- Да, где же эта чёртова бабка? – выругался Степан.
Он достал из кармана свёрнутый лист бумаги.
- Луговая 103. Надо искать.
Изучая дома длинной деревенской улицы, он вглядывался в номера, которые практически отсутствовали.
- Извините, - Степан остановился возле двух разговаривающих женщин. – Вы не подскажите, где мне найти Луговую?
- Так, вот она. А кого вам надо? – спросила одна из женщин.
- Бабу Марфу, - ответил он.
- Ой, не шибко видать у тебя жизнь клеится, раз Марфу ищешь. Что… плохи дела? – спросила другая женщина.
Он молчал.
- Можешь и не говорить. К ней просто так в гости не ходят. Ладно, дойдёшь до последнего дома, повернёшь по тропинке направо, а там и упрёшься в её дом.
- Спасибо.
Теперь он шёл уверено. По пути, то и дело встречались какие-то хмурые люди занятые своими делами, да дети, играющие на пыльной дороге.
- Ну и дыра…
Дом бабы Марфы был маленький, начисто выбеленный, с синими, как небо ставнями. Вокруг, словно лес стояли величавые тополя, белоствольные берёзы и дикие яблони.
Степан подошел к калитке, посвистел, проверяя, нет ли собаки, и уверенно шагнул вовнутрь двора. Он постучал в окно.
Скрипучий голос изнутри произнёс:
- Не заперто.
Всё убранство дома было по-деревенски скромным. На кухне, которая служила так же прихожей, сидела за столом небольшого роста старая женщина.
- Ну, заходи. С чем пожаловал? – снова проскрипела она.
- Здравствуйте! – будто очнулся Степан. – Вы баба Марфа?
- Ну, я. Что с того?
- Мне о вас Галина рассказала… Лукина.
- А мне, что? Не знаю такую.
Степан замешкался. Туда ли он попал? Колючий взгляд старушки буравил его насквозь.
- Беда у тебя, какая? – помогла ему баба Марфа.
- Да, беда! Жена сильно больна. Моя любимая Софьюшка. Помогите, баба Марфа. Если она помрёт и мне не жить.
Баба Марфа внимательно смотрела на Степана.
- Фотографию привёз? – спросила она.
- Да, да… - Степан залез во внутренний карман летней куртки. – Вот.
Теперь она внимательно рассматривала фотографию его жены.
- Красивая, - протяжно сказала баба Марфа. – Вижу, детей нет.
- Нет, - грустно отозвался Степан.
- Это хорошо.
- Что хорошо? Не понял?
Баба Марфа, не обращая внимания, продолжала исследовать фотографию. Потом зачем-то закрыла глаза и, открыв их, выдохнула.
- Очень хорошо, - словно сделав для себя окончательный вывод, сказала она. – Я помогу тебе. Только вы с женой всё должны сделать, как я велю. Только тогда твоя она пойдёт на поправку.
- Конечно, сделаем. Всё, что скажите, - умоляюще проговорил Степан.
Она пригласила взглядом сесть Степана напротив.
- Слушай меня внимательно. Порченная твоя жена. Смысл жизни совсем потеряла. Всю горечь через свой организм пустила. Жертву вы должны принести. Только после этого она оживёт – вновь молода станет. Живительная сила к ней вернётся.
- Жертву? – не понял Степан.
- Жертву! Младенца надоть…
- Что? – не дав ей договорить, в сердцах подпрыгнул Степан. - Да ты, бабка, совсем, что ли, одурела?! Ведьма старая!
- Как хотите, не неволю.
Степан с шумом хлопнул дверью и выбежал на улицу.
- Точно ведьма! – мысли его метались как пламя. - Чего удумала?! Младенца в жертву. Старая стерва.
Он уверенно зашагал назад к остановке, с которой и начинал поиски старухи.
Софья лежала возле дивана на полу, раскинув руки. Степан кинулся к ней.
- Софьюшка, милая! - завопил он, поднимая и тряся её на своих руках.
- Стёпа… - выдохнула Софья. – Ты здесь? Слава Богу, - слабым голосом произнесла она.
- Ты меня напугала!.. Я же думал, что ты умерла. Чуть с ума не сошёл.
- Не-е-ет. Сознание потеряла. Всё хорошо Стёпушка.
Он уложил совсем бледную и ослабевшую жену в постель.
- Пообещай мне! - начала говорила она. - Если меня не станет… ты найдёшь в себе силы и будешь жить дальше. А ещё… найди себе хорошую женщину. Ладно? Не перебивай, - попросила мужа Софья, который то и дело пытался вставлять слова. – Мне и так тяжело говорить… Как бы мы не хотели вечно быть вместе в этой жизни – все мы смертны. Пообещай!
- Я обещаю, что вылечу тебя, чего бы это ни стоило, - его трясло от страха перед неизвестностью.
Софья же, прижавшись к мужу, тихо плакала. Слёзы скатывались большими бусинками по её впалым щекам и падали на колени мужа.
В голове Степана звучали слова бабы Марфы: «Только после этого она оживёт, вновь молода станет. Живительная сила к ней вернётся».
Он видел её, как ему казалось, зловещую улыбку, и от этого ему становилось жутко.
Всю ночь он просидел у постели жены. Вот уже полгода как они перестали делить одно ложе. Пропахшее лекарством пространство вокруг жены и частые её стоны выбивали его из сил. Но как любящий муж, он стойко и терпеливо выносил все тяготы. Он терял надежду даже тогда, когда врач после длительного лечения с сожалением сообщил: «Вашей жене осталось максимум два… три месяца…»
- Нет! - твёрдо решил Степан. - Я сделаю всё, чтобы этого не произошло.
***
Он опять шёл к дому бабы Марфы.....