С самого утра Димка был раздражённый, орал на кошку и если бы его Ирка не упорола на работу, то и ей досталось бы за компанию. Ему хотелось поспать в единственный выходной посреди недели, его разбудили, не накормили, проигнорили и теперь он бубнил. Я вытащил его из дома почти насильно и повёз в центр. Во-первых, мы давно не виделись, во-вторых он обещался помочь и сегодня это было как никогда надо.
— Короче, смотри, она должна прийти через час, — я смотрел, как он сметает ризотто с грибами и мне самому захотелось есть. — Да блин, не жри ты так быстро!
— Быстро ешь, больше достанется, — пробурчал он с набитым ртом, — и потом, это часть компенсации. Она хоть красивая?
— Понятия не имею, — сказал я, — на фотках вроде ничего, но мы не встречались. Потому тебя и позвал.
— Хама изображать не буду, — насупился Диман, — в прошлый раз мне в нос прилетело, и нормально так...
Он отставил тарелку, схватил кофейную чашку и быстро глотнул. Вечно он куда-то гнал, словно опаздывал или гнались за ним. Даже там, где это не требовалось. Ничего не поменялось в человеке за 15 лет. Даже эта его подростковая наивность и готовность ввязаться в авантюру типа этой.
— Хама не надо, — сказал я, — просто наступи ей на ногу на входе в кафе, со всей силы, желательно. Ты дохлый, это всё равно очень больно не выйдет.
— А если она джиу-джитсу знает и зарядит мне? — сморщился Димка, стреляя в меня искоркой из глаза. Мы сидели у панорамного окна и он жмурился на солнце, как сытый кот. Котом он и был с этот момент. — Давай я лучше её обниму, а потом скажу что обознался.
— Мне надо, чтобы она обиделась на тебя, хочу посмотреть реакцию. А то начнёте обниматься, она забудет, зачем пришла. Неловкость не нужна, нужна резкая обида на неуклюжего типа.
— Психолог сраный, — по доброму сказал Димка. Люблю его за это.
Заколотили молоточки звонка мобильника в кармане. Звонила она, извинялась, просила перенести встречу. Деметрий поймал мой недовольный взгляд, засмеялся.
— Ладно, — сказал он, когда я закончил говорить, — и часто у тебя такие барышни?
— Иногда, — рассеянно ответил я. Планы немного летели к чёрту, но теперь я точно пару часов никуда не торопился.
— Ты же был самым скромным на курсе, — Димка сходил, взял ещё кофе, насыпал в него сахар. Под моим неодобрительным взглядом он делал это нарочно медленно. — Что с тобой случилось? Зачем вот эти всё манипуляции? Ты же был хорошим журналистом, талантливым, боевым, весёлым. Мы все завидовали тебе. А теперь я даже не понимаю, кем ты работаешь...
— Журналистика это хорошо, когда хорошо оплачивается. А когда правда никому не нужна, за неё и не платят ничего, — усмехнулся я, просматривая сообщения в телеге.
— А помнишь Дашку? — спросил он тихо. Я вздрогнул. Сделал вид, что не понимаю сначала, потом поднял глаза вверх, вспоминая...
— Она замуж вышла на днях, Ирка сказала. Не придуряйся, плохо выходит, хоть ты и сраный психолог, но не настолько...
— Я не психолог, — сказал я, — тренинги баловство и мелкий заработок. Всё пошло наперекосяк гораздо раньше...
— Нет, не раньше! После Дашки всё посыпалось, шесть лет прошло, а ты всё дергаешься.
Мы помолчали. Я выхлебал свой флэт-уайт и поставил чашку на столик. Она была идеально белая, глянцевая снаружи, и кофейная гуща с молоком на дне свернулась маленькой улиткой.
Диман был и прав и не прав одновременно. Всё посыпалось из-за неё, но это не было началом. Продолжением скорее. Цепная реакция. Даже то, что она появилась в моей жизни, было следствием, а не отправной точкой. Черт, как же нас меняют другие люди? Наверное, сравнить можно только с катаклизмами мирового масштаба, но сейчас-то… Где мы и где катаклизмы? А люди - вот они. На каждом шагу. Но от кого-то просто горечь или осадок внутри, а от кого-то отек языка, крапивница, распухающие губы, жуткая аллергия, потому что они проникают внутрь так сильно и глубоко, что вызывают эти процессы. Психосоматика чистой воды. Впрочем, это эмоции.
Я посчитал до тридцати двух с паузами и уже на двадцати почувствовал, как успокаиваюсь и могу анализировать спокойно. Конечно, Дашка не при чем. Да, это было сильно, жёстко и непонятно закончилось, но закончилось же? И я вспомнил.
Вспомнил, как ору на шефа и со всей силы хлопаю дверью, потому что выносить это уже совершенно невозможно.
Вспомнил аварию, после которой, стуча зубами, шёл по обочине почти час.
Вспомнил, командировку, из которой вернулся совершенно чужим, одеревенелым, другим человеком. Не тем, которым был раньше.
Вспомнил встречу в метро, круто изменившую мою жизнь.
Через год это была драка возле парка, разорванная губа Вовки Кузнецова, лежащий навзничь качок Сандро и длинные объяснительные, которые пришлось забрать из ментовки, потому что юристы решили, что это лучше.
Короткими и длинными скачками назад, назад, туда, где мальчик сидит на берегу реки, с блокнотом и перьевой ручкой, вечно протекающей и пачкающей руки и одежду.
Нет, наверное, это слишком далеко. Но каждый раз, когда жизнь изгибала рельсы, я выбирал что-то не всегда очевидное. Мама хотела, чтобы я был инженером, как и она. Зачем? Я пошёл в политех и через год забрал документы и понёс их на филфак. Неужели Наташка была как раз тогда?
Я трогаю это имя языком, словно крохотную язвочку на нëбе. Да, она была как раз тогда. Смелая, самостоятельная, решительная Натали.
Я мог стать кем угодно, но стал журналистом, это такая очевидная вещь, встретить в парке человека, который скажет — а чего ты сидишь? Пошли, нам нужны как раз такие... И жизнь забьётся ярким ключом, надрывным, бессонным и золотым.
Потом галопом понесутся смены парадигм, события, командировки, одна из которых станет ещё одним поворотом, уже где-то внутри. Я привычно сделал полуоборот на пятке, красиво по-джедайски провёл синим светящимся мечом... Да, здесь Евгешка, надрыв и молчание, так и не вылившееся ни во что. Каждый поворот и женщина где-то рядом. Даже не удивительно, учитывая мою интровертность.
Мысленным красным карандашом я проводил линии в голове, прослеживая главного подозреваемого, сочувствуя ему, наблюдая его без доспехов и этих вечных шутеечек, которые пропадут только... Да, после аварии. Всё это путано выглядело только со стороны, но я видел висящую в воздухе неровную линию, от события к событию, от человека к человеку ведущую меня сюда.
Ещё один флэт-уайт, который притащил для меня Деметрий, уже остыл. Да и он сам устал смотреть на меня, озадаченно зависшего с выключенным смартфоном с руке. Наверняка устал и сам залип в телефоне.
— Замуж, говоришь, вышла, — сказал я так, словно и не выпадал из реальности на... не знаю даже сколько минут. — Это хорошо. Стой, это Дашка-то замуж?
Димка заржал.
— Да, отец, — сказал он, отсмеявшись, — как тебя на этих тренингах не побили, не понимаю. Ни чёрта ты в людях не понимаешь.
— Не во всех, — хмыкнул я, набирая в телефоне сообщение своей клиентке "и не забудьте надеть удобную обувь, простую, но в которой, будет если что, удобно пройтись". — А только в тех, кто мне небезразличен. Тут логика уступает место...
— Да-да, — поспешил вставить Димка, — всё понятно. Обойдешься без меня теперь?
— Ни в коем случае! Кто ещё кроме тебя может наступить девушке на ногу и не огрести при этом? Только ты. Она офисная мышка, джиу-джитсу можешь не бояться.
— Блин, — собрался было законючить Диман, — ну попроси кого-то другого?
— Реальность данная нам в ощущения использует женщин, — сказал я назидательно, — ну а я буду выше этого и обойдусь лучшими друзьями. В пятницу, если ты работаешь вечером, я заеду за тобой на работу. Твой шеф редкостный мудак и обойдётся на пару часов без тебя. Не найдейся отмазаться, ты нужен мне.
Все истории автора - Смотритель маяка