом обострения язвы, но долго продолжаться так не могло. Но тут помог случай. После продвижения немецких войск на восток, по контроль Румынии отошли земли новообразованной Транснистрии - это левобережная часть Днестра, а также Винницкая, Николаевская и Одесская области. При оккупации жители стали пытаться адаптироваться к новой жизни.
И руководитель Одесского музыкального театра предлагает Петру Лещенко выступить у него с концертами. Тем более его здесь знают, слышали по радио и на контрабандных пластинках, а билеты уже раскуплены заранее. В итоге, сильно рискуя, Лещенко едет в город, где его судьба сделает крутой поворот - он встретит здесь новую любовь.
Концерты действительно имеют успех, люди идут на его выступления без зазрения совести, что они слушают "чужака". Наоборот, в нём есть что-то своё, родное, причём забытое. Лишенный советского облика, вместо строгого костюма или фрака - рубаха, жилетка, сапоги, сам играет на гитаре. Конечно, про него ходят недобрые слухи, но это не сильно отражается на его репутации. Об этом сохранился ещё один дневник того времени:
Вчера у мамы был день рождения. Пришел дядя Валя с женой и румыном, ее любовником, он у них на квартире, немец, который живет у бабушки. Она прислала его с поздравлением и подарком. Петр Лещенко – он в гражданскую служил с любимым маминым братом в белой армии – с мамой был тогда знаком. Как всегда «случайно», зашел Радзиловский с женой. Он не знал о дне рождения. Лещенко спел несколько песен. Он теперь майор румынской армии.
Небольшого роста, плешивый, а поет здорово. Он очень удручен. Сказал маме, что не ждет ничего хорошего. У него молодая жена, жизнь не радует. Прожил на чужбине столько лет, а мечтает хоть умереть в России. Предчувствие самое плохое. (из дневника Зои Хабаровой, 7 января 1944 года, материал с сайта "Прожито")
История про "Белое прошлое" Лещенко было порождено советской печатью. Еще в декабре 1941 года в "Комсомольской правде" вышла статья "Чубчик у фашистского микрофона", в котором отставного прапорщика Лещенко записали в белые офицеры. Но по факту он успел только прослужить в царской армии в период Первой Мировой, а в Гражданской не был замечен, т.к. был демобилизован из-за контузии. Но авторы статьи ещё записали его и в пособники фашистов, будто бывший белый теперь ратует за победу немцев над большевистской Россией. Разумеется, об этой статье Лещенко не знал. Поэтому спокойно отправился в Одессу.
Его приезд стал настоящим гвоздём сезона. Билеты раскуплены, услышать и особенно увидеть певца хотят многие. Среди них есть и молодая аккордеонистка Вера Белоусова, она мечтает попасть на концерт Лещенко. И судьба подарила ей возможность - он сам приглашает её на генеральную репетицию. С этого момента завязывается роман, ставший для обоих роковым.
Но концертная жизнь в Одессе оказалась недолгой. Всё же Лещенко переводят в состав войск румынской армии, но и тут он находит лазейку - он снова начинает петь, только теперь румынские песни для военных. Дальнейшая служба забросит его в Крым, откуда он будет бежать обратно в Одессу, а потом вместе с новой семьёй в Бухарест.
Танго на фронте
На фронте танцы тоже никто не отменял. Даже в самые мрачные фронтовые дни люди находили в себе силы вспомнить родной дом и близких. Более того, верили к скорому возврату к мирному времени и осваивали танцы после боевых действий. Вот как это вспоминает участник войны, писатель-эмигрант Михаил Коряков:
Помнится, в Яропольце стояли ночью на мосту — в одной смене. Ночь была морозная. Мы сходились в штыковой бой, ходили по мосту строевым шагом; Доронин обучал меня фокстроту и танго. Отогревшись, мы забирались под мост, с подветренной стороны и Доронин рассказывал мне о своей матери — московской белошвейке, о любимой девушке. (4 ноября 1941 г., материал с сайта "Прожито")
К красноармейцам приезжали специальные концертные бригады, которые активно работали по всем участкам фронта. В их составе были актёры, чтецы и музыканты. Ставили скетчи о фашистах, читали новые патриотические стихи, исполняли новые военные песни. И вместе с этим популярность имели песни из мирных лет. Изабеллу Юрьеву просят спеть "Саша, ты помнишь наши встречи...", а Шульженко - "Синий платочек". Лучшим отдыхом становится весёлая песня и танцевальная музыка. Потанцевать вживую удавалось в перерывах между боями под живую музыку или патефон. Или в тылу при госпиталях. Прочитаем ещё один военный дневник тех лет:
Вечер. Идем к госпиталю, оттуда к месту концерта. Под оркестр бригады начинаются танцы. Танцую танго с москвичкой, танцует она отлично. В это время подходит машина — ехать и затем идти в разведку. Пожалуй, никогда в жизни так «не хотелось» уходить с танцев, как в этот раз. Сажусь, машина медленно трогается с места под прощальный взгляд грустного лица. Звуки танго глушатся звуком мотора, глаза обращаются на дорогу, сплошь заминированную. Впереди — фронтовые будни. (из дневника Николая Иноземцева, 12 августа 1943 г., материал с сайта "Прожито")
Можно сказать, что танцы были своеобразной терапией того времени. Своим существом они не были связаны с войной, а были приметой именно мирного времени. Например, это отмечает в своём дневнике политрук Владимир Ге:
В день Сталинской конституции у нас в штабе армии был вечер, после которого были танцы под духовой оркестр. Это уже не первый вечер с танцами.
Звучные и плавные мелодии вальса, томного танго и игривого фокстрота навеяли воспоминания о недавнем прошлом мирного времени. Кокетливые разговоры, грубоватые «пожатия и объятия», нетерпеливые взгляды вожделения, все это так знакомо, шаблонно и понятно, но, однако, меня где-то и чем-то внутри царапнуло. Конечно, понятна и оправдываема эта тоска по общению с женщиной, желание быть в «женском обществе» (9 декабря 1943 г., материал с сайта "Прожито")
Танго в ссылке
В начале сороковых главным дирижёром Государственного джаз-оркестра СССР был Александр Варламов, автор многих джазовых композиций, среди которых было и несколько танго. 16 января 1943 года он попадает под арест, его отправляют на северный Урал сроком на 8 лет заключения и ещё 5 лет ссылки. Причина его ареста осталась неизвестной.
По такой же необъяснимой причине из эстрадной жизни исчезает другой популярный певец - Вадим Козин. С самого начала войны пластинки с его записями нельзя было отправлять на переплавку, равно как и песни Шульженко. Даже купить их было можно, если сдашь килограмм других пластинок. Как артист Козин выступает в составе бригад на Калининском фронте, в Севастополе, даже вылетает в Тегеран, где проходит встреча Сталина, Черчилля и Рузвельта. В общем, он был важной фигурой на отечественной сцене.
Что могло стать причиной его исчезновения? Виновником своей участи певец называл Лаврентия Берию, об этом он рассказывал в дневниках и поздних интервью. Глава НКВД не откликнулся на его просьбу эвакуировать его родных из блокадного Ленинграда. По другой версии Козин выступал перед военным польским корпусом и якобы пытался с ним покинуть страну. Но какие бы ни существовали версии, факт в том, что 15 мая 1944 года его отправляют на долгую ссылку в Магадан, где он проживёт всю оставшуюся жизнь. Теперь исполнителя "Осени" и "Забытого танго" больше нельзя услышать ни на сцене, ни на радио, ни на пластинках.
Конечно, он избегает суровых тяжелых работ на Колыме. Местная начальница Александра Гридасова ещё до прибытия Козина в лагерь включает его в состав местной концертной бригады, состоящей из таких же заключенных. Теперь они ездят с гастролями по городам Сибири и Дальнего востока. Но Козина даже такой мягкий приём не сильно радует и он долго будет считать, что его отправили в ссылку в самый выдающийся период его деятельности. Из-за тяжелых гастролей его голос потеряет прежний тембр и высоту.
Эти два предвоенных ареста лишь только начало масштабной кампании, которая развернётся во второй половине 1940-х.
Танго на фоне Победы
Наконец, война была окончена. И как вы могли заметить, музыка и танцы были постоянным спутником солдата. Джаз ещё раз доказал своё полноправное место в советской музыке. В праздничный день, 9 мая 1945 года в Москве на Площади Свердлова (ныне Театральная) проходится выступление оркестра Леонида Утёсова, который на тот момент руководит Государственным джаз-оркестром РСФСР. А в Ленинграде свой концерт к Дню победы готовит уже знакомый нам Эдди Рознер.
В этот период утвердилась новая политика производства грампластинок. 31 апреля 1944 все основные точки производства - Апрелевский завод, Ташкентский завод и Дом Звукозаписи - переданы под контроль Комитета по делам искусств. Утверждается четыре направления по производству записей: политические речи (этикетка с Кремлём), на экспорт (с надписью USSR), академическая музыка (с Большим театром) и развлекательно-танцевальная (с Шуховской башней). Также после войны в Латвии наравне с другими предприятиями был национализирован завод "Беллакорд", ставший Рижским заводом граммофонных пластинок. Ранее здесь записывались танго Строка в исполнении Петра Лещенко. Теперь певец в опале из-за семейного положения и резкого недоверия со стороны органов. Родственникам жены разрешено вернуться в Одессу, но вот сама Елена Белоусова, ставшая женой румынского подданного вынуждена остаться.
Другой певец русского зарубежья Константин Сокольский безболезненно закрепился в новой Латвийской ССР, не попав под подозрения из-за того, что он жил на оккупированной территории. Он начинает работать в Латвийской филармонии, правда, в новой советской жизни он не будет записывать танго. А тем временем в СССР врывается другая музыка, с трофеями везут немецкие и польские пластинки.
Достали новую пластиночку: на обеих сторонах польские танго. Вообще, танго у них очень распространены, и они очень хорошие, такие мелодичные, грустные и нежные. Слова хоть польские, но смысл все-таки угадываем, он соответствует тону музыки. Когда слушаешь эти танго, то отнюдь не воспламеняешься военным пылом, а, наоборот, находит такая приятная грусть, вспоминается прошлое и мечтается о будущем. (из дневника Андрея Ковалевского, 8 декабря 1944 года, материал с сайта "Прожито")
В социальном плане в обществе невероятный слом. Общие потери СССР после войны составляют около 26,6 миллионов человек, в первую очередь велики мужские потери. Типичная картина послевоенной танцплощадки - танцующие друг с другом девушки. При этом во время службы солдаты не только воевали, но и осваивали мирные навыки танцевания, как видно из приведённых в статье дневников.
С тяжёлыми чувствами я покидал часть, в которой служил с апреля 1944 года по сей день. В ней я много видел плохого, но гораздо больше видел и переживал хорошего, в ней я многому научился, в ней я нашел много хороших людей с еще не встречавшимися характерами, в ней я научился танцевать два танца: «танго» и «фокстрот». Не забыть мне тех дней службы в Красной Армии… Нет. (из дневника Виталия Буханова, 6-7 сентября 1945 г., материал с сайта "Прожито")
Итоговые геополитические сдвиги снова изменяют карту Европы. В ответ на предложение восстановить Польшу в прежних границах Сталин даёт отказ на возврат западных частей, включённых в состав СССР после пакта Молотова-Риббентропа. В итоге множество поляков покидают родные места. Многие люди, жившие на оккупированных территориях, подлежали арестам. Опасаясь преследования, они уходят в Западную Европу вне советского контроля. Среди них и Александр Перфильев, автор текстов к многим танго Оскара Строка. Начинается вторая волна русской эмиграции. А вскоре начнётся и Холодная война.
Правда, похолодание случится не скоро. 25 апреля 1945 года состоялось ещё одно знаменательное событие, можно сказать, ещё один сломавшийся барьер. Это знаменитая встреча на реке Эльба в районе города Торгау, когда советские солдаты впервые повстречают американцев. По воспоминаниям обеих сторон, общение прошло на позитивном уровне, что сопровождалось совместными банкетами и танцами.
Новая жизнь после войны в СССР кажется лучше в любом случае. Можно снова жить без войны, снова слушать музыку и танцевать. Но ситуация после Победы окажется не самой тёплой. Но об этом в следующей статье.
Список литературы:
Алексей Баташев. Советский джаз.
Юрий Цейтлин. Взлёты и падения великого трубача Эдди Рознера.
Пётр Лещенко. Исповедь от первого лица.
Вера Белоусова-Лещенко. Всё, что было.
Борис Савченко. Опальный орфей.
Глеб Скороходов. Тайны граммофона.
Глеб Скороходов. Три влечения Клавдии Шульженко
Анисим Гиммерверт. Оскар Строк. Король и подданный.
Сьюзанн Амент. Допеть до победы. Роль песни в советском обществе во время Второй Мировой Войны.