Минюст предложил запретить аресты предпринимателей по нетяжким экономическим преступлениям. Предполагается, что суды будут выносить решения, которые позволят подозреваемым заниматься бизнесом. Но под стражу по-прежнему смогут отправить тех, кто скрывался от следствия или нарушал меру пресечения. Кроме того, Минюст предлагает сократить максимальный срок расследования экономических преступлений с года до шести месяцев. “Ъ FM” спросил у юристов и предпринимателей, которые побывали в СИЗО, исправит ли предложение ведомства ситуацию. Подробности — у Владислава Викторова.
О предпринимателях власти вспомнили на фоне санкций из-за событий на Украине. Президент Владимир Путин заявил, что в этих условиях бизнесу нужно дать больше свободы. При этом в прошлом году правозащитники отчитались о рекордном количестве предпринимателей, находящихся в СИЗО. Они составляли 15% от всех заключенных под стражу. С тех пор ситуация в лучшую сторону не поменялась. Поэтому запретить аресты по нетяжким экономическим преступлениям было бы правильно, но это не решит проблему, говорит председатель коллегии адвокатов Москвы «Григориадис Групп» Дмитрий Григориади:
«В настоящее время перелимит следственных изоляторов только по Москве более 20%. Предприниматели спят по очереди — некоторые на полу. Другое дело, что эти ограничения следствию легко обходятся. Выписывается повестка — необходимо явиться на допрос, документ не направляется, говорят, мол, все вопросы к "Почте России", человека объявляют в розыск и буквально на следующий день судье можно обосновывать, что арест необходим, так как человек скрывался».
Отказаться от необоснованных арестов Владимир Путин призывал еще в 2017 году. А в 2019-м президент запретил продлевать срок содержания бизнесменов в СИЗО, если по делу не проводятся активные следственные действия. Но ситуация улучшается очень медленно, говорит первый вице-президент «Опоры России» Павел Сигал. Он сам провел в СИЗО год по подозрению в мошенничестве, но в итоге дело прекратили в связи с истечением срока давности.
«Можно сказать, наконец-то начались подвижки. Я считаю, даже если преступления, по мнению следствия, тяжкие, но они не доказаны, это не угрожает ни жизни, ни окружающим.
Заберите у него загранпаспорт, и он не сможет выехать за границу, если уж на то пошло. А арестовывать и доводить до того, что разрушается и уничтожается 95% бизнеса, совершенно недопустимо. Что такое тяжкое, нетяжкое? Разница в суммах»,— рассказал Сигал.
Этим и пользуются правоохранители. К примеру, если предприниматель заключил невыгодную сделку и потерял до 1 млн руб., это растрата, которая карается штрафом. Но следователь может посчитать, что действие совершалось организованной группой, как правило, в лице сотрудников компании, а потрачены были оборотные средства. Тогда это серьезное мошенничество и наказание до 10 лет тюрьмы.
Важно не просто запретить аресты — необходимо, чтобы правоохранители и суды не пытались додумывать факты и обстоятельства, а оставались беспристрастны, говорит общественный омбудсмен по правам предпринимателей, содержащихся под стражей, Юрий Осипенко. Он провел в СИЗО семь лет, после чего был признан виновным в хищении 1,5 млрд руб.
«Мы часто сталкиваемся с ситуацией, когда на статью 108.1 УПК, где указано, почему предпринимателя нельзя арестовывать, следователь, прокурор и суд отвечают, мол, это не делает его привилегированным и не запрещает заключать под стражу. Более того, бизнесмен, по версии суда, оказывается и не бизнесменом вовсе, поскольку 10 лет назад он создал компанию и успешно работал, получал прибыль, платил налоги для прикрытия будущего преступления»,— отметил Осипенко.
Поэтому все собеседники “Ъ FM” скептически относятся к инициативе Минюста. Предыдущие попытки упростить жизнь предпринимателям закончились ничем.
Новости в вашем ритме — Telegram-канал "Ъ FM".
Все материалы Коммерсантъ www.kommersant.ru