4 июля 2022 г. в Государственную Думу внесен законопроект "О внесении изменений в Семейный кодекс РФ". Авторами законопроекта являются сенаторы Российской Федерации: А.А. Клишас, Е.Б. Мизулина и ряд других, а также депутаты Государственной Думы Д.Ф. Вяткин, Т.В. Буцкая.
Не знаю откуда черпают вдохновение депутаты Государственной Думы, когда пишут такие законопроекты, но с реальностью они, к сожалению, имеют мало общего.
Согласно пояснительной записке законопроект предусматривает совершенствование положений об «отобрании ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью» (статья 77 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ).
Цитаты из пояснительной записки к законопроекту:
«По данным Минпросвещения России за последние 3 года число отобраний детей органами опеки и попечительства составляет ежегодно чуть менее двух тысяч: в 2019 году - 1959 детей, в 2020 году – 1772, в 2021 году - 1862 ребенка.
Однако при оценке значимости данного института ошибочно опираться только на статистические данные о численности отбираемых детей».
Очень странное вступление. А для чего спрашивается существует статистика, не для того, чтобы отслеживать изменения тех или иных показателей жизни общества, чтобы оперативно на них реагировать?
В 2021 году согласно официальным данным родилось 1 402 834 детей, то есть из этого числа 1862 были принудительно изъяты из семей, получается 0,13 % детей от общего числа родившихся.
Здесь мне становится непонятно, какую угрозу для функционирования государства, института семьи несет эта цифра? Действительно в нашей стране есть люди, которые не могут объективно воспитывать детей по причине алкоголизма, наркомании, уголовных преступлений в отношении малолетних, психических расстройств, или бросают детей на произвол судьбы и т.п. Каждое изъятие происходит на основании акта органа опеки, после чего в течение 7 дней орган опеки должен выйти в суд с иском об ограничении, либо лишении родительских прав.
«Отобрание ребенка» затрагивает важнейшие конституционные права граждан, такие как право граждан на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну (статья 23 Конституции), право граждан на неприкосновенность жилища (статья 25 Конституции), ибо предполагает вхождение (проникновение) в жилище, где проживает семья с несовершеннолетними детьми, в том числе без согласия проживающих в нем лиц, на основании одного лишь устного или письменного обращения юридического или физического лица о возможной угрозе жизни или здоровью ребенка».
Откуда берутся такие утверждения? Кто эти люди, которое такое пишут? Органы опеки и попечительства не имеют полномочий входить в жилое помещение, даже если за порогом ребенок будет кричать и умолять о помощи. Они могут попасть только с сотрудником полиции, который также может пройти в жилое помещение только при наличии явных признаков совершения преступления. Эти признаки перечислены в ст.15 ФЗ «О полиции»: для спасения жизни граждан и (или) их имущества, обеспечения безопасности граждан или общественной безопасности при массовых беспорядках и чрезвычайных ситуациях, для задержания лиц, подозреваемых в совершении преступления, для пресечения преступления, для установления обстоятельств несчастного случая.
А каким образом органам опеки узнавать о жестоком обращении с детьми как не из устных или письменных обращений юридического или физического лица о возможной угрозе жизни или здоровью ребенка? Они догадываться должны что ли, или ежедневные обходы совершать?
Возникает вопрос зачем тогда люди, пишут в пояснительной записке сведения явно несоответствующие действительности и здравому смыслу? по незнанию своему или чтобы умышленно ввести в заблуждение?
Законопроект предусматривает взамен действующего механизма «отобрания ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью» комплекс мер защиты детей, соразмерных тем угрозам, которые должны быть устранены, так называемые «временные меры защиты ребенка»:
«передача ребенка под временную защиту его родственникам или иным лицам;
временное устройство ребенка в организацию.
Передача ребенка под временную защиту его родственникам является приоритетной временной мерой его защиты».
Интересно, при написании этого законопроекта кто-нибудь догадался поинтересоваться у работников опеки, инспекторов по делам несовершеннолетних, работающих «на земле», какого их мнение по этому поводу?
Я не сотрудник опеки, но по работе приходилось часто сталкиваться с их деятельностью.
Во-первых, в большинстве своем дети изымаются у таких родителей, родственникам которых глубоко плевать на них и их детей, поэтому эта временная мера по большей части будет не рабочей, а вся тяжесть защиты ребенка ляжет на организации, то есть муниципальные или региональные учреждения.
Во-вторых, как органу опеки или полиции проверять тех родственников, которым передают детей? Где гарантия, что эти родственники не окажутся хуже родных родителей ребенка? То есть сотрудникам по идее нужно будет провести осмотр места жительства родственников, установить их личности, характеристики и т.п.
В-третьих, если родственники не против взять ребенка под временную защиту, кто должен обеспечивать доставку ребенка? Например, родственники живут в другом городе, и не против принять ребенка, кто должен им ребенка доставить? Или они за свой счет должны приехать и его получить?
В-четвертых, сколько родственникам будет даваться времени на принятие решения о принятии ребенка? Час, день, месяц? Как будут фиксировать отказ от принятия ребенка? лично под расписку приехать к ним и взять? В любом случае получается сначала ребенка сначала поместят в организацию, а потом уже ждать родственников.
В-пятых, не забывайте, что органам опеки или полиции еще нужно будет найти родственников! Например, в квартире мать оставила ребенка 3-х лет, уехала в неизвестном направлении. Сотрудникам в любом случае понадобится время сутки, двое, трое, чтобы установить и связаться с родственниками этой матери.
Таким образом, фактически в реальной жизни, будет происходить так: ребенка изымут, поместят в организацию, позвонят родственникам, если они захотят, то приедут сами, но в большинстве случаев, никто за детьми приезжать не будет, и они будут содержаться в так называемых «организациях».
«Временные меры защиты применяются в случаях, когда родители отсутствуют и неизвестно их местонахождение либо они находятся в таком состоянии, при котором не могут выразить свою волю».
Фантазия законодателя почему-то ограничилась двумя основаниями для применения временных мер, а что делать если родитель в наркотическом опьянении или пьяном угаре может выразить свою волю? Говорит, что очень любит своего ребенка и никому не отдаст? развернуться и уйти, и подготавливать документы на подачу иска в суд, сказав ребенку потерпи еще немного?