Прошлые сутки я провёл на верхней полке плацкарты в поезде Пермь-Новосибирск. А вельчик ехал в отдельном купе. Такая вот ирония: он в купе, а я в плацкарте) Поезд плавно трогался и плавно останавливался, даже знакомого всем гипнотического стука колёс практически не было слышно. Пассажиры, накрывшись белыми простынями и свесив в проход голые ноги, пропадали кто в телефонах, кто в книгах. Периодически лениво поднимались, чтобы сходить к горячему бойлеру за кипятком или до туалета в разные концы вагона. Разговоров не было слышно, лишь в одной плацкарте я заметил двух детей, игравших в карты со своей, видимо, бабушкой. Днём в пробегавших за окном пейзажах я, не без радости, стал замечать своих прошлогодних друзей: оставшиеся без крон белозубые остовы берёзовых рощ на зелёном лоснящемся норковом одеяле болота, и параллельно бегущую на расстоянии асфальтовую ниточку - сестричку моей железной дороги. Угадывалось присутствие ветра, но он не бежал по траве не мял её, а как бы скользил по