В непростые года прошлого века, когда был голод, в деревне Масловка ходили слухи о падеже скота и пропавших людях.
В той деревне жила одинокая молодая женщина, которая приглядывала за пансионатом. Она всегда ходила с ключами в руках, носила чёрное строгое платье с белыми оборками, голосок у той женщины был высоким и убаюкивающим. Но среди местных у неё была дурная репутация.
Под предлогом, что пансионат весь заселён, она могла пригласить проезжих мужчин в свою избу за небольшую плату.
Некоторые её гости уезжали в спешке и суете, но не объясняли, что их так напугало, зная, что им всё равно не поверят.
Однажды у той женщины остановился солидный мужчина-канцелярист, он проверял урожайность в колхозах. Местные таких не любили. Вообще мало кто любил здесь гостей. Несмотря на то, что в пансионате были свободные комнаты, он решил заночевать у местной красавицы.
Канцелярист устроился в комнате за большим дубовым столом и работал допоздна. Женщина принесла белую свежую постель для своего гостя и незаметно ушла.
Закончив с делами, мужчина начал возиться с бельём. Обернув подушки наволочками, он взялся за пододеяльник. Залез вовнутрь и вдруг застрял. Чем больше он сопротивлялся, тем сильнее пододеяльник сковывал и сдавливал тело бедняги. С хрустом ломались суставы, сочилась кровь, каждая косточка его тела была раскрошена. Ткань пододеяльника высасывала из него все соки, наслаждаясь своей властью.
Пододеяльник внутри представлял собой пасть с бесчисленными мелкими зубами, как у сомов. Жадно насыщаясь, пододеяльник окрасился кровью. По полу расползлась багровая лужа, но скоро исчезла, просочившись сквозь доски.
Ранним утром женщина зашла в пустую комнату, подняла с пола этот проклятый пододеяльник с человеческими останками. Это было для неё рутинным делом.
На ткани уже не было следов крови, а внутри плотно лежали белоснежные кости. Закинув мешок-пододеяльник на плечо, женщина отправилась на задний двор и вытряхнула кости в ручную дробилку. Смолов муку, она отдала её, как удобрение на нужды колхоза.
А этот пододеяльник достался ей от бабушки, чей дом разграбили в годы коллективизации сельского хозяйства. Забрали всё до последней тряпки. На это старуха ответила злым наговором. Несколько дней спустя перепуганные грабители принесли вещи назад. Бросили бельё на пол, словно откинули от себя раскалённые угли, и убрались прочь.
Эти вещи пропитались болью, злобой и жаждой мести.
Молодая смотрительница пансионата трепетно берегла своё скромное наследство. Она всегда ждала новых гостей с нетерпением, и обрекала их на гибель без зазрения совести. Много таких партийцев пропало в тех краях.
Малика Князева