В конце XIX века велосипеды были ещё в диковинку даже в больших городах, однако 67-летний Лев Толстой сразу ими заинтересовался. Как только писателю удалось раздобыть себе велосипед, он тут же начал его осваивать, нарезая круги на московском Манеже. Это не прошло мимо внимания местных изданий. Так, журнал “Циклист” написал: «На прошлой неделе мы видели его катающимся в манеже в своей традиционной блузе. Искусство владеть велосипедом графу далось очень легко, и теперь он ездит совершенно свободно». Родные и близкие, опасаясь за здоровье Льва Николаевича, сначала не одобряли его новое увлечение, ведь он нередко нарезал по 15 километров в день, но со временем смирились. Сам же писатель не знал, как объяснить эту свою новую страсть: «Очень странно, зачем меня тянет делать это. Чувствую, тут есть естественное юродство».
В конце XIX века велосипеды были ещё в диковинку даже в больших городах, однако 67-летний Лев Толстой сразу ими заинтересовался.
Как только писателю удалось раздобыть себе велосипед, он тут же начал его осваивать, нарезая круги на московском Манеже. Это не прошло мимо внимания местных изданий. Так, журнал “Циклист” написал:
«На прошлой неделе мы видели его катающимся в манеже в своей традиционной блузе. Искусство владеть велосипедом графу далось очень легко, и теперь он ездит совершенно свободно».
Родные и близкие, опасаясь за здоровье Льва Николаевича, сначала не одобряли его новое увлечение, ведь он нередко нарезал по 15 километров в день, но со временем смирились. Сам же писатель не знал, как объяснить эту свою новую страсть:
«Очень странно, зачем меня тянет делать это. Чувствую, тут есть естественное юродство».