На самом деле, в чём Кабриолев на 100% уверен, даже те артисты, которые говорят, что никогда рецензии на свои выступления не читают – их читают, как миленькие! А знает он это не с чьих-то там слов, а от того, что призрака же не обманешь и он видит всё… Но сам он над этим лишь посмеивается, справедливо полагая, что читать нужно, да даже более того – следует прислушиваться. Впрочем, не ко всем и не всегда, ибо балетные критики народ специфичный, заведомо предвзятый и часто с проблемным желудком, отчего желчи переизбыток.
При этом при всём, сам Вольдемар Альбертович в первой трети своей балетоманской карьеры пытался было подвязаться на этой ниве, но безуспешно – перо его не столь витиевато выводило, как язык выплетал. Сейчас же, от этой попытки не открещиваясь, радуется даже Кабриолев сему фиаско, зная из личного опыта к чему приводит сея стезя – к повышенной кислотности и, как следствие, к токсичности личности. Бесславный финал…
Но это не приговор – знавал Вольдемар Альбертович и вполне им уважаемых критиков, а с некоторыми даже знакомство близкое водил. И тут, как всегда и везде, – всё зависит исключительно от силы самой личности, правильности внутренних настроек и их стойкости. Тем более быть над схваткой не удастся, а боевые действия в балетной среде не прекращаются никогда, и чьей-то позиции держаться придётся. Особенно вначале карьеры рецензента, когда ему надо на своих позициях закрепиться, и тут лишь один вариант выжить – к кому-то примкнуть.
Другой же конец у этой палки в том, что автоматически ты становишься врагом врагов патрона, а рупор твой теперь обязан ему елей лить, соперников понося. И это – вне зависимости от реального положения дел: твой кумир всегда всех лучше, даже если он вчера налажал с три короба в простейшей вариации. И вот на этом моменте определяется профессионализм балетного критика: сделать вид, что такое не заметил – невозможно, но можно же под нагромождением деепричастных оборотов похоронить крамольную мысль. И вот когда непонятно ругает или хвалит, то это – высший пилотаж.
Но лишь асам из асов критического пера удаётся уйти из-под чьей-либо опеки и реальную самостоятельность обрести, впрочем, всегда до некоторой степени условную. Так как к этому моменту они безусловно встроены в систему, связаны узами дружбы, а то и брака, с балетными и прочими сильными мира того. Полностью возвыситься над личностными отношениями не удалось на памяти Кабриолева никому, однако надежды он не теряет, заверяя меня что видит потенциал в одном человеке. Интересно, о ком это он…
#балет #танцы #искусство #культура #театр и балет