Планы у татар, вышедших тогда, в 1572, на Москву, были амбициозные, прогнозы очень оптимистичные: в победе не сомневались нисколько, а по

Планы у татар, вышедших тогда, в 1572, на Москву, были амбициозные, прогнозы очень оптимистичные: в победе не сомневались нисколько, а по дороге делили, кто где сядет (почитайте песню «Собака крымской царь»).

Собака Крымской царь

А не силная туча затучилася,

а не силнии громы грянули:

куде едет собака крымской царь?

А ко силнему царству Московскому:

«А нынечи мы поедем к каменной Москве,

а назад мы поидем, Резань возмем».

А как будут оне у Оки-реки,

а тут оне станут белы шатры роставливать.

«А думайте вы думу с цела ума:

кому у нас сидеть в каменной Москве,

а кому у нас во Володимере,

а кому у нас сидеть в Суздале,

а кому у нас держать Резань Старая,

а кому у нас в Звенигороде,

а кому у нас сидеть в Новегороде?»

Выходить Диви-Мурза сын Уланович:

«А еси государь наш, крымской царь!

А табе, государь, у нас сидеть в каменной Москве,

А сыну твоему в Володимере,

а племнику твоему в Суздале,

а сродичю в Звенигороде,

а боярину конюшему держать Резань Старая,

а меня, государь, пожалуй Новым городом:

у меня лежатъ там свет-добры-дни батюшко,

Диви-Мурза сын Уланович*.

Основания для оптимизма у них были. Из новгородской летописи: «А приехал царь Крымской к Москве, а с ним были его 100 тысяч и двадцать, да сын его царевич, да внук его, да дядя его, да воевода Дивий мурза — и пособи бог нашим воеводам Московским над Крымскою силою царя, князю Михайлу Ивановичу Воротынскому и иным воеводам Московским государевым».

Пособи бог, и правда: русских было в 5 раз меньше, страна разорена набегами (годом раньше Девлет Гирей сжег Москву и окрестности дотла, убил и угнал десятки тысяч жителей), ослаблена голодом и Ливонской войной, при этом поражение грозило полной потерей государственности.

—

* Из сборника «Песни, записанные для Ричарда Джемса в 1619—1620 годах». Дата создания: конец XVI — начало XVII вв.