На первый взгляд может показаться, что слово «пикник» современное, чуть ли не новомодное. А между тем это название гастрономического времяпрепровождения на природе было так же хорошо знакомо нашим предкам в пушкинские и державинские времена. Подробнее рассказывает Алексей Митрофанов.
Французские корни
Происхождение слова «пикник» выглядит немного несуразно. Оно возникло в XVII веке и составлено из двух французских слов: pique – «мало есть, клевать как птичка» и nique – «нечто несерьёзное, малозначительное». Возможно, имелось в виду, что во время этого лёгкого перекуса на природе съедается меньше, чем при полноценном обеде.
Однако, глядя на огромные корзины с варёными яйцами, жареными цыплятами, кольцами копчёной колбасы, кругами сыра, пшеничными караваями, пирогами, огурцами, помидорами, жестянками сардинок и прочими яствами, которые обычно берутся «на природу», не очень веришь в справедливость этого названия. Не говоря уж о напитках, которые на свежем воздухе обычно поглощаются в утроенном количестве. Однако же из уважения к традиции мы продолжаем называть всё это дело пикником.
Впрочем, само явление гораздо старше, и момент его возникновения не зафиксирован. Но вот, например, уже в 1776 году Державин пишет стихотворение «Пикники»:
Оставя беспокойство в граде И всё, смущает что умы, В простой приятельской прохладе Своё проводим время мы... Нас не касаются раздоры, Обидам места не даём; Но, души всех, сердца и взоры Совокупя, веселье пьём.
Разнообразие меню
Большим любителем пикников был Антон Чехов. Он писал А. В. Суворину с дачи: «Новость: мы устроили себе рулетку. Ставка не больше копейки. Доход рулетки идёт на общее дело – устройство пикников. Я крупье». Пикники то и дело мелькают в рассказах писателя.
Иван же Шмелёв вспоминал, как готовились к пикнику в его семье: «Послали к Егорову взять по записке, чего для гулянья полагается: сырку, колбасы с языком, балычку, икорки, свежих огурчиков, мармеладцу, лимончика... Сварили два десятка яиц вкрутую, да у чайниц возьмём печёных – хорошо на воздухе печёное яичко съесть, буренькое совсем».
А вот как описывала один из пикников русская меценатка Маргарита Морозова: «Мы много гуляли по окружающим Поповку дремучим лесам, устроили пикник в село Маркино-Городище, находившееся от нас верстах в 10, на очень высокой горе над Волгой, откуда открылся бесконечный простор, грандиозный вид на извилины Волги и кое-где белевшие далёкие церкви. Поехали мы большой компанией на лодках, со всеми детьми, и там жгли костры и даже ночевали под открытым небом, в поле, около леса».
Самарские воздушники
Бывало, часть провизии добывали прямо там, на месте пикника. Подобное случалось на охоте, на рыбалке, во время сбора ягод и грибов. Картина Василия Перова «Охотники на привале» – типичный пикник.
Пикник мог проходить в лесу, на берегу реки, в городском парке, в ботаническом саду – если, конечно, это позволялось. Можно было возлежать прямо на траве или цивилизованно сидеть на стульях за столом. Нанять официантов, поваров – или же делать всё самостоятельно. Формат пикника не был жёстким.
А декабрист Александр Беляев, живший в 1840-е годы в Самаре, писал: «В Самаре часто составлялись весёлые пикники. Для этого нанимали волжскую лодку с гребцами, брали с собой различные вкусные яства: пироги, шоколад, чай, кофе. Отправлялись на какой-нибудь остров и располагались где-нибудь в живописной местности у пчельника.
Пока старшие готовили всё для еды, охотники удить рыбу располагались по берегу с удочками, а всё остальное общество, состоящее из сонма молодых и, надо прибавить, прелестных девиц и молодых людей, уходило гулять по лесу… Прелестные... спутницы с пылающими от волнения, усталости, опасных переходов лицами были ещё прелестнее. Как приятны были эти гуляния!»
Кстати, в Самаре пикники называли «воздушниками». И не все говорили «пойти на пикник», а вместо этого – «пить чай». Иностранное слово казалось чужим, неуютным.
Пикник с генералом
Гуляли на пикниках, как и в наши дни, на полную катушку! И часто при этом случались призабавные казусы. Так, Костромской уездный воинский начальник Владимир Иванович Токмачёв, получив генеральское звание, облачился в новенькую форму и устроил на радостях пикник. Там, видимо, переусердствовал с напитками и принялся прыгать через костёр.
В результате его генеральские штаны с лампасами обгорели. Супруга новоиспечённого генерала в наказание на две недели спрятала их в сундук. Коллеги спрашивали Токмачёва: «Куда же девались, Ваше превосходительство, лампасы?» На что несчастный генерал махал рукой и говорил: «А ну их к чёрту, этих баб!»