«Не тот урожай, что в полях, а тот, что в закромах». Наверное, наш Минсельхоз забыл эту народную мудрость, по секрету всему свету анонсируя, что Россия соберет рекордные 130 миллионов тонн зерновых и сможет экспортировать 50 миллионов тонн. Как на днях сообщил министр Дмитрий Патрушев, есть риски, что таких показателей в нынешнем году отечественный АПК вряд ли добьется. Виновата, конечно, погода...
Из-за холодной весны к посевной во многих регионах приступили с задержкой. Сегодня из-за сдвинутых сроков с задержкой идет косовица хлебов. По данным аграрного ведомства, на 4 августа собрано на 8 миллионов тонн зерновых меньше, чем к этому уровню прошлого года. Значительно меньше.
На протяжении всего вегетационного периода мы слышали победные рапорты о хороших видах на предстоящий урожай. Озимые не померзли, как в прошлом году, аграрии всем необходимым обеспечены…
Невольно возникал вопрос: но если все так хорошо, то почему в открытом доступе нет никаких данных? Почему дозированную информацию можем услышать только от самого министра сельского хозяйства? Ведь раньше никаких секретов не было!
Не все было так хорошо.
Озимые к весне действительно вышли в отличном состоянии. Как правило, после зимы мы теряем 6–7% посевов, иногда даже больше, до 10. А в нынешнем году всего 3–4%.
Определенное беспокойство вызывал яровой сев. Их уже начали сеять, а заграничные партнеры, примкнувшие к санкциям, потребовали 100-процентную предоплату на свои поставки — из-за волатильности рубля, который кидало из стороны в сторону.
Никакой частичной предоплаты или разведенной по времени — даже по средствам защиты растений. Эти компании вообще не работали по предоплате, всегда давали отсрочку на год. Там огромные суммы, которых у наших крестьян нет.
Немало случаев, когда производители отказывались от покупки химикатов. По той причине, что себестоимость конечного урожая окажется ниже суммы, которую они заплатят за средства защиты растений. Бороться с сорняками намеревались старым дедовским методом — тяпками. Понятно, что урожайность пострадает, зато производители окажутся с прибылью.
На фоне этих проблем никто из серьезных аграрных аналитиков рекордных 130 миллионов тонн зерновых не ждал. Надеялись, но не более.
Смущала путаница по посевным площадям. По сообщениям из регионов, озимых засеяли 18,4 млн гектаров. А Минсельхоз в итоге отчитался о 19 миллионах. Вот откуда взялись дополнительные 600 тысяч гектаров? Они же должны дать урожай! Могут, конечно, не дать, но придется объяснять причину гибели, невсходов, хотя состояние озимых, как мы уже сказали, было хорошее, на природу списать трудно.
Независимые эксперты прогнозируют другие, более реальные цифры: 120–125 миллионов тонн, и это при условии хорошей погоды.
Тучный урожай (40,2 центнера с гектара против прошлогодних 28,3) привел к повышенной нагрузке на импортную сельхозтехнику, она чаще стала выходить из строя. А поскольку из-за введенных санкций запчасти и комплектующие из недружественных стран перестали поставляться, отсюда и снижение темпов уборочной страды.
Однако дело даже не в снижении валового сбора. Для внутреннего рынка нам хватит и перехватит зерновых. Тревогу вызывает качество урожая, оно ожидается хуже прошлогоднего. Здесь целая цепочка причинно-следственных связей. Нехватка средств привела к тому, что хлеборобы не смогли запастись нужными объемами удобрений и средств защиты растений, которые с начала года подорожали на 50–80%. Сюда добавим капризы погоды и сбои в поставках запчастей к сельхозагрегатам — тоже изрядно подорожавшим.
По мнению кандидата экономических наук, ведущего программы «Сельский час» Игоря Абакумова, вкупе все эти причины привели к снижению технологичности посевной кампании. Которое на природу уже никак не спишешь.
Через пошлину у зерновиков изъяли порядка 100 миллиардов рублей, их государство обещало вернуть минувшей осенью. Чтобы крестьяне смогли ударно подготовиться к весенней посевной кампании: закупить доброкачественные семена, удобрения, средства защиты растений.
Но вернуло только 20%, остальные улетели кто куда — на поддержку хлеборобам, молочникам, прочим аграриям. В результате у зерновиков не оказалось достаточно средств на удобрения и гербициды. Что и сказывается на качестве урожая. По некоторым регионам объем продовольственного зерна (для питания) составляют 50–70%.
Сколько в итоге мы получим продовольственной пшеницы, из которой пекут хлеб, и сколько отправим на экспорт, не знает никто. Фуражное зерно не в счет, оно в мире никого не интересует.
Автор: Владимир Чуприн