Ветеран глянца и номинальный директор уже несуществующего Музея моды Ольга Михайловская написала туманный пост, из которого ясно одно

Ветеран глянца и номинальный директор уже несуществующего Музея моды Ольга Михайловская написала туманный пост, из которого ясно одно: рассказом Алены Долецкой о той самой не случившейся из-за спецоперации выставке Михайловская неприятно удивлена. Мы для вас этот пост расшифруем.

В далеком 2016 году Conde Nast в лице Аниты Гиговской предложил очень важному музейному деятелю, директору Музея Виктории и Альберта в Лондоне Мартину Роту сделать выставку о влиянии России на мировую моду. Рот заинтересовался, и Анита попросила внештатного контрибьютора Vogue Россия Ольгу Михайловскую написать концепцию проекта (в канале Front Fashion выложены отрывки). С ней Гиговская с Михайловской отправились в Лондон – концепцию приняли на ура. Мартин Рот сказал, что выставка в одном музее, пусть даже таком великом, как V&A – несовременно, проект должен переезжать, и в качестве московской площадки была предложения Третьяковка на Крымском валу. Рот приезжал в Москву, проект несся на всех парусах, и вот Мартин, заметно торопясь, устраивает пресс-конференцию в Лондоне – спешку объясняет тем, что не хочет, чтобы какой-нибудь парижский Музей декоративного искусства его с этой идеей опередил. Выставка назначена на 2020 год – всех немного шокирует срок подготовки в 4 года, но «только так все и делается».

Далее события развиваются стремительно: через месяц после пресс-конференции случается первого голосование по Брекситу, и Мартин Рот покидает свой пост. Риторика лондонцев меняется, проект буксует. Через год Рот скоропостижно умирает в своей берлинской квартире в возрасте 62 лет. Тут лондонская сторона и вовсе перестает быть friendly, звучат неприемлемые требования и условия, и Conde Nast, год поддерживавший диалог с Третьяковкой (вроде как уже настроенной к показу какой-то там одежды скептично), из проекта выходит.

Но Зельфиру Трегулову, оказывается, идея все же не отпускает, и вот в Третьяковскую галерею выходит работать Алена Долецкая, которой по силу эту выставку снова собрать. Что Алена Станиславовна и делает, сталкиваясь по пути с проблемами. Например, Chanel отказываются сотрудничать, пока не прояснится ситуация с тем, чья эта выставка – ссориться с Conde Nast им не хочется. Долецкая вынуждена связаться с Михайловской. Та не хочет денег, но хочет принять участие в проекте. Дамы приходят к некому соглашению. В результате выставка не состоялась, интервью и рассказы о ней есть, но ни в одном из них имя Михайловской не упомянуто. Ну, конфликты в публичном поле – не про Conde Nast.