«Сидим дома, потому что под подъездом ночью нашли "лепестки". Остались с ребенком без воды, – утром написала подруга. – Думали, что самое страшное – выстаивать очереди под обстрелом и на жаре. Только вчера сказала: "Да когда же уже прекратятся эти походы с баклажками?" Наверху меня услышали. Сегодня никуда не идём, мы замурованы. Хорошо, что нет у меня собаки, я не представляю, как гулять с ними по заминированным обочинам. Но зато ребёнок у меня есть. Ей десять лет, вроде бы в военных опасностях разбирается, как взрослая, но…»
Ночь выдалась бурной. Нас решили уничтожать в особо изощрённом формате, по-новому. Так, чтоб не сразу померли, а помучились. Завалили самый центр города и окраины противопехотными минами-лепестками. Тысячами. Везде. Во дворах жилых домов, на газонах, на территориях школ и детсадов. В зонах отдыха у прудов. В парке кованых фигур у горисполкома.
Выпустили ракеты, начиненные этой дрянью. Такая маленькая, зелёная, красивая штука, с лопастями, как крылья бабочки. Мгновенно покрывается пылью и сливается с землёй и листьями. Человек наступает – и ему отрывает ногу. Что будет с ребёнком или пробегающий собакой, я не хочу даже и думать.
Колеса автомобилей разрывает. На улицах уже ночью было полно таких случаев.
Мина в пластиковой оболочке, её не обнаружить прибором.
Ночью наши начали давить эти мины танками на улицах. Лихие мужики сгребали украинские подарочки лопатами.
На гранитных парапетах в центре выложили найденные мины, мелом подписали.
Лепестки – это запрещённый метод ведения войны. Уже прошедшие все круги ада дончане в очередной раз поражаются тому, что творят их бывшие соотечественники.
Ночью и утром читала украинские обсуждения и, как всегда, происходящему никто не ужасался. Даже радуются – вот вам, мол, за пленных (они уверены, что по Еленовке била вовсе не Украина)! Пусть, дескать, ваши детки теперь гуляют по травке. Последний раз – своими ножками.
* * *
В сводке пишут, что у нас тут рядышком, на Адыгейской (район оптовых баз), сотруднику МЧС оторвало стопу в ходе разминирования. Парень 86-го года рождения, в расцвете сил. Увезли в травматологию.
В сети распространяется видео, на котором бабка говорит о том, что одну мину положила в сумку «показать на работе».
На соседнем участке кто-то под свист прилётов и дрожь земли сетует, что в этом году наконец-то шикарные помидоры выросли, не погнили. А набросают сейчас лепестков – и как потом подступиться к урожаю?...
Над городом гудит, ревёт, уже не понятно, что и куда. С Донецкого моря доносятся автоматные очереди.
* * *
Техника порыкивает, поют сверчки.
И выл неподалёку волк. Да, волк, его не спутаешь с собакой.
Красиво, громко и тоскливо невероятно.
Бедное животное, он уже одурел, наверное, от этого грохота, подурнел и облез.
Ну что, волчок, я тебя понимаю.
Тут хоть выходи на балкон и вой с тобой дуэтом. Половина Донецка присоединяется к тебе, братан.
* * *
К нам вчера днём, оказывается, прилетел «Ураган». Упал в двух минутах ходьбы от моего дома, дальше по улице. А я услышала, написала в Телеграм – и дальше кофе пью…
Снес половину клёна, оставил воронку в дороге, укокошил часть забора и наделал осколками «кротовин» на соседнем участке.
Больше всех свезло охраннику и жильцам прилегающих домов. Не пострадал никто, но потом все ходили и хвастались фоточками с огроменной железной дурой.
Сегодня её уже кто-то уволок, так что мне осталась только дыра в дороге.
* * *
С половины шестого утра включилась артиллерия, параллельно сверху подключили природный гром, и все это слилось в один утробный рев.
Хлестала гроза, не было понятно, то ли это далеко улетело, то ли близко прилетело.
Думалось, как наши ребятушки сейчас работают в этом аду, в окопах, залитых дождём. Что там – на самых огненных рубежах Донецка, в Горловке и Ясиноватой...
Бои идут и сейчас. Почему-то с начала войны меня постоянно спрашивают свои, а что же будет дальше. После освобождения Мариуполя и Бердянска, в которые не верил никто (и только я твердила, что оно будет), спрашивают в три раза чаще.
Я верю, что всё будет хорошо. Но наша задача – до этого дожить, пересидеть, помогать друг другу и военным и не путаться под ногами у последних в зоне боевых действий. Давайте без «героизма».
И прячьте детей. Вчера я видела ватаги мальчишек на пустых улицах.
Евгения Мартынова, Донецк