В коллективной исторической памяти самое почетное место из лжецарей занимает, конечно, Дмитрий, который сумел возродиться в образах сразу двух ловких товарищей. Но любопытно, что в количественном отношении безусловные победители - лжеПетры. Конечно, не великие. Это были самозванцы, выдававшие себя за мужа Екатерины II. Самым известным из них был Емельян Пугачев.
Пушкин, подробно изучая историю пугачевского бунта, знал о пяти лжемужьях Екатерины, однако, в исследованиях советских историков цифра более внушительная - более двадцати. Причем последний из них - некто Кондрат Селиванов взял на себя эту роль уже в царствование Александра I, то есть, когда с момента смерти реального Петра Третьего прошло уже более 40 лет.
Почему же этот образ оказался столь вдохновляющим? Ведь сам Петр ничего хорошего для народа не сделал, в политике понимал совсем немного, ибо на досуге играл в солдатики, и самым «выдающимся» его поступком стало возвращение Пруссии всех территорий, завоеванных Россией в Семилетней войне. В общем не тот случай, когда царь прямо-таки гений.
Но скажем прямо - народу сие было неведомо, зато было у Петра III неоспоримое достоинство. Царствовал он всего полгода и мало кто помнил его в лицо. В таком контексте кандидату в цари надо было - пообещать разные вольности, причем используя лучшие практики риторического искусства. Пушкин-то отнюдь не приукрашивает способность Пугачева рассказывать притчи. Он действительно был речистым малым.
Любопытно, что не только в народе, но и в высшем свете многие верили, что Петр III жив. Точнее - многие сомневались, что он умер. Среди таких был и его сын - Павел. Происходило это потому, что все события в тюрьме, куда был заключен свергнутый Петр III были покрыты ореолом тайны. Так распорядилась сама Екатерина. Таким образом, предъявить доказательства, что «царь ненастоящий», она и не могла.
Впрочем Пугачев в итоге сам стал заложником своего мифа. В тот момент, когда он решил вдруг жениться на простой крестьянской девушке Устинье Кузнецовой (при жизни «официальной» жены), многие сторонники к нему охладели. Сама Устинья тоже была совсем не рада этому браку, словно предчувствовала, что побыть ей «ампиратрицей» суждено будет всего два месяца, а сидеть в тюрьме после казни мужа - долгих 28 лет.
Впрочем именно родным лжеПетра Третьего - его двум женам и детям - было назначено самое суровое наказание - многие из них умудрились встретиться в тюрьме с декабристами. Никакого объяснения тому, что семье пришлось томиться в заключении долгие десятилетия, не было.
Кроме одного - опасной фамилии.