Вы думаете, в этом заголовке есть переносный смысл? Да нисколько. Площадь-то опустела на Лубянке. Свергли Дзержинского. А он, не будем сейчас терзать его личность и дела, очень даже хорошо в эту площадь вписывался. Красиво так. Плавно. Я всегда любовалась Феликсом Эдмундовичем, который гордо так возвышался. Там, знаете, сочеталась и гордость, и скромность. Вещи вроде бы несочетаемые, а вот - было, было!
И власти решили вновь воздвигнуть памятник. И попросили людей выразить своё мнение - вернуть на прежнее место рыцаря революции или же отдать дань благодарности герою нашей истории Александру Невскому. Почтить его память. Но голосование превратилось в противостояние. К тому же кто-то предлагал дополнить список претендентов, кто-то кричал про кандидатуру Сталина, кто-то - про референдум. И пока всё это дело прекратили. Площадь останется пустой. До времени.
Но Ахеджакова так не считает. Голос у неё, как вы, наверное, помните, довольно сильный. Переходящий в самые эмоциональные моменты на визг! И - какой там Дзержинский! Какой Невский! Да вы, мол, вообще о чём? Следует воздвигнуть памятник - ни много, ни мало - историку Юрию Дмитриеву!
Вот краткая справка о нём. Краевед. Руководил карельским отделением общества "Мемориал". Иноагента. Составитель книг памяти жертв политических репрессий.
Но этот хранитель памяти хранил у себя в доме ещё и детские фотографии! Да нет, не такие, как в каждом доме хранятся. А фотографии раздетых девочек. И за изготовление детской порнографии, за насильственные развратные действия в отношении своей приёмной дочери он был осуждён и отправлен в колонию строгого режима.
Но Ахеджакова упорно считает его героем России! Пострадавшим от режима! И ясно, что её с этого пути не свернёшь. Она возомнила себя столь значимой личностью, что один поворот её мысли должен уже делать историю! Вот посмотрите, что она сказала каким-то СМИ, принадлежащим, естественно, Ходорковскому - а кто бы ещё стал её слушать.
"Когда речь шла о том, что на Лубянке ставят памятник Дзержинскому или Невскому, я всем говорила своим друзьям, что Юрию Алексеевичу Дмитриеву там будет стоять памятник, и никуда не денетесь! Это будет."
Ну, знаете, у меня слов нет... Но вот как она, провидица наша, с такой-то перевёрнутой головой на сцене играет, не пойму... Хотя... А так и играет, оплёвывая в спектакле могилу погибшего в Великую Отечественную бойца... И никто ей этого не запретит!
Сейчас, правда, Бурляев силится что-то сделать с цензурой, но мы ведь знаем, что от его слов до настоящего дела ой как далеко...
А знаете, о чём я прежде всего думаю в таких случаях, как с этой безумной артисткой? Ведь это мы сами возвели их в чуть ли не главные моралисты страны! И на ТВ, и в газетах-журналах давали им слово, а они учили нас жить! Мы почему-то думали, что у них мозгов больше, чем у инженера, врача, учителя... Мы очень, очень сильно ошибались.
