Задержался я со своей девочкой в этой деревне. Вернее, лесу.
Родню свою нашел. Оказывается, нас, домашних и природных духов много разных обитает на этом свете. А я в городе только с соседями Домовыми, Дворовыми, Квартальными да Районными знаком. Ну – главный у нас Городовой. Мэр, по-человечески, значит.
Есть еще Парковые. В реках тоже водятся. Но все культурные. Городские. Некоторые простые, вроде меня, некоторые спесивые. К иным и не подступишься. К Мэру, например.
А тут природных еще много духов. И у всех свой характер. Но все, вроде, простые, добрые.
Я подружился с ними и стали они меня в гости зазывать.
С Кикиморой подружился. Хоть баба и страшненькая, но умная! Поговорить с ней интересно. Столько лесных примет и баек знает!
Вот, решил я Кикимору навестить.
Баннику сказался, а тот и остерег меня: «Смотри! К ней Болотник клинья подбивает. Как бы тебя в болото свое не заманил, да не погубил.»
Но я не послушал его, и отправился в путь. Заблудиться не боялся. Дорогу мне должна была показать веточка дубовая с листочками, что Кикимора на память дала.
Иду я, иду. Поднялся на бугор, а тут ветер поднялся и понес меня с веточкой куда-то в лесную чащу. Я ведь маленький, легкий!
Упал я в куст малины, а веточка сверху за колючие сучки зацепилась. Потерял я свой «компас». И сам не знаю, куда меня ветер занес?
А тут как раз Болотник мимо проходит: «Привет, сват! В гости решил наведаться? Ну, пойдем со мной. Выведу.»
Иду за ним, да чувствую, что земля подо мной колебаться стала, в следочках моих вода набирается. «Э! Нет» — думаю — «Не туда ты меня ведешь!»
Повернул назад. Немного прошел, опять вода в следах от моих сапожек. Вижу – крючковатая высохшая сосна на пути второй раз встречается. Опять повернул назад, и опять та же сосна.
Все! Караул! Заблудился!
Сел на кочку и заплакал.
Как там мой Дом, моя Квартира коммунальная без меня? Как там моя девочка? Брошенная среди чужих. А друг Мурзей? Как он там один справляется? Да и за «самоволку» меня никто не похвалит. Тот же Мэр, поди, на атомы распылит.
Горе мне, горе!
Вдруг слышу – лает кто-то.
Ну, все! Конец мне! Собака!
Я ведь домовой-кошатник. Мы, домовые, с кошаками дружим да с детьми малыми. От меня, небось, кошачьим духом за версту тянет. А собака, известно, кошкам враг! Сейчас растерзает меня этот пес!
Закрыл я глаза и приготовился к смерти лютой.
Чувствую, что-то меня за шкирку схватил и понес. А я глаз не открываю.
Кинули меня на землю. Водой сверху плеснули. Открыл я глаза, гляжу – а я посреди двора лежу. Передо мной и Банник, и Дворовой, и Овинник… Вся родня сгрудилась. И Кикимора в уголочке двора стоит, пригорюнилась. Плачет, слезки тиной вытирает.
А надо мной морда Дунаева. То есть собаки ихней. Язык высунул, улыбается и говорит: «Напужалси, небось?» А потом объясняет всем другим: «Бежу я и чую запах знакомый. Думал, опять Мурка в лес сбегла. Сколько я ее-дурочку, из лесу притаскивал? А тут гость ваш на кочке болотной сидит, рыдает. Болотник его заплутал, заблудил…»
Я, конечно, опешил, что собака разговаривает, а потом подумал: «Если я с котом разговариваю, так что же собака, неужто глупее кошки?»
Поблагодарил я Дуная за спасение. Поклонился низко. А как в доме был, так косточку мозговую ему унес со стола. Да с мяском! В благодарность
значит.
Вечером опять все наши собрались, да песни в баньке пели. Ихний Домовой тоже в баньку пришел, да и со двора все свои подтянулись.
Это мы для веселья. А еще чтобы хозяин опять Дуная погулять отпустил. Он же не выдержит и снова нам подпевать начнет!
Ну, еще же про бидон с бра-ж-кой помните?...
Да! Не знаешь, где друзей найдешь, где потеряешь.
А с Дунаем подружились. Даже игру придумали: я спрячу что-нибудь маленькое, и зову: «Дунай-Дунай! А ну, узнай, что я спрятал и где лежит?» И он находит. По моему запаху находит! Умный, все-таки, пес, хоть и дворовый, а порода видна!
А хотите знать, как я смелость проявил и злюку проучил?
Ну, так читайте завтра новый рассказ.