Сеть НКО служит целям проникновения западного влияния и формирования соответствующей системы ценностей и мировоззрения чиновничества и населения. Деятельности в Беларуси НКО, стремящихся планировать, инициировать и реализовывать собственный событийный ряд, информационные поводы и проекты, воспринимающиеся населением, носят не только сетевой, но и революционный характер. Прозападные НКО не ставят перед собой задач распределения прибыли акционерам. Фактически их деятельность внутри государства становится основой «ассоциационной революции» — роз, гвоздик, джинсов, оранжа, кому что нравится, — и по своему значению вполне сравнима с возникновением национальных государств в Новое время.
Как когда-то государства нынешнего типа с их бюрократией и центральной властью безжалостными хищниками ворвались в закостеневший в феодальной раздробленности мир, так сегодня НКО, вездесущие и быстрые, врываются в мир неповоротливых государственных бюрократий, ведя с ними то, что американские теоретики Джон Аркилла (John Arquilla) и другие именуют «сетевой войной» и относят к конфликту, связанному с информацией, означающему действия по подрыву, разрушению либо видоизменению того, что население-мишень знает (или думает, что знает) о себе и окружающем мире.
Подобные действия могут вестись против политики конкретных правительств и режимов негосударственными структурами, оппозиционными группами или движениями, включающими, например, борьбу за окружающую среду, права человека и т. д. Сетевые войны — это не реальные войны в традиционном понимании этого слова. Со стороны атакующего субъекта это прежде всего попытка управления системой через ее хаотизацию — методологический принцип утверждения контрольно-управленческих функций над социумом. В то же время со стороны обороняющегося сетевая война может превратиться в инструмент попытки предотвращения возникновения реального — силового, военного — конфликта на ранней стадии.
Таким образом, сетевая война как средство сдерживания хаоса в социуме двойственна, поскольку может стать как функцией чьей-то управленческой позиции присутствия, так и чьей-то позиции и присутствия силы. Джозеф С. Най (Joseph S. Nye) утверждает, что
«определение необходимой силы зависит от ресурсов, то есть от того, что позволяет получить желаемое поведение или, скорее, достижение желаемого результата от демонстрации силы. Три главных источника силы — военная мощь, экономическая успешность и «мягкая сила». В отличие от «жестких» разновидностей, «мягкая сила» — это «способность влиять на других для достижения желаемого результата за счет привлекательности и убеждения».
Центральной задачей, по словам американских разработчиков, является «совокупность действий, направленных на формирование модели поведения друзей, нейтральных сил и врагов в ситуации мира, кризиса и войны». Это означает заведомое установление контроля над всеми участниками ведущихся или возможных действий и тотальное манипулирование ими во всех ситуациях. Ведущиеся действия могут концентрироваться на мнении элиты, мнении масс или на том и другом вместе и включают в Беларуси:
— меры дипломатического характера;
— содействие диссидентским и/или оппозиционным движениям;
— массовые уличные пропагандистские и психологические кампании;
— кампании в средствах массовой информации;
— внедрение в компьютерные сети и базы данных;
— деятельность в области политики, культуры и экономики.
По оценкам белорусских властей, из 820 иностранных НКО, действовавших на территории Беларуси в начале 2000-х годов (США представляли 84 организации), более 50 общественных организаций «оказывали крайне негативное воздействие на развитие Республики Беларусь и подрывали ее безопасность». О том, кто дергал ниточки этой сети, в июле 2003 года официально заявил глава Агентства США по международному развитию (USAID), некогда бывшего подразделением разведки США, Эндрю Натсиос (Andrew Natsios):
«Люди, получающие помощь по каналам НКО, не знают, что за большинством гуманитарных проектов стоит американское правительство».
Заявление стало следствием решения администрации президента США о «кардинальном улучшении имиджа Америки за рубежом». Одну из главных ролей в этом процессе американские чиновники отвели НКО, которым было официально предложено прекратить в любой форме критику Белого дома и стать «рукой Вашингтона», то есть официально принять, что их деятельность является частью внешней политики США. Само USAID также не сидит сложа руки, занимаясь с начала 1990-х годов совместно с Институтом «Открытое общество» Сороса обучением специалистов по управлению так называемыми независимыми СМИ для стран Восточной Европы, в том числе Беларуси. В Беларуси приоритеты западных НКО — координация и управление ими же оплаченной деятельностью политизированных структур, что даже не скрывается.
6 августа 2006 года, отвечая на вопрос корреспондента «Немецкой волны» о результатах западной политики поддержки демократии в Беларуси, экс-глава западногерманской разведки и консультативно-наблюдательной группы ОБСЕ в Минске Ганс-Георг Вик (Hans-Georg Wieck) с немецкой прямотой заявил:
«Если существующие в Беларуси демократические силы не будут финансироваться из-за рубежа, они станут маргинальными и исчезнут вообще».
Финансирование прозападной оппозиции в основном осуществляется двумя способами. Если выделяемая сумма составляет несколько тысяч долларов и более, функционеры политизированных структур, как правило, получают деньги на свои либо подставные счета в банках соседних стран (чаще всего Польши, Литвы, Латвии, Чехии) и ввозят их наличными либо с использованием кредитных карточек. В случае предоставления гражданам Беларуси разовых грантов на сумму до тысячи долларов деньги передаются наличными в офисах международных организаций или иностранных диппредставительствах на белорусской территории. Прямое финансирование нередко осуществляется под видом предоставления безвозмездной и технической помощи, а также всевозможных грантов на реализацию якобы социальных, культурных, экологических, детских программ. Опосредствованная поддержка радикальных политизированных структур также оказывается путем проведения за пределами республики многочисленных конференций, обучающих семинаров, издания агитационной печатной продукции и т. д.
О том, что в Беларуси США и западными НКО используется та же тактика, что и в Зимбабве против националистического режима Роберта Мугабе, можно узнать не только из белорусских государственных СМИ, но и, например, из аналитического материала группы German-Foreign-Policy.com «14 миллионов евро за переворот».
Структурно принцип организации действующих против Беларуси прозападных НКО — сетевой, функционально — роевой. Активные (боевые) единицы по функциональному признаку можно назвать «мошками», по структурному — «атомами». В их роли могут выступать как НКО, так и отдельные индивиды. Грамотно организованные пульсирующие роевые атаки этих единиц — главная угроза управленческой иерархии.
Технология создания и культивации оппозиционных настроений извне направлена прежде всего на так называемое культурное ядро Беларуси — элитарную, а не массовую интеллигенцию, то есть тех людей, чей интеллектуально-образовательный потенциал превосходит возможности государства, для которых проблема не в отсутствии способностей и энергии, а в невозможности реализовать их на практике, обеспечивая себе жизненный уровень, сопоставимый с уровнем западного интеллектуала (особняк, элитное авто, передвижение по миру). Именно эти люди налаживают на «атомарном» уровне информационно-пропагандистский поток публикаций, дискуссий, разговоров, зачастую бесконечно твердящих и повторяющих одно и то же и в совокупности образующих длительное усилие. Из него, в свою очередь, рождается достаточно однородная коллективная воля, способная инициировать действия и «раскачать» ситуацию на определенной территории.
Ориентирующаяся на немногочисленных интеллектуалов тусовка массовой интеллигенции увлеченно обрабатывает и «раскачивает» сознание публики «атомарными» порциями своих оценок природы режима и жизни в Беларуси. Информационный поток достаточной мощности, оформляя стремления и чаяния массы, заставляет ее звучать как хорошо настроенный оркестр без дирижера. Именно так, обходясь минимумом организационного начала, США добиваются накопления политического потенциала своих сторонников, в том числе во власти.
В Беларуси стимулирование, включая и материальное, роста «третьего сектора» на первых этапах активно осуществлялось по линии Совета по международным исследованиям и обменам (International Research & Exchange Board, IREX), фондов МакАртура и «Евразия» (McArthur Foundation, Eurasia Foundation), программы «Альянс партнерства Каунтерпарт» (Counterpart Alliance for Partnership, САР), финансировавшейся Агентством США по международному развитию и ставшей после закрытия белорусскими властями представительства IREX одним из сетевых узлов, координирующим усилия по повышению социально-политической активности белорусских НКО.
По сути дела, альянс не столько расширял сферу гражданского общества в Беларуси, сколько задавал параметры его развития в соответствии с рекомендациями администрации США. В этот процесс активно включились структуры с территории Литвы — Международный республиканский институт (International Republican Institute, IRI), Германии — Фонд Фридриха Эберта (Friedrich Ebert Stiftung), финансируемого федеральным правительством, и Польши, где функционируют десятки финансируемых Западом НКО, ведущих активную деятельность в Беларуси: например, фонд «Образование для демократии» (Fundacja Edukacja dla Demokracji / Education for Democracy Foundation, FED), «Польско-американский фонд свободы» (Polsko-Amerykanska Fundacja Wolnosci / Polish-American Freedom Foundation) и другие.
Польскими НКО, активно сотрудничающими со структурами США и западными правозащитными организациями, была создана рабочая группа «Заграница». Основная цель — реализация программ по продвижению демократии и формированию «гражданского общества» в государствах Центральной и Восточной Европы. Приоритеты деятельности немцев и поляков — образовательные семинары, которые, если верить организаторам, «способствуют повышению общего уровня политической культуры участников».
Координацией и управлением деятельностью политизированных НКО в 2000-е годы также занимался Национальный демократический институт (National Democratic Institute, NDI), структурное подразделение Национального фонда поддержки демократии (National Endowment for Democracy, NED). Координировал программы по Беларуси Дмитрий Хованский. NDI патронировал «Альянс партнерства Каунтерпарт», которое должно было осуществлять в 2006 году «параллельное наблюдение за выборами» президента Беларуси; финансирование шло через киевское отделение NDI под руководством гражданина США Дэвида Гамильтона (David Hamilton). Сам Национальный фонд поддержки демократии выделил на это 12 млн долларов.
NED был основан Конгрессом США в 1983 году для открытого финансирования подрывной деятельности против СССР и стран советского блока. Президент фонда Карл Гершман, который занимает эту должность до сих пор, заявил в 1986 году «Нью-Йорк таймс»:
«Нам не следует заниматься подобной деятельностью скрытно. Очень плохо, когда демократические группы по всему миру воспринимают как живущие на субсидии ЦРУ. Мы поняли это в 1960-е годы и прекратили такую практику. Поэтому и был создан фонд».
Спроектированный по принципу германских фондов, ассоциированных с политическими партиями, NED включает две организации от демократической партии США — Национальный деемократический институт и Американский центр международной профсоюзной солидарности, и две от республиканской — Международный республиканский институт и Центр международного частного предпринимательства. Как видно из названий, одна организация от каждой партии занимается политическими вопросами, другая — вопросами, связанными с бизнесом. Причем демократы классическим образом заходят через профсоюзы.
По данным белорусских государственных СМИ, после перевыборов А. Лукашенко на очередной срок Конгресс США принял в декабре 2006-го законопроект, предусматривавший выделение в 2007 и 2008 годах из бюджета США более 55 млн долларов на поддержку демократических процессов в Беларуси. Из них 20 млн ежегодно — на содействие демократическому строительству, включающему поддержку неправительственных и международных обменов, и 7,5 млн — на теле- и радиовещание. В определенной степени гранты можно классифицировать как иностранную безвозмездную помощь, поступающую в Беларусь и регистрируемую Департаментом по гуманитарной деятельности Управления делами Президента Республики Беларусь. Согласно электронной базе этого ведомства, с 2004 года белорусские юридические и физические лица получили из-за рубежа за три с половиной года в виде безвозмездной помощи около 350 млн долларов.
Основной упор делается на работу с молодежными структурами. Их взаимодействие с различными иностранными фондами осуществляется через систему предоставления грантов для реализации конкретных проектов. Например, по инициативе Восточноевропейского демократического института (Institute for Democracy in Eastern Europe, IDEE) в Германии стали проходить мероприятия с участием представителей молодежных организаций Беларуси, посвященные подготовке руководителей молодежных движений, развитию лидерства, оказанию помощи в разработке программ под гранты и перспективам их финансирования. Сеть созданных в городах Беларуси так называемых «общественных клубов» легла в основу инфраструктуры, обеспечивающей решение следующих задач:
— централизация распределения американских грантов среди НКО во всех регионах и формирование фондов для обеспечения количественного и качественного роста финансируемого США «третьего сектора»;
— создание многофункциональных центров поддержки «гражданских инициатив»;
— правовое образование функционеров НКО с целью повышения эффективности их влияния на органы власти.
Направления концентрации усилий оппозиционных структур:
— целенаправленная работа по привлечению финансирования из источников внутри и вне республики;
— проведение социальных кампаний без явного (но реально имеющегося) политического подтекста с целью завоевания симпатий различных категорий граждан;
— обеспечение максимально широкого информационно-пропагандистского резонанса своих PR-акций и выхода на СМИ, в том числе государственные и российские;
— отлаживание контактов с представителями различных госструктур и органов, посредством которых осуществляется лоббирование своих интересов;
— предстоящие выборы: так, в 2000-е годы тренинги по основам проведения избирательных кампаний и их специфике в условиях Беларуси зачастую проводили граждане США вроде Тригве Олсона (Trygve Olson).
За полгода до украинских событий 2004 года президент Национального фонда поддержки демократии Карл Гершман (Karl Gershman) в интервью газете «Комсомольская правда» оценивал как среднюю возможность повторения в Беларуси сценария грузинской «революции роз» и в качестве основных необходимых для этого факторов выделил следующие:
— наличие у белорусской оппозиции популярного лидера;
— степень вовлеченности в события международного сообщества;
— степень подконтрольности выборов зарубежным наблюдателям.
Стратегическая цель как западных, так и местных оппозиционных НКО — это радикальное изменение существующей системы власти и управления хозяйствованием посредством более эффективной подготовки и последующей успешной сдачи «избирательного теста». Цель устранения А. Лукашенко в процессе президентских избирательных кампаний 2001, 2006 и 2010 годов достигнута не была, так как отсутствовали первый и отчасти третий факторы.
В то же время тактическая цель — плавная трансформация режима в прозападном ключе — уже почти реализована. Это следствие того, что невзирая на постоянные многолетние провалы прозападной оппозиции и ее кандидатов на выборах всех уровней, Беларусь ежедневно сталкивается с «мягкой силой» роев вроде бы не связанных друг с другом фондов, общественных объединений, комитетов в защиту чего-то, политических движений, «независимых» СМИ, сайтов и прочих, действующих невероятно согласованно извне и изнутри республики. Одни части сети заняты финансами, другие — информацией и коммуникациями, третьи — безопасностью, четвертые — правозащитной деятельностью и т. д.
