В последние дни были получены следующие сигналы.
В последние дни были получены следующие сигналы.
Во-первых, американское издание Politico, со ссылкой на источник в администрации сообщило 17 августа, что США не возражают против применения американского оружия против целей в Крыму: «Конечно, мы не выбираем цели, и всё, что мы предоставили, предназначено для самообороны. Любая цель, которую они решат преследовать на суверенной украинской земле, по определению — самооборона».
Во-вторых, Михаил Подоляк заявил 18 августа, что Украина будет наносить удары по объектам в Крыму: «Мы это будем делать каким-то образом. (…) Мы и дальше будем настаивать, чтобы Россия добровольно демонтировала все незаконные базы и мосты, которые за восемь лет там сделали в Крыму. (…) Что касается Керченского моста. Кажется, что это не вопрос его военного разрушения. Он может как-то сложиться от усталости. Ведь ему будет немножко дико перевозить такое количество людей, которые будут убегать из Крыма».
В-третьих, ВСУ подтвердили способность наносить удары по Крыму — 18 августа российская система ПВО сработала в Керчи и севастопольском аэродроме Бельбек.
Насколько можно судить, речь шла об использовании беспилотников — достаточно маленьких, чтобы их можно было доставить в Крым, и достаточно крупных, чтобы на них отреагировала система ПВО (в Севастополе, судя по всему, использовалось что-то совсем миниатюрное).
В-четвёртых, проводятся спецоперации в социальных сетях — пошёл вал сообщений такого типа: «В связи с нарастающей угрозой военных действий на территории Крыма, а также последующим переходом в юрисдикцию Украины, объявляем о начале эвакуации в РФ».
17 августа украинский «24 канал» со ссылкой на украинскую разведку сообщил, что из Крыма выехали премьер Аксёнов и спикер парламента Константинов. Для успешной эвакуации был перекрыт Крымский мост. Это, разумеется, неправда.
Интересную историю рассказал 17 августа Олег Царёв: «Во время ЧП на военном аэродроме в Новофёдоровке в один из крупных сакских санаториев позвонили неизвестные, представившись сотрудниками МЧС, и сказали, что объявлена срочная эвакуация отдыхающих. Перед директором была поставлена задача своими силами вывезти гостей санатория на площадь Евпатории, туда МЧС подгонит автобусы и займётся дальнейшей эвакуацией и размещением людей. Директор предупредил, что у него отдыхает много инвалидов, ему сказали не беспокоиться об этом — для них обещали спецтранспорт. Чуть позже раздался ещё один звонок — звонивший представился сотрудником администрации Сак и подтвердил распоряжение МЧС. Директор начал было оповещать гостей, но потом решил перезвонить в МЧС и уточнить место, куда нужно привезти людей. В МЧС ему ответили, что в его санаторий никто не звонил, и никакой эвакуации не проводится».
* * *
Нельзя сказать, что армия и спецслужбы не реагируют — реагируют и неприятных ситуаций могло бы быть намного больше. Однако есть объективные трудности, связанные, прежде всего, с проведением курортного сезона и невозможностью проконтролировать всех въезжающих на территорию региона людей. Отказ Крыма от приёма беженцев с территории материковой Украины вряд ли существенно повлиял на ситуацию.
Понятно, что возможности ВСУ в Крыму ограничены сравнительно небольшими диверсиями (применение по объектам в Крыму дальнобойных ракет украинского или американского производства пока не доказана), но тут играют роль два момента:
Во-первых, некоторая расслабленность тыловых службы России. Например, значительные разрушения в Джанкое были вызваны тем, что снаряды там просто лежали на земле.
Во-вторых, важен не масштаб разрушений, а сам факт проведения диверсии. Даже если населению Керчи ничего не угрожало, не факт, что не будет угрожать и в будущем.
Так что цель Украины, так же, как в случае с обстрелами ЗАЭС, заключается в том, чтобы вызвать панические настроения в регионе — речь идёт даже не о срыве курортного сезона (он фактически уже закончился), а чтобы заставить крымчан требовать безопасности или обеспечивать её своими силами — путём самостоятельной эвакуации на материк. Паника в тылу может создать реальную угрозу коммуникациям южной группы российских войск.
Ну и, естественно, Киев решает внутриполитические задачи — отсутствие сколько-нибудь реального продвижения на основных фронтах компенсируется диверсиями в тылу российских войск. Опять же, создавая ситуацию паники, украинская власть подтверждает тезис о том, что Крым — это Украина. Хотя ничего кроме паники (и то лишь возможной) это не подтверждает.