Из рассказа участника штурма аэродрома Гостомель под Киевом в ходе проведения специальной военной операции на Украине.
«Вторая волна десанта раздуплилась быстро, но, разумеется, не без нашей помощи – мы ввели парней в тактическую обстановку, что характерно - не переставая копать.
Между тем окоп практически достиг декларируемых уставом габаритов, но я его еще малость углубил, ибо те, кто писали наставления по «инженерке» не предусматривали наличие бронежилета и магазинов на грудной панели.
Но все кончается, кончились и земляные работ, а от них мы перешли к наблюдению - на посадку заходила третья волна десанта.
Их высадка заставила меня нервничать, ибо личный состав действовал по принципу «кругом враги, всех убить, деревню сжечь». Сюда стоит присовокупить хорошо известный горячий нрав, Отвагу и безумие этих ребят, поэтому я не нашел ничего лучше, чем встать своем гробо-окопе в полный рост и заорать – СВОИ! – для ясности-понятности размахивая руками.
Несмотря на то, что наша Непобедимая и Легендарная славится плохим взаимодействием, опознавание, благодаря волшебному слову, прошло успешно, поэтому наши коллеги убыли в свои секторам, а мы принялись собирать со «взлетки» рейдовые рюкзаки со врем барахлом – и наши, и тех групп, которые до сих пор чистили аэродром.
На этом месте нужно сделать лирическое отступление – буквально накануне столь ответственного мероприятия я договорился с товарищем, что как только все это кончится я куплю у него Т40 от Г99, поэтому считал рюкзак уже практически своим, а значит прихватил и его, ибо вдруг что и потом концов не найдешь.
И вот я, как самый военный, тащу оба рюкзака к своей норе – т.е. окопу, как вижу, что на нас заходит МИ-24 с двумя полосками на «морде».
Вертолет в тот самый день — это последнее, что могло нас удивить, но две полоски…
Сегодня это воспринимается странно, но я успел подумать о многом - либо он беременный, либо младший сержант, либо нам сейчас пиздец, потому что он шел прямо на нас – НА МЕНЯ!!!
Он шел прямо на меня, и весь мир опять наполнил рев винтов, а вокруг был только голый бетон, земля и ОКОП!
Потом я прыгнул…ТА-ДАХ!
Взрывы НУРСов, слившись воедино, могуче ударили по организму сверху, а земля услужливо пнула снизу.
Вроде живой – осознав сие, я чуть приподнял голову и углядел совсем рядом и какие-то перекрученные куски железа – где-то на задворках сознания пронеслась мысль «хорошо, что был в ушах».
Все вокруг было в дыму и пыли, но перекличка установила, что ряды наши не поредели, поэтому мы быстро возблагодарили Батю и лопаты за чудесное спасение, а потом сразу принялись выполнять новую вводную – «уходить отсюда вон за те домики».
Собрав все пожитки и взяв в каждую руку по рюкзаку, я засеменил по «взлетке» за здания и как только добежал до ее середины – т.е. оказался максимально беззащитен перед обстоятельствами, как они появились в виде двух фронтовых бомбардировщиков СУ-24, которые опять летели прямо на меня…»