Найти в Дзене
О! СЮЖЕТ

Роберт Шекли: когда цинизм - лишь форма наивности

Что такое еврейское счастье? Вы-таки думаете, это чтобы у соседа корова сдохла? Нет, пусть живет, да и нет у Мановича никакой коровы. Еврейское счастье - это сложное, многогранное понятие. Его обретение - процесс ступенчатый. Тут надо всё хорошо обдумать. На одну лишь удачу не стоит полагаться полностью, хотя и уворачиваться от нее неблагоразумно. Подробнее обо всём узнаем у Роберта Шекли, в его забавном научно-фантастическом рассказе "Предел желаний ". Эдельштейн был очень умным человеком. Настолько умным, что никогда не открывал дверь торговым представителям, лотерейным билетёрам, дарователям второй бесплатной насадки к пылесосу, сказателям слова божьего и прочей наносной чуши. Он даже к двери не подходил, сразу отсылая этих доброжелателей куда подальше. Да что там, он даже не поворачивал в сторону двери свою умную голову - вот каким умным был Эдельштейн! Другое дело, если бы в дверь позвонила его красивая соседка-блондинка или агент из Голливуда с предложением снять сериал по письм

Что такое еврейское счастье? Вы-таки думаете, это чтобы у соседа корова сдохла? Нет, пусть живет, да и нет у Мановича никакой коровы. Еврейское счастье - это сложное, многогранное понятие. Его обретение - процесс ступенчатый. Тут надо всё хорошо обдумать. На одну лишь удачу не стоит полагаться полностью, хотя и уворачиваться от нее неблагоразумно. Подробнее обо всём узнаем у Роберта Шекли, в его забавном научно-фантастическом рассказе "Предел желаний ".

Эдельштейн был очень умным человеком. Настолько умным, что никогда не открывал дверь торговым представителям, лотерейным билетёрам, дарователям второй бесплатной насадки к пылесосу, сказателям слова божьего и прочей наносной чуши. Он даже к двери не подходил, сразу отсылая этих доброжелателей куда подальше. Да что там, он даже не поворачивал в сторону двери свою умную голову - вот каким умным был Эдельштейн!

Другое дело, если бы в дверь позвонила его красивая соседка-блондинка или агент из Голливуда с предложением снять сериал по письмам, которые Эдельштейн регулярно писал своей маме. Тут он конечно бы открыл, не сомневайтесь. Ведь человек он был очень практичный и лишенный какий-либо ложных иллюзий.

И вот однажды в его дверь в очередной раз позвонили. "Мне ничего не нужно, уходите". За дверью медлили, очевидно, решив прибегнуть к убеждениям. Ему предлагали нечто очень нужное, абсолютно эксклюзивное и совершенно бесплатное. Наивные глупцы, они не знают Эдельштейна! "Бесплатно я тем более не возьму." По ту сторону послышались усталые вздохи. Ещё бы! Он крепкий орешек. "Тогда просто дайте мне двадцать долларов, а бесплатную щётку оставьте себе!"

Все изображения в статье - интернет.
Все изображения в статье - интернет.

Так продолжалось ещё какое-то время. Пока визитер не предпринял ход конем, сломав знаменитую защиту Эдельштейна. Искуситель обвинил упрямца в отсутствии дальновидности и в наличии национальных предрассудков. "Опять скажут, что евреи считают себя умнее других... Входите же!"

И гость вошел, причем через закрытую дверь. Недоумение хозяина скоро развеялось, когда Чарльз Ситвел (так его звали) назвал свою должность: полевой агент Дьявола... "Не волнуйтесь, мне не нужна ваша душа." Тогда зачем явились?

Всё просто: ад - солидная организация. Поэтому время от времени, но особенно сейчас, когда дела идут так хорошо, она раздает небольшие премии избранному числу потенциальных клиентов. И Эдельштейн - один из них. Вознаграждение - это три любых желания клиента. Всё бесплатно, но есть довольно простое условие. Что бы ни пожелал заказчик, его злейший враг получит вдвое.

Эдельштейн задумался.

- То есть, если я попрошу миллион долларов...

- Ваш враг получит два миллиона.

- А если я попрошу пневмонию?

- Ваш злейший враг получит двустороннюю пневмонию.

Нет врагов? Это у вас-то? Ой, я-таки вас умоляю! Да их у вас навалом, Эдельштейн: ваш кузен Сеймур, миссис Абрамович, Том Кэссиди... Но самый злейший враг - это Манович, ваш лучший друг. Это нормально, поверьте. Предложение действует тридцать дней. Прощайте.

Эдельштейн не мог прийти в себя несколько минут. Он думал об Эдди Мановиче. Злейший враг?!.. Есть простой способ проверить это - пожелать себе миллион долларов. Тогда у Мановича будет два. Ну и что? Будет ли его, тоже богатого человека, волновать, что его лучший друг еще богаче?

-2

Да! И еще как! Ему всю жизнь не будет покоя из-за этого!.. Что же это такое? Час назад он был бедным, но счастливым. Теперь у него есть три желания и враг. Как быть?! Бедняга взял отгул и думал день и ночь. Наконец, он загадал первое желание, пробное.

Двадцать тысяч ему были нужны для проверки. Таки что бы вы думали? Этот негодяй Манович получил свои сорок вслед за ним в том же банке! Всю ночь Эдельштейн страдал от боли в животе. В отчаянии он пожелал Мановичу сильнейших мучений.

- Я желаю шестьсот фунтов рубленой цыплячьей печенки!

Эдельштейн от души смеялся, представляя Мановича, по шею заваленного печенкой. Радость его была недолгой. Он узнал, что Манович сделал на потрохах выгодный гешефт, подлец! В то же время, его собственная (т.е.цыплячья) печень пропала почти зазря. Опять несчастье!..

Осталось последнее желание. Самое важное. Везунчик думал четыре недели. Оставался лишь один час до конца акции. Наконец, холостяк Эдельштейн придумал гениальный ход. Он запросил женщину, на которой он бы мог жениться: среднего роста, хорошего сложения, с натуральными светлыми волосами, интеллигентная, практичная, влюбленная в него, еврейка, но тем не менее сексуальная и с чувством юмора...

И всё бы ничего, но ... "Она должна быть пределом, максимумом, который только я хочу и с которым могу справиться, я говорю исключительно в плане интимных отношений". Понимаете? Конечно, понимаем!..

Контора дьявола работала исправно, в дверь сразу же "как-то сексуально" постучали. Эдельштейн, ехидно посмеиваясь, пошёл открывать своему счастью.

"Манович, ты попался! Удвоенный предел желаний мужчины... Нет, такого я не пожелал бы и злейшему врагу - но я пожелал!"

-3

Вот такая счастливая история, друзья. Теперь вы знаете, что иногда цинизм - это лишь форма наивности. Зато мудрость есть проницательность.

Согласны?

Чего бы вам было не жалко пожелать себе?