Сомнения-Жажда-Поиск-Выход
Большинство людей, знавших меня до 2013 года, могли бы охарактеризовать меня тогда как довольно верующего человека. Как человека, придерживавшегося христианской религии и нравственности, а если говорить точнее – римского Католичества. Такая характеристика была вполне верной, поскольку я всецело разделял христианское учение в его католической интерпретации, а также общехристианские воззрения на учения Иисуса Христа, которых придерживается большинство христианских поместных церквей и крупных протестантских образований.
В период с 2005 по 2010 годов я даже рассматривал возможность стать католическим священником и принять обед безбрачия, поскольку целибат – это важное условие принятие сана в Католической церкви. Целибат никогда не казался и всё ещё не кажется мне существенной проблемой. Напротив, забегая вперед, скажу, что в современном мире сознание обычного человека агрессивно бомбардируется эротическими образами с целью полного подчинения воли и внимания. Единственный способ перейти на «уровень выше» состоит в полном контроле своего внимания. Большинство потребностей есть производная вашего внимания. Ваше внимание творит вашу реальность… Или же ваша реальность творит ад через ваше внимание – выбор за вами. Власть, деньги и секс есть три основных столпа этой «системы вещей». На них строится любой социальный институт. Любая форма контроля личности осуществляется посредством воздействия на эти три сферы. Но об этом позже.
В то время в Католицизме меня привлекало два аспекта: историческая основательность и наличие места для мистицизма. Говоря об исторической основательности, я вовсе не имею в виду беспроблемность истории Католической церкви. О противоречивости истории этой структуры знают даже школьники. Привлекало другое: как эта структура выкарабкивалась из самых дремучих и кризисных перипетий и в конечном счёте заменила собой Римскую Империю. Это резонировало с моей собственной жизнью. Долгое время она представляла собой один затянувшийся кризис. Всё постоянно менялось: люди, города, власть. Нужен был реальный пример эффективного (насколько это в принципе возможно) выживания в быстро меняющемся мире, но чтобы в погоне за дарвинской выживаемостью не утрачивался некий основной изначальный стержень, который позволял бы мне говорить, что я – это я. В Католической Церкви это было. Других религиозных и духовных общин сметали даже малые региональные кризисы. Католицизм устоял…
Второй аспект, которому, собственно, во многом и посвящена эта публикация, и что я тогда находил в Католицизме привлекательным – наличие места мистицизму. Как я как ни старался, но ни первого, ни второго я так и не смог найти в протестантских направлениях и в нехристианских верованиях вроде Нью-эйдж или Саентологии, коими я также старался интересоваться по мере своих возможностей, чтобы иметь точки соприкосновения с представителями этих течений. Несмотря на все скандалы и проблемы внутри Католической церкви, на тот момент практической альтернативы ей не было. В отечественной РПЦ дела обстояли крайне плохо как с позиций кадров (по моему наблюдению людей, стремящихся к чему-то глубокому было даже меньше чем в Католичестве), так и с позиции организации как таковой, поскольку разрыв между умными и недалёкими в Православии еще более заметен, чем в западных церквях.
Однако, в 2013 году в моей жизни произошел ряд вызовов, которые подвигли меня пересмотреть мою модель духовности и отдалиться от Христианства, а с 2021 года я я пришёл к осознанию, что больше не являюсь христианином. Не потому, что произошел какой-то отказ внутри меня. Скорее наоборот, ослабло до максимума чувство связи с чем-то. Чувство принадлежности, самоотождествления – это то, на чём строятся все религии. Некий внутренний компас, указывающей красной стрелкой на исходный ориентир. В один прекрасный момент я стал замечать, что стрелка не указывает на Рим. Это стало причиной долгих раздумий.
Сразу оговорюсь: мой отказ считать себя христианином вовсе не означает отрицание всех ценностей и идей, проповедуемых Христианской Церковью. Напротив, вне церкви Иешу́а га-Ноцри́ выглядит более понятным, чем та «конструкция», которая представлена в церковной догматической литературе. В Христианстве действительно много хорошего, доброго, правильного и практичного (от упоминания последнего вы еще изрядно устанете в моих публикациях). Просто в один прекрасный момент я понял, что перерос Христианство. И как формальную систему (церковники, мессы, обряды, набор догм, которых я не мог внутренне принять…), и как систему ценностей. Мне нужны были ответы, мне нужны были реальные духовные результаты, мне нужно было чувствовать связь со Всевышнем (называйте его/её Богом, Абсолютом, Великой Силой либо как-то иначе). Мне нужен был духовный рост, но вместо этого жизнь подкидывала мне все новые и новые каверзные вопросы, которые я никак не мог разрешить для себя христианскими методами внутри Католической Церкви. Справедливости ради скажу, что я поддерживал плотное общение с другими христианскими деноминациями, задавал вопросами, обменивался опытом, искал объяснений, но и там не находил.
Моё нежелание искать себя в Протестантизме вызвано прежде всего его поверхностностью и отсутствием исторической фундаментальности. Особенно меня отторгали вновь испечённые американские группы, основанные на сомнительных практиках катания по полу, громких экзальтациях, трансовых танцев и подобном «поклонении в духе». Уж сколько я насмотрелся в своей жизни этих «помазанным Духом Святым»… Ни счесть. Естественно, духовная фундаментальность предполагает единство учения церкви. У протестантов, несмотря на наличие определённого примитивного канона верований, на практике у каждой общины всё верование по сути представлено верованиями (и крайностями в веровании) соответствующего пастора общины. Именно поэтому протестантские деноминации, в отличие от старых христианских церквей, так легко и активно дробятся на многочисленные более мелкие общины. На словах основным авторитетом для Протестантов выступает Библия. Однако ввиду того, что Библия является до нельзя сложным текстом, требующим от читателя крайне высоких навыков интерпретации и понимания множества исторических деталей, то на практике у протестантов Библия быстро подменяется её толкованием пастырем общины, и выкручивают они её виртуозно. Благо в этом наборе еврейских сказаний можно найти стихи, подтверждающие абсолютно любую ахинею идею.
Реальная внутренняя атмосфера во многих встречаемых мною протестантских общинах также удручающая. Мой дядя долгое время состоял в баптисткой церкви, и поэтому я довольно хорошо представляю их внутреннюю «кухню». Постоянные склоки между собой, разлады, доказывание с пеной у рта, чей «практический духовный опыт более библейский», латентная и, порой, открытая агрессия, токсичная внутренняя среда, довольно часто наблюдаемый радикальный и антинаучный фундаментализм и фанатизм, и много других «сюрпризов». Снаружи эти пороки протестантских общин не выглядят столь заметными, поскольку в отношении вновь прибывших практикуется «удар любовью», погружающий неофитов в искусственное состояние тотального принятия общиной. Но это только демо-версия. Довольно скоро приходится платить по полной…
Протестантизм наивен и инфантилен в массе своих проявлений, равно как и подавляющее большинство их паствы. Именно поэтому мне оказалось с ним не по пути.
Но вернусь к своей истории. Летом 2013 года я прошел через все круги ада. Резко ухудшилась ситуация со здоровьем, в отношениях с людьми, в карьере. Я чувствовал, что мир вокруг меня рушится и я не в состоянии влиять на что-либо. Что самое плохое – у меня не было объяснения на вопрос «почему я?». Для взрослого человека не так страшны проблемы, как отсутствие понимания их причин. Моя жизнь стала напоминать корабль со множеством пробоин, когда не знаешь, что латать, за что браться. Выстраивать какую-то иерархию по приоритетности проблем не получалось, поскольку плохо было во всех сферах разом. Справиться с одной проблемой было невозможно без решения другой и так по порочному кругу. Сложившаяся ситуация противоречила всему моему опыту: как человек, считавший себя практичным, я всегда направлял все ресурсы и усилия на что-то одно, создавая таким образом некий рычаг над проблемой. Я и сейчас зачастую придерживаюсь этой тактики: выбираю точку приложения усилий, и, предварительно сконцентрировав все ресурсы, упорно бью в одно место. Образуемое превосходство в ресурсах, как правило, даёт верх над проблемой. Но не тогда в 2013 году…
Люди, которых я знал и на кого рассчитывал, либо отдалились, либо были переполнены своими собственными проблемами. Скажу большее: тогда люди в принципе разочаровали меня. А мне нужны были ответы, живые решения. Я понял, что нельзя держать центр своей силы в людях, будь они самыми глубокими и опытными духовными учителями. Я пробывал все, что было доступно в Католической Церкви (молитвы, посты, чтение духовной литературы, исповеди, общение со священниками), но результатов не чувствовал. Ни духовных, ни на физическом плане. Из головы не вылезало впечатление, описанное Вадимом Зеландом в «Трансерфинге реальности» о том, что меня произвели в мир, а инструкцию по эксплуатации мира выдать забыли. На пике кризиса я стал обращать внимание на альтернативные и эзотерические учения, а также на идеи трансгуманизма. В результате – а он пришел только через несколько лет, – я нашел (а еще правильнее сказать — построил) для себя ту систему духовности, которая не только отвечает на большинство моих вопросов, но и дает реальные результаты. В жизни стали твориться мощные чудеса: я выиграл сразу же две грин-карты для членов своей семьи (шансы чего крайне малы даже для одного человека), затем переехал в Нью-Йорк, открыл свой собственный бизнес, получил хорошее образование, обзавёлся новыми связями и друзьями, нашел себя в этой жизни. Я построил свою уникальную систему управления реальностью, которая дает мне все: исцеление, финансовое благополучие, нужных людей, вкус жизни, защиту от неприятностей. Жизнь наполнилась красками. Однако мои поиски были сопряжены с непрекращающейся внутренней борьбой, о чем я и хочу поделиться с вами, чтобы вы не совершили моих ошибок. Забегу вперед со спойлером: у меня не будет для вас готового решения, как достичь того же, чего достиг я. Моя система выстроена под меня. Она функционирует потому, что она выстроена вокруг моей личности, моих талантов и слабостей, моих достоинств и пороков. Под вас, мой дорогой читатель, нужно создавать свою реальность, и инструменты для создания такой эксклюзивной реальности будут свои в зависимости от вашей настоящей точки на плоскости координат. Я их дам, но не сразу. Мне нужно отсеять праздно шатающихся и сфокусироваться на достойных знания. Но вернемся к Христианству и проблемах с ним.
Христианский эгрегор силен тем, что навязывает сильное чувство вины за вероотступничество. Уже самая первая заповедь (Исх. 20, 2-17) запрещает обращение к другим учениям. Мировоззрение христианина (впрочем, и не только христианина) с самого первого дня пребывания в лоне Церкви активно отгораживается от внешнего духовного мира, чтобы тот ненароком не ушел на лево. Происходит навязывание идеи того, что за обращение к другим верованиям и практикам, да и вообще за поиск альтернативной информации непременно придет наказание, как это делается в некоторых особенно кровожадных режимах, наказывающих своих граждан за сам поиск неугодной информации. Но в далекий уже 2013 год я итак уже был наказан «по самое не хочу». Поэтому мне чудом удалось ускользнуть от своего собственного христианского смотрителя в голове, о чём подробнее пойдёт речь во второй части этого эссе.
Второй столп, на котором зиждется всякая христианская церковь – это спекуляции такими мистическими и эмоционально сильными событиями как смерть, сущность которых крайне сложно понять людям, у которых нет реального контакта с потусторонним миром или опыта переживания смерти (клинической смерти). Как мне недавно встретилась одно довольно меткое изречение, смерть невозможно понять со своего персонального уровня, но она вполне себе имеет понятное и принимаемое объяснение на уровнях выше – уровне группы и далее с глобального уровня кажется вполне себе закономерным и полезным явлением, что впрочем, никак не объяснить молодому пациенту, которому вынесен смертельный диагноз.
Ниже я перечислю основные моменты, которые склонили меня отойти от Церкви. Навсегда или на время – пока сказать сложно. Я не сторонник «сжигать мосты». Как мыслящий и открытый человек я готов к дискуссии и аргументам, но только с теми, кто имеет реальный духовный опыт. Среди основных причин моего отпадения (Боже, как вероломно это звучит!) я отметил бы отсутствие мистического опыта переживания Бога и неверие в возможности клира помочь мне получить такой опыт. Подробностей я коснусь ниже, а начать хотелось бы с ряда фундаментальных нестыковок Христианства, которые и сейчас не дают мне покоя.
I. Аллегория испорченного принтера. Представьте, что вы являетесь производителем принтеров. После того как дизайн изделия подготовлен и производство запущено, выясняется, что в устройстве имеется некий дефект, который искажает качество печати, и часть напечатанной информации становится некорректной. Не важно по какой причине так произошло – по вине ли самого Дизайнера, или же на этапе сборки подлый конкурент уговорил рабочего-сборщика сознательно создать дефект... Ладно, версию с Дизайнером мы не рассматриваем, так как за хулу на него можно быть навеки сосланным в разнорабочие. Шутка, но с намеком.
Через какое-то время дефект все же вскрывается. Всем становится очевидно, что в изделии есть изъян, из-за которого распечатки получаются некорректными. Однако вместо того, чтобы исправить найденный дефект – внести коррективы в сам дизайн (окей, опять допустим, что дизайн идеален как и сам Дизайнер), или исправить методологию сборки (как вариант, уволить продавшегося рабочего-вредителя), принимается решение исправлять каждый напечатанный лист по отдельности. Причем вина за дефектную печать принтера возлагается не на производителя, а на потребителя. Если потребитель не сделает какое-то невероятное сальто-мортале и сам не исправит каждый напечатанный на таком поломанном принтере документ, то он будет вечно страдать в каком-то изолированном помещении вроде кладовой с такими же грешниками, которые так же умудрились приобрести дефектный принтер.
Если вы еще не поняли, то речь идет о концепции первородного греха. Дизайнером выступает Бог, рабочими – первые люди Адам и Ева, а конкурент-диверсант – Дьявол. Люди согрешили, вкусив запретный плод, после чего стали грешными и были удалены из рая. У них родились дети, и первородный грех Адама и его тёлки перешел к ним, а от них к их детям и так далее… Казалось бы, почему бы не запретить этой парочке рожать? Как минимум, чтобы не плодить грешников. Или же, как альтернатива, чтобы дети рождались без первородного греха? Ведь на то бог еврейского народа Иегова и называет себя верховным создателем и всемогущим, чтобы устанавливать такие правила игры, какие посчитает нужным. Или же не он устанавливает, что является грехом и как этот грех передаётся? Но если не он, а кто-то иной, то как он тогда может называться всемогущим?
Напомню, что концепция первородного греха является ключевой христианской доктриной всех основных христианских церквей. Это не то, что можно произвольно выкинуть или проигнорировать. Это, по сути, главное объяснение почему мир таков, каков он есть с позиций отношений человека и Бога. Нам навязывают идею, что мы все страдаем лишь из-за того, что кто-то когда-то ослушался Иегову (он же Яхве, он же проходящий под несколькими сотнями иных имен) и поэтому мы все с самого рождения уже грешники. Родился – уже грешник, родился – уже должен искупать первородный грех. Окей, в некоторых христианских церквях новорожденные дети считаются безгрешными до момента первого ослушания, что, как показывает наблюдение, случается довольно в раннем возрасте и, навряд ли может ставиться в вину малолетнему грешнику. Сами понимаете, что фундаментально такая трактовка проблему не решает.
Проблема первородного греха напрямую завязана на ещё более сложной проблемой ответственности Создателя. В Христианстве Создатель идеален, непогрешим. Поэтому и ответственности Создателя быть не может. Но и в дизайне нет недостатков, поскольку идеальный Создатель не может породить неидеальный дизайн. Окей, но где же тогда ошибка, если по факту дизайн все же неидеален? Ошибка в вас, мой дорогой грешник!
II. Сама возможность грешить уже противоречива. Задумайтесь, а зачем вообще бог еврейского народа Иегова предусмотрел в дизайне человека возможность совершения греха? Зачем в нашем «коде» есть такая опция как «ослушаться Бога»? Если все наши проблемы от нашего же непослушания, возможно, есть смысл что-то сделать с самой возможностью грешить? И тут вы воскликните: «а как же свобода выбора?!». Проблема человеческой свободы выбора состоит в том, что она в любом случае ограничена. Физическими и моральными рамками. У свободы и так есть границы, просто пока некоторые греховные действия лежат внутри границ нашей свободы, а могли быть вынесены вовне.
К примеру, люди не могут летать или плавать на глубины без специальных технических приспособлений. Не могут обычным зрением видеть ультрафиолетовые излучения. Мы многого не можем. Наша свобода выбора ограничена нашими физиологическими возможностями. Но такую же логику рассуждений можно распространить и на моральные вопросы. К примеру, пчелы, за исключением королевы и трутней, не имеют половых признаков, а стало быть и не могут совершить греха прелюбодеяния. Спрашивается, зачем человеку нужны деление людей на два пола и сильная гормональная зависимость от секса? Создал бы Бог всех однополыми, уже бы половина грехов ушло бы разом. Тоже самое можно сказать и о других грехах. Пчёлы, к примеру, не убивают «коллег» по улью и, насколько я знаю, внутри колонии нет внутривидовой борьбы. Маленькие дети также не стремиться убить. Жажда и возможности расправы появляются в более осознанном возрасте. Поэтому Бог мог бы создать человека бессмертным (чтобы иной человек попросту не мог отнять у нас жизнь) или, по крайней мере без желания убивать.
Я уже слышу вопли апологетов Христианства о том, что а как же быть без свободы выбора? Мы бы все превратились в компьютерный код (а мы точно не компьютерный код? Точно?). Свобода и неправильное использование свободы – вот, скажут они, что делает людей людьми! Однако свобода выбора не является надлежащим аргументом, почему Бог дал возможность людям грешить. Еще раз повторю свой тезис: всякая свобода имеет свои границы, и если присмотреться к человеческому виду поближе, то у нас эта свобода итак весьма узкая. Бог мог бы учесть это в своем дизайне и сделать недоступным совершение основных действий, которые он считает порочными. Мог, но не сделал.
Полагаю также, что найдется немало людей, которые добровольно обменяют свою свободу на возможность возвратиться в Эдем, или, по крайней мере какой-нибудь остров на Мальдивах, где такой свободы нет, но есть безопасность, ресурсы и принятие. В конце концов, находятся же люди, которые добровольно отказываются от своей свободы и ложатся в психиатрические клиники или наркодиспансеры для борьбы со своими заболеваниями и пороками. Почему это средство неприменимо в отношении такого порока грех в целом?
На мой взгляд программист всегда сам отвечает за свой код. Но в случае с христианским богом мы не видим, чтобы на него возлагалась какая-либо доля ответственности за свое творение.
III. Ребёнок, стыривший у родителей опасное лекарство. История грехопадения, представленная в первой книге Библии "Книге Бытия", одна из наиболее нелепых. Бог запретил людишкам брать яблоки с дерева познания добра и зла, а те по научению змея-сатаны стырили и сожрали. За это их и всех их потомков ждала геенна адская.
Теперь представьте: ваш ребенок по научению пришедшего к вам сантехника стырит у вас из аптечки опасный препарат и отравится. Кто реально должен считаться виноватым? Вы – за то что должным образом не огородили своего ребенка от опасных препаратов в своем доме? Или ваш несмышленый ребенок? Понятно, что вся эта история грехопадения в книге Бытия аллегорична. Но суть её от этого не меняется. Очевидно же, что людей ввели в заблуждение, и установленное Богом наказание явно несоизмеримо последствиям греха.
Вообще, большинство наказаний и в Ветхом и в Новом завете никак не соизмеримы тяжести содеянного. Ситуация усугубляется тем, что по христианскому учению до прихода Христа у грешников в принципе не существовала возможность выбраться из шеола. К слову, если посмотреть обещания, которыми бог еврейского народа Иегова обильно снабжал своих наиболее отличившихся последователей, то они сводились в основном к предоставлению земли и обильного потомства. Про загробную жизнь базара как такового не было. Возвращаясь к несоразмерности наказания, я естественно услышу от скептика возражение: ну ведь ты же можешь просто покаяться и тебе всё простится! И тебе это ничего не стоит! Добрый Иисус тебя сразу же простит... Ага, а других непокаявшихся (читай: непоклонившихся ему и несогласных ему служить) отправит в пекло. Даже если они были хорошими людьми, этого недостаточно. Нужно еще быть частью "корпорации". Будет ли надлежащим и убедительным оправдание садизма наличием возможности легко его избежать? – решать вам, мой дорогой грешник...
IV. У Парня нет проблем со временем. Главное взять Рим! Весь Новый Завет строится вокруг пришествия Иисуса Христа на землю. По преданию Иисус пришёл в этот мир две тысячи дет назад, замутил тут жуткий шухер и опять куда-то красиво испарился. Все ожидали от Парня полного исправление нашего мирского бардака, в котором находилось тогда человечество, но по факту проблем стало как будто бы даже больше.
Когда просишь христиан подвести итоги его первого рандеву, то никто не может внятно объяснить, что конкретно изменилось с его первым посещением для нас грешников. Не на словах, а именно на деле. Потуги скользких богословов интерпретировать произошедшее выглядят примерно так: люди получили шанс на спасение, так как до прихода Христа у людей в принципе не было шанса оправдаться перед Богом коллективно (насчёт личного спасения не уверен, так как урок на эту тему я прогулял). Наступило незримое присутствие Иисуса. Он теперь незримо с нами… Аллилуйя, блин! Как я рад.
И вот мы все уже две тысячи лет ждем продолжение шоу. Во 2-м Послании Петра говорится «у Господа один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день» (2-е Петра 3:8-9). Это объясняет, почему Парень не торопится! Проблемы то у вас, дорогие люди! Не у него. У вас! Если отбросить сарказм, то внешне же всё это выглядит так, как будто бы у раннего Христианства попросту не было долгосрочного плана. Складывается весьма грешное, но устойчивое ощущение, что вся Евангельская легенда имела горизонт планирования в два – максимум три поколения. Христиане были вынуждены идти ва-банк: либо захватить каким-то образом власть, либо последовать судьбе аналогичных многочисленных культов Ближнего Востока того времени, то есть исчезнуть как провалившаяся идеология. История Христианства показывает, что идеологическая обработка элиты куда эффективнее военного вторжения. (Саентологи хорошо усвоили эту формулу!) Достигнув нужного влияния на элиту Римской империи и контролируя аппарат принуждения, придумать дополнение к краткосрочной легенде казалось куда проще, чем делать это из периферии империи без ресурсов и в окружении агрессивных ортодоксов.
В итоге посредством интриг и хитрости власть в Риме была взята, но в разработке дополнительной легенды возникли сложности, так как по первой легенде Парень как-то должен был всё же появиться во второй раз. Но организовать второй приход и уж тем более объяснить людям, что это и есть тот самый Парень, куда сложнее, чем вам кажется. Даже если вы могущественный римский император (или заменившая его фигура Папы Римского). Уж слишком много нестыковок могло всплыть. Вдобавок по Писанию второе пришествие уж точно должно было решить все проблемы людей, что нереалистично. Поэтому сошлись на том, что нужно ограничиваться отсрочиванием решения проблемы насколько это возможно. Оказалось, что это возможно сколь угодно долго… Привет из 2025 года!
V. Добрый Бог, предусмотревший вечные адские муки. Заставить людей ждать более двух тысяч лет одними обещаниями рая крайне сложно. Нужен и какой-то элемент психологического принуждения вроде эксплуатации страхов.
Я долго прокручивал в голове концепцию ада, но так и не смог понять, зачем нужна такая жестокость. Вроде как «Бог есть любовь» (1-е Иоанна 4:16). Так? И образ страдавшего за нас доброго Иисуса… Но даже моему извращенному уму (поверьте, вы меня очень плохо знаете!) никогда не приходила идея вечно мучить моих обидчиков. Правда-правда. Даже тех кто, по моему мнению, заслужил такой кары. В самом крайнем случае я считаю более гуманным просто уничтожить их. Стереть их сущность. Но к чему мучить? Понимаю, что судить по себе и своим сентиментам неправильно (я лично и педофила-маньяка бы не отправил на адские вечные страдания), но другой системы координат у меня, увы, нет.
Христиане опять ссылаются на аллегорическое понимание ада. Мол, это не пекло в прямом смысле слова. Это всего лишь вечное отделение душ усопших грешников от Бога. И тем не менее, Библия представляет ад как место (или как состояние души) вечных страданий. «Там будет плачь и скрежет зубов» (Мф. 8:12). Дело усугубляется и тем, что в ад по христианскому учению попадают не только люди, которые совершили плохие поступки и не отмолили их при жизни, но также те, кто вел праведную жизнь, но в иной религии. Скажем, праведный буддист или даосский монах в христианский рай не попадёт, даже если он жил честной жизнью, но не знал о христианстве в той мере, чтобы иметь веский повод перейти в него. Для избавления от адского пекла нужно еще быть частью «клуба».
При всех сложностях с нахождением ответов на поставленные выше вопросы, я признаюсь, что логические изыскания никогда не стояли для меня на первом месте в вопросе сохранения связей с Христианством, поскольку и в реальном физическом мире множество вопросов не имеет однозначного ответа. Я прагматик до мозга и костей, и потому наличие мистического опыта для меня главный аспект. Однако не требуйте от меня филигранно точной дефиниции мистического опыта, поскольку для вывода таковой человек должен этот самый опыт иметь (невозможно загнать в рамки словесного определения то, что не пройдено опытным путём). Пока что остановимся на том, что под мистическим опытом я понимаю приобщенность к высшей, божественной реальности на уровне, когда снимаются все сомнения в истинности природы опыта. Звучит как абра-кадабра? Именно! Пока у вас нет опыта, определения вам не помогут. Когда же у вас этот опыт появляется, определения вам уже не нужны. Если же вам нужен какой-то отдалённый намек, почитайте работы монаха-траписта Томаса Мертона (Thomas Merton) The Seven Storey Mountain. Там он приоткрывает завесу тайны.
В Католичестве меня беспокоило моё неверие в возможности клира помочь мне получить такой мистический опыт Бога. Я прекрасно отдаю себе отчет в том, что нельзя требовать от Бога чудес. Мистический опыт – это не та вещь, которую официант приносит на блюде, когда вам того заблаговолится. Вовсе нет. Речь идет о том, что если после длительных духовных практик и упражнений такой опыт не приходит (причем даже не просматривается на горизонте), а в других – нехристианских практиках, – он вполне достижим, неминуемо начинаешься задаваться вопросами.
Отмечу, что я не сторонник пробовать все подряд и вполне понимаю, что на земле немало вредоносных учений и практик, которые могут принести только вред. Собственно, в христианстве меня именно этим и стращали. «Это все происки злых духов, а не истинный мистический опыт!», – слышал я множество раз, когда поднимал тему восточного мистицизма.
Если же опустить мою жажду мистики, то скажу, что у меня по большому счету отсутствовал опыт Бога в Католичестве. В принципе отсутствовал. С позиций моей настоящей духовности мой опыт в Католицизме походит на какую-то театральщину. Я жил по принципу fake it till you make it. Вот только make it так и не реализовалось. Впрочем я знаю людей (хоть и крайне немногих и только по книгам), кому это удавалось в Католицизме. Среди них недавно скончавшийся монах и священник ордена цистерианцев Томас Китинг (Thomas Keating) и упомянутый выше автор мистического произведения The SevenStorey Mountain монах-трапист Томас Мертон (Thomas Merton). Оба мужика реально круты, за что и были обвиняемы некоторыми критиками в отклонении от католичества в сторону восточных религий.
В каком-то смысле я устал ждать и начал действовать. Моё чувство вечного пребывания в «зале ожидания» сменило чувство азарта первооткрывателя. На сей день я не верю, что католические или какие-либо другие пастора в состоянии помочь в моем духовном росте. В католичестве, при довольно продолжительном сроке обучения в семинарии – а он составляет минимум шесть лет, – очень много поверхностных людей, для которых церковь – это карьера и не более того. Есть исключения, но их крайне мало. Вспомню добрым словом иезуита отца Энтони Коркорана. Поистине образованный и духовный человек. Но его одного на всех нас жаждущих духовности и мистики не хватает. К тому же, по самому признанию отца Энтони, у него никогда в жизни не было мистического опыта. Это для меня большая проблема. У наставника должна быть мистическая связь с Богом.
Но скоро уже рассвет. Пара закругляться с вольнодумством.
Перейти к Части 2
