Вот, кто знает, что такое бра-ж-ка? И для чего (я не спрашиваю из чего) ее делают?
В деревне, да и в городе тоже, жидкую валюту никто не отменял.
Огород вспахать, лошадь взять, если поехать надо куда-нибудь… Уж не говорю про большие работы: колодец выкопать или баньку поставить. Тут уж не один человек в помощниках. И всех накормить, а, главное, угостить надо. А деньги брать за работу вроде как совестно. Да и откуда денег-то наберешься? Вот и помогают друг другу, да и приучаются здоровые работящие мужики к этому зе-лью, что по ночам хозяйки готовят.
Почему по ночам? А закон такой был: штраф за это самое дело, а то и суд. А там неизвестно, что решит этот суд.
Лесникова жена тоже варила. И к приезду сыночка старшего с женой наготовила. К гостям пришедшим на «смотрины» молодой. Да и сенокос впереди. Вся семья, все дочки с мужьями собрались поработать на корову, да овечек, да теленка будущего. И еще бра-ж-ку поставила. На будущее.
Мы с Банником-то испробовали немного. Только что нам, духам домашним надо? Понюхать. Мы ведь духи бесплотные, хотя иногда являемся во плоти. Запахами сыты.
А вот хозяину – леснику очень даже надо бы до зе-лья добраться!
Хозяйка глянет в бидон, а там убывает. Что такое?
Бидона крышку на цепочку и замком замкнет. Двери в баньку тоже на замок. Ложится спать спокойная.
Утром глядь – опять убыло…
Уже, вроде, привыкла к этому. Ну, думает, в баньке сейчас всегда жарко. Там же печка топится, и летом на ней готовят, чтобы газ зря не тратить. Народу-то много! А и дров в лесу много! Может и впрямь испаряется?
И муж ее в этом мнении поддерживает. Ему-то этот бидон, вроде, и не нужен. С ним за лес да дрова всегда расплачиваются. Не только через контору деньги платят, но и леснику жидкую валюту передают. В бутылке с бумажной самодельной пробкой.
А тот ее иной раз и спрячет куда-нибудь. То в валенок, то в картошку, то в куст на огороде, то в хлеву, то в будку к собаке Дунаю… Только хозяйка находку найдет, да на стол и выставит перед гостями. Или в буфет поставит. Да мужу наказывает: «Не прячь! Я все равно узнаю, где лежит. Пусть стоит здесь до надобности!»
И вот он ходит вокруг да около, а брать не берет. Хозяйка-то строга!
Только вот бра-ж-ка вдруг испаряться стала…
Лежим мы как-то с моим другом Банником на чердаке, на сене. Вдруг слышим: со стороны слухового окошка что-то шебуршит. Затихли. Глядим — сам лесник поднимается, в слуховое окошко залезает, через чердак и к лестнице, что в предбанник ведет. Спустился вниз, да к бидону. Цепочку откинул, кружкой себе нацедил, выпил, крякнул и обратно через чердак в слуховое окошко. Там лестницу подхватил и закинул за сарай подальше. Дескать, она тут всегда лежала.
Сам домой пошел. Да по пути на огород еще заглянул, петрушки пару листков сорвал пожевать. Чтобы запаха, вроде не было.
Умора!
Вот мы с Банником от смеха помираем и думаем, намекнуть ли хозяйке, куда бражка испаряется?
Или пусть это уж будет наша с лесником святая мужская тайна?