Дядя Вася всегда любил встревать во все разговоры коллектива, которым становился свидетелем. Каждый раз, он любил «вставлять свои пять копеек». Если речь шла об угле (наша ЦК была угольной котельной), обмуровщик рассказывал, что проработал шахтёром тридцать два года. Если тема была о пожарных, то он оказывается проработал огнеборцем восемь лет. Также пять лет слесарем, шесть лет электриком, десять лет штукатуром-маляром и так далее.
Поскольку мы уже привыкли к нескончаемому перечислению профессий дяди Васи, то решили их фиксировать мелом на листе фанеры. Один пожилой слесарь так и записывал в столбик:
«32 - шх»
«8 - пж»
«5 - сл»
«6 - эл».
Цифры означали количество отработанных лет, а сокращения - наименования профессий.
Колонка на фанере росла и в один день, она в сумме достигла сто двадцать два года. Народ вызвал дядю Васю в слесарку и пoтpeбoвaл объяснений. Обмуровщик, под взгляды коллектива, сел на табурет. Глаза его забегали, явно выдавая напряжённый мыслительный процесс.
- Так, «шх» - это же шахта? - заговорил он. - «Пж» - пожарка. Ну, и что непонятного? Я же восемь лет пожарным отработал на шахте! И слесарем там же.
Далее обмуровщик, причём очень ловко, начал подтасовывать остальные года стажа. Вероятно, он бы выкрутился из этой ситуации, пока пожилой слесарь не сказал:
- Вот ты сейчас сказал, что на ЖБИ работал бетонщиком и электриком на полставки. А не забыл, что мы вместе с тобой там трудились? Иной раз по нужде не было возможности отойти, а ты ещё, типа, умудрялся проводку тянуть?! Что-то я не припоминаю таких моментов!
Перевернув лист фанеры со «стажем», обвинитель продолжил:
- Давай, дальше отчитывайся!
Лишившись визуальной подсказки, по которой худо-бедно, можно было подтасовывать все «сто двадцать два года стажа», дядя Вася «завис». После деликатных подколок коллектива, он поднялся с табурета и молча вышел. В тот день, в слесарку он не заходил. А в последующих разговорах о профессиях, количеством отработанных лет не мерялся.
Начало про дядю Васю: