Содержание предыдущих глав. Гражданин Германии Эрик Эппельбаум приезжает в глухую северную деревню,где год назад пропала москвичка Аля Бондалетова. Эта влюблённая в Эрика девушка похитила из библиотеки староверов ценную книгу и передала её немецкому коллекционеру. Эрик тщетно пытается обнаружить следы пропавшей девушки в окрестностях деревни.
* * *
Изучение технических возможностей инвалидной коляски стало для отца Авеля эдаким медитативным занятием:
глубина сиденья,
длина подножек,
высота спинки
угол наклона.
Всё приспособлено к требованиям больного, даже такого неугомонного, каким на поверку оказался отец Авель.
Юрочка, наскучив наблюдением за его манипуляциями, извлёк из глубин подрясника чурбачок и ножик. И принялся строгать.
Раздался стук.
- Аля жива!- объявил Эрик едва ли не с порога.- Это она оставила кота Бежара у этой деревенской дурочки.
Отец Авель и Юрочка оторвались от своих занятий и воззрились на Эрика. Прочитав на их лицах полное недоумение, тот пояснил:
-Вы видели этого кота, с которым Маринка-Хэппи повсюду таскается? Это тот самый Бежар, который был подарен Але хозяйкой.
-Марина не так глупа, как кажется,- заметил отец Авель, протягивая крестнику руку.- А что касается сиамцев… Они все на одно лицо.
-Вы, похоже, тоже обратили внимание на этого Гулю, которого она носит вместо мехового воротника.
-Это называется горжетка, -счёл необходимым поправить крестника отец Авель.- А что касается кота, то по Марининым заверениям, он появился у неё давно.
-Она не уточняет, когда именно?
-После болезни матери многие категории времени для Марины просто не существуют. Есть только «здесь и сейчас».
-Она оправдывает своё прозвище –«счастливая»,- заметил немец.
-Блаженная!-поправил его отец Авель.
Юрочкин куколь подался вверх:
-Гуля – это подалок!
-А если это его брат-близнец?-Монашеские усы и борода отца Авеля не сумели скрыть усмешки, но Эрик её проигнорировал.
-В Таракановке больше нет сиамцев. Папашу Бежара увезли в Питер прошлой осенью. Мурёнка Беспоповцевых - его единственная возлюбленная. А Бежар- был её единственный породистый отпрыск!- пустился в объяснения молодой человек.
-А ты, друг мой, неплохо осведомлён о живности Беспоповцевых!-снова не удержался от усмешки отец Авель.
-Я часто бывал в их доме.
Последнюю реплику отец Авель проигнорировал, переведя взгляд на Юрочку и его деревянную поделку:
-А у тебя стало получаться!
Левый угол Юрочкиного рта сдвинулся, возвратив лицу симметрию. Из-за жары он часто отказывался от привычного куколя, отчего кожа не казалась больше бескровной.
-Юрочка, это правда, что ты из деревни Куклино?- осведомляется Эрик. -Говорят, в старину деревенские женщины сшивали из двух половинок войлока головные уборы – кукли. Как у тебя.
- Бабка-покоенка,-звуки из Юрочкиного рта выходят на удивление чёткие.-Это она.
Повисает пауза. Эрик даёт ей продлиться до приемлемого размера, после чего поднимается со своего места:
-Отец Авель, я бы хотел сообщить, что планы изменились.
-Никак уезжать собрался?
- Порученная мне миссия выполнена.
-Премного благодарен. Тебе и твоей семье.
-Я бы хотел лечь пораньше.
-Погоди. Один вопрос. Скажи, ты причастен к той трагедии?
-Что вы имеете в виду?
-Эрик, если тебе что-то известно о пропавшей девушке, ты должен сообщить в полицию.
-Мне неизвестно более ничего, что бы могло пролить свет на это происшествие.
-Кроме Маринкиного кота, который, по твоему мнению,принадлежал когда-то исчезнувшей? Так?
По лицу Эрика идёт волна нетерпения, и отец Авель сдаётся:
-Хорошо. Ступай с Богом.
Как только за посетителем закрывается дверь, отец Авель открывает своё детище - сборник « Тихая моя родина».
Вот беседа с Таисией Мореевной Пирнепесовой по прозвищу Махонька, которую записал член кружка "Юный краевед" Василий Беспоповцев. Да не один, а вместе со своей жиличкой из Москвы. Стараясь занять себе чем-то в деревне, она взялась помогать юному краеведу с записями легенд и сказаний. А может,была и другая причина её видимого интереса к фольклору. И это Эрик.
-Мой дед как заведёт были-небывальщины- не переслушать. Его на Новую Землю зимовать брали. Для утехи.
-Что значит «для утехи»?
-Старину сказывать, песни выпевать.
-Чтобы веселее было?
-И чтобы страшная девка-цинга не приваливалась!
-Кто?
-Хвороба. Девушкой прикидывалась, в губы целовала. Вставать охотнику-зверобою неохота. Рот –в крови. Поддался и сгинул. Про то и держали сказителей. Чтобы распотешил.
Отец Авель припомнил тетрадку, в которую записывались эти воспоминания. Всё чётко, аккуратно. Старалась девочка. А уж как смотрела на Эрика! Нет, не забыл монах этот исполненный мукой взгляд. Такой же был у Ниночки Эппельбаум много лет назад. В их самую последнюю встречу.
Монах повёл головой, стряхивая непрошенные воспоминания. Одно из испытаний старости- давнишнее помнить отчётливо, а что вчера было- забывать.
Выходит, москвичка была знакома с Махонькой и вполне могла составить ей компанию на теплоходе. А что собственно известно про бабу Тасю? Трое сыновей. Ни одного живого. Пятеро внуков. Один в тюрьме, один пропал, двое-в земле. Единственный, по здешнему выражению, путний, живёт в городе. Какое отношение они могут иметь к дочери столичного бизнесмена? -Да никакого! А этот сиамский кот, которого москвичка увозила из деревни в качестве подарка, как считает Эрик... - Мог ли он вернуться в деревню самостоятельно? - Нет! Так что напрасно забивать голову пустыми догадками насчёт участи этой девушки. Ведома она лишь одному Господу!
С этой утешительной мыслью отец Авель и отдался без сопротивления старческой дрёме.
* * *
А Эрик вместо того,чтобы идти собирать вещи, решает нанести визит ещё в одно учреждение.
"Дом почтенной старости".Так районная газета «Двинская правда» окрестила таракановский дом престарелых.
Стариковское пристанище располагалось в бывшем купеческом доме. После революции купца с домочадцами отправили в зону вечной мерзлоты, а здание передали сельскому совету.
В тридцатые помещение облюбовали энкавэдэшники: в нём разместилась администрация так называемого Тарлага. После смерти вождя народов большинство заключённых отправили домой, а в купеческом доме из-за бэби-бума открыли школу. Этим и объяснялось наличие во дворике скульптуры "Читающие пионерки".
Встретила посетителя «культмассовик» - женщина с замысловатым сооружением на голове.
В её сопровождении Эрик прошёл в светлую просторную комнату, где бабушки в платочках и дедушка в капитанской фуражке что-то мяли в покрытых старческой гречкой кулачках.
-Мы делаем мукосольки,-пояснила культмассовик. -Данное занятие полезно для пальчиков. Мелкая моторика играет важную роль как в детстве, так и на закате жизни.
Эрик попытался вычислить долгожительницу,о которой рассказывал ему отец Авель. Но все обитательницы ДПС казались на одно лицо. Угадав его затруднение, « головная башня» наклонилась к бабушке в вязаной кофте:
-Домна Трофимовна, к вам гости… Из самой Москвы!
Слабая тень улыбки осветила старушечье личико. А Эрик не стал уточнять, что вообще-то он не из Москвы, а из Мюнхена.
Из прежних бесед с собирателями легенд он знал, что самый непродуктивный ход – обращаться к информанту с просьбой общего характера:
«Расскажите, пожалуйста, какую-нибудь местную быличку!»
Нет, следует задавать конкретный вопрос, основанный на ранее полученной информации. Например, а правда ли, что в таракановских лесах водились волки с гривами?
-А правда, что здесь водились волки с гривами? Как у львов?- задал вопрос гость.
-Нынь нету. Сейцяс все вывелись...- отвечала долгожительница.
-Кто ёго знат,- подключилась соседка Домны Трофимовны справа,-место худоё, проклёнутоё. Всяка нежить может приключиться.
-Слыхал я тожо. Была какая-то история про это. Забыл я цё-то,-заметил старичок в капитанской фуражке и тельняшке.-Помню только-зоопарк в войну разбомбило. Вот зверьё и набежало.
-Но если в избу зашли правильно, - вступила в разговор соседка Домны Трофимовны слева, - с Господом Богом да со священником… Или кота впереди пронесли. Дак это хорошо! Значит, хозяева ужо приняли...
-Какие хозяева?-позволил себе вопрос Эрик.
-Домовые,-буднично ответил старичок, как будто речь шла о домашних любимцах.
-Но тут скорее всего беспокоят нижние…- вмешалась соседка старичка.
-Нижние?
-Ну да. Те, которы расстреляны.
-О чём они?-обратилась к культмассовику гость.
-Не обращайте внимания! В старых головах много чего намешано.
Однако через некоторое время дама сочла возможным дополнить:
-В этом доме лагерное начальство располагалось. Случалось, что приговор незамедлительно приводили в исполнение. Прямо в подвале. –Женщина указала глазами на дощатый пол.- Но давайте не будем о печальном. У нас скоро музыкальный час. Послушаете наших певунов.
Эрик не возражал. Меньше всего ему в этот день хотелось оставаться в келье наедине со своими мыслями.
Между тем разговор шёл своим чередом.
-Старицёк там жил,-плела нить повествования Домна Трофимовна,-а после его смерти опохабили дом. Танцы там производили. Винцо пили. Стал унижаться дом. Вецёруха была. Народу полно! А дом –ухти!- в землю ушёл. Крицали там и шумели. И петухи пели. А нет –далёко вытащить. Нонь дак краны есть –дак, может, бы кого и выволокли. А тогда цего где было-то? Ницего - нигде. Вот цего!
-А вот есть ещё камень со следом святого!-подкинул тему интервьюер.
-Ферапонт был широкий…-согласилась миниатюрная старушка, располагавшаяся напротив долгожительницы. -Он был настоящий, он был натуральный. Его произвели в святые, потому цо он был оцень хороший целовек.
- Во так-то, сугревушка!- старичок в «капитанке» повернулся к даме с башней на голове.
«Сугревушка»- ласковое обращение к молодой особе", - пометил в своём блокноте Эрик.
Заметив его языковой интерес, культмассовик, приглушив голос, спросила:
-А вы знаете, почему они так говорят? Цо да цо?
Эрику это было известно, но чтобы доставить удовольствие своей сопровождающей, он покачал головой и улыбнулся.
-Потому как цивкуны!- ответно разулыбалась культмассовик.- Родом из деревни Халуй. Там все так говорят.
-А дедушка –капитан дальнего плаванья?
-Что вы! Он дальше областного центра не бывал. Фуражка- это дань несбывшейся мечте.
Через некоторое время яблочки, домики и человечки из теста отправились на просушку. В комнату доставили гармонь и вручили «капитану». Стариковские пальцы задвигались по белым кнопочкам, и, как по мановению волшебной палочки, божьи одуванчики обернулись молодухами. «Капитан» молодцевато тряхнул головой.
-Таракановски девцоноцки- отцаянный народ, ноци тёмные осенние гуляют напролёт!-завела миниатюрная старушка.
-Молодец, Махонька!- похвалил «дюймовочку» кто-то из слушателей.
-Твой черёд, Домника!-обратились бабушки к Домне Трофимовне, и та не заставила себя ждать:
-Таракановски девцоноцки,
-Цёво-цёво-цёво!
Но дыхания долгожительнице не хватило – на помощь пришла культмассовик:
-Одна юбочка в коробочке
-И боле ничево.
Башня на дамской голове качнулась.
" Сейчас рухнет!» -испугался Эрик.
Но она устояла.
Это и было долгое прощание Эрика с Россией. Его последний день в Таракановке.
Ночью ему снилась собственная старость.