Детство моего поколения проходило во дворе. Что это такое современным машинно-компьютерным детям понять так же сложно как мне жизнь детей в якутском стойбище или племенах африканских саванн.
В самом центре колоритного южного города, имеющего славу бандитской столицы и остатки казацких традиций, каким-то чудом сохранилась купеческая усадьба. Самым невероятным образом постройки не были разрушены ни революцией, ни Отечественной войной.
Я родилась через год после смерти Сталина. Страшные годы войны и сталинские репрессии были позади, а хрущевская оттепель ещё не наступила. Люди только-только налаживали свой быт и их судьбы сплетались самым невероятным образом. Ни до этого времени, ни после невозможно было соединить в одном дворе столь разных во всех отношениях людей.
Когда во дворе справляли свадьбу или похороны, то за одним столом сидели знаменитый академик и шофёр, бывшая графиня и кондукторша трамвая, ювелир и местная проститутка. При всех противоречиях и скандалах старый двор имел магию соединять всех что называется в горе и радости.
Бывшая графиня была совсем старенькая и редко спускалась из своей квартиры по железной лестнице, которую пристроили к купеческому дому. Я ни разу не видела ее без шляпки и кружевных перчаток.
Раз в месяц не смотря на свою нищенскую пенсию она вызывала парикмахера и маникюршу. Ее люто ненавидела кондукторша трамвая Наташка , жившая прямо под лестницей в полутемной коморке. К своим сорока годам она походила на гренадёра и видом , и характером. Как только графиня появлялась в милой соломенной шляпке с цветочками и вишенками Наташка громко и противно смеялась со словами:
«О-ооо! Опять огород нацепила на голову, шо, личный парикмахтер не пришёл?». Наташка не понимала как можно тратить деньги на такие причуды, но в душе завидовала графине. Ее шторкам на окнах , единственной фарфорой чашечке с серебряной ложечкой и главное тому, что соседи относятся к этой нищей графине с особым почтением.
Бедную Наташку никто и никогда в жизни не любил. Жила она одна , ходила в характерных для кондукторов грубых перчатках без пальцев , а из навыков общения знала только скандал.
Единственный человек, к которому Наташка относилась по доброму и даже несколько снисходительно был богатый ювелир Зиновий Львович. Видимо в ее картине мира еврею положено было быть богатым. А то обстоятельство, что он выпивал и жутко боялся свою огромную русскую жену вызывало в ней особое принятие.
продолжение следует…
Автор текста и иллюстраций Наталья Ярошенко