ВСУ продолжают скидывать на мирные города Донбасса запрещенные противопехотные мины «Лепесток». Они взрываются от малейшего нажатия и почти не видны на земле. Страдать от таких мин будут простые жители городов, дети и старики.
Что такое «Лепесток»?
Противопехотная фугасная мина (ПФМ) «Лепесток» — советская мина нажимного действия. Их производили в двух комплектациях: ПФМ-1 и ПФМ-1С, вторая отличалась тем, что могла взрываться и без нажатия в течение примерно двух дней после раскрытия. Разбрасывают такие мины кассетами с воздуха.
Главная опасность «Лепестков» в том, что они замаскированы под листья и имеют небольшой размер 12 сантиметров в длину и 6,5 — в ширину. Их трудно заметить в траве или даже просто на земле из-за цвета и формы, а также нельзя вернуть на предохранитель — только привести в действие, рассказал «360» военный журналист Алексей Борзенко.
«Мина одноразовая, ее невозможно поставить назад на предохранитель, если она раскрылась. Есть контейнеры, в которых они сложены, это все сбрасывается, они падают на землю и раскрываются — с этого момента, если ты наступаешь на нее, происходит взрыв», — объяснил он.
Причем обычно «Лепесток» не убивает, а просто калечит человека. Небольшой заряд мины — всего 37 граммов взрывчатки — отрывает часть нижних конечностей, обычно ступню или пальцы на ногах, рассказал Борзенко. Это сделано, чтобы вывести солдат противника из строя.
Однако в Донбассе ВСУ сбрасывает кассеты с «Лепестками» на мирные города, где преимущественно будут страдать обычные жители, в том числе женщины, дети и старики. При этом, если на мину наступит ребенок или домашнее животное, скорее всего, взрыв приведет к смерти. Мины уже находят недалеко от школ Донецка.
Алексей Борзенко.«Лепесток» — страшное оружие. Во-первых, его не чувствуют приборы: там нет металла, так что мину почти невозможно определить металлоискателем. Во-вторых, это пластмасса зеленого цвета, которая практически сливается с растительностью, и вычислить ее очень тяжело. Она может лежать годами, у нее срок реализации чуть ли не 10 лет
Сейчас «Лепестки», сброшенные украинской авиацией, обезвреживают в Донецке, Лисичанске, Попасной, Ясиноватой, Макеевке и Пантелеймоновке, Новолуганском и других населенных пунктах, а также в Харьковской области на границе с Россией и в Запорожье. Мины находят на трассах, в парках и обычной городской застройке.
Несмотря на усилия саперов, уже есть первые жертвы: в Донецке на «Лепестках» подорвались четыре человека. РИА «Новости» рассказали также о подорвавшейся на мине машине.
Запрещенный прием
ПФМ-1 «Лепесток» запретили Оттавской конвенцией в 1997 году, Украина подписала и ратифицировала договор в 2005 году. Страна пообещала уничтожить советские запасы снарядов, однако в 2018 году, по данным Минобороны Украины, на счету ВСУ все еще числилось порядка шести миллионов таких мин.
По мнению военного корреспондента Александра Коца, разбрасывание запрещенных противопехотных мин в мирных городах — настоящий терроризм со стороны ВСУ. Причем журналист отметил, что киевские власти и СМИ непременно будут обвинять в минировании Россию, так как Украина официально отказалась от использования этого вида снарядов. О том, что миллионы «Лепестков» так и не были уничтожены, киевские СМИ умалчивают.
«Вообще мины — страшная вещь, потому что конфликты заканчиваются, а мины продолжают работать, они не понимают, что война закончилась», — сказал Борзенко.
Именно так получилось в Сьерра-Леоне, где после окончания войны остались тысячи подобных «Лепестков» и других противопехотных мин.
«Там люди в резиновой обуви, сделанной покрышек автомобильных ходят — у одного культя, нет пальцев передних, он ходит, хромает; огромное количество детей с оторванными ногами», — рассказал Борзенко.
ВСУ на аналогичную судьбу обрекает жителей Донбасса и даже некоторых украинских городов.
Такие мины СССР использовал во время войны в Афганистане. По словам Алексея Борзенко, «Лепестки» тогда сбрасывали в горах, на тропах, по которым ходили моджахеды.
«Мы сбрасывали „Лепестки“ в Афганистане в пустынные горные места. А здесь густонаселенная городская черта. Сбрасывать „Лепестки“ в таких местах — это варварство. У ВСУ не осталось никаких моральных границ», — заключил Борзенко.