Россия, расположившись между Европой и Азией, так и не стала своей в этих цивилизациях.
С азиатским регионом всё просто. Мы ощущаем себя европейцами. Мы культурно ближе к Западу. У нас более трепетное отношение к человеческой жизни, чем в Азии.
С азиатским регионом мы можем дружить, но мы разные на генетическом уровне.
От европейцев мы тоже отличаемся, но значительно меньше. В начале 1990-х у нас фазы не совпали. В то время в Европе сытое поколение стало электоральным большинством.
На основе послевоенного отрицания фашизма стало развиваться негативное отношение к ограничениям прав любых меньшинств, индивидуальных прав и свобод. Индивидуализм стал процветать.
У нас в это время шёл обратный процесс, рушилась империя. Чечню наводнили арабские исламисты, в Приднестровье всё двигалось к межнациональной резне, на окраинах империи вспыхивали один за другим вооружённые конфликты. Надо было что-то делать, чтобы окончательно всё не развалилось.
Нам европейцы говорили о проблемах геев и лесбиянок, а у нас рождаемость рухнула. Они говорили о толерантности, о принципиальном отказе от милитаризма, а у нас никуда не исчез культ Победы. Мы не забыли Великую Отечественную войну, для нас шествие в колоннах Бессмертного полка превратилось в душевный порыв. Наши проблемы оказались диаметрально противоположными. Что же в результате произошло?
Предложения европейцев нам казались как минимум странными, по нашему мнению, от них за версту разило лицемерием.
По их понятиям, были злостно нарушены права человека, произведено насилие над проявлением индивидуальности. У нас даже закоренелые атеисты осудили вакханалию, устроенную в храме. Никакие социальные потрясения не смогли искоренить нашу тягу к традиционным ценностям. Не "родитель один" и "родитель два", а мужчина и женщина, уважение к старшим и так далее.
Наши, по мнению европейцев, нерациональные действия во многом объясняются стремлением к справедливости. Европейская цивилизация существует на основе права - dura lex sed lex ("закон суров, но это закон"). В нашем общественном сознании справедливость над правом превалирует. В 1999-2000 годах поддержка нами сербов была совершенно нерациональной. Мы были слабы, отползли, утёрлись, но тем не менее...
Мы отличались и в государственном строительстве. Мы никогда не были бедными овечками, но вплоть до XIX века сумели без особых обид ассимилировать национальные элиты и народы. Мы умели сожительствовать с ними. Брак англичан с жителями Индии был явлением крайне редким. Для русских, продвигавшихся по сибирским просторам, такой проблемы вообще не существовало. Мы никогда не были расистами.
Великобритания, Франция и прочие Бельгии теряли свои колонии, как правило, безболезненно. Для белого движения в годы Гражданской войны выступавшего "за единую и неделимую", потеря Финляндии или Польши была невыносима.
К 1970-м годам даже было провозглашено, что он решён окончательно и бесповоротно в том виде, который достался нам от царизма. Интернациональная идея была адекватно воспринята всеми. Когда сегодня говорят, что большевики заложили мины под национальный вопрос, то во многом лукавят.
В итоге всяческие политические заигрывания о стремлении в единую Европу просто заглохли. Отношения с коллективным Западом пришли к ситуации, которая характеризуется жутковатой фразой российского президента: "Зачем нам такой мир, в котором России не будет?" Она не оставила нашим бывшим партнёрам места ни для шантажа, ни для запугиваний. Им предоставлена лишь одна возможность - оставить нас в покое.
Буду благодарен за ваши комментарии.
Если статья понравилась, поделитесь в соцсетях!
На канал можно подписаться ЗДЕСЬ.