Казалось бы чего проще - щи они и есть щи. Но кто хоть раз ел щи, сваренные в печке, тот меня поймёт. Бабуля зимой топила печь два раза: рано утром и часиков в 6 вечера. Дед Володя был человек с "руками", чтобы тепло сразу расходилось по всему дому, в печь был встроен паровой котёл и по всему дому проведено отопление. Поэтому до вечера дома было тепло и уютно.
Щи варила бабуля в большой эмалированной кастрюле, белой, сбоку с красными гроздями рябины и маленькой серой птичкой. В ручку на крышке была вставлена винная пробка, чтобы руки не жечь.
Бабушка отодвигала кружок на плите печки и видно было, как пляшет в топке огонь. Ставила кастрюлю с водой и большим куском свинины, с косточкой. Как только закипал бульон, и была снята пена, кастрюля снималась с открытого кружка и дальше варились щи просто на печной плите. Пока кипел бульон, резалась хрустящая белая капуста, а мы стояли рядом в ожидании кочерыжки. Все готовилось по традиционному рецепту: поджарка с томатной пастой, и обязательно в финале сушеные семена укропа. Аромат стоял в доме, словами не передать! Мясо бабуля вынимала на большую тарелку, резала нам на порции и добавляла в тарелку со щами. И сметана. Настоящая, желтоватого цвета, почти масло. Так это было вкусно!
Только все равно, больше всего мы любили "вчерашние" щи.
Когда щи разогревали на второй день – это было совсем другое дело! Кубики картохи развариварились, капуста таяла во рту, а бульон был густым и томленым. Вот эти щи я любила больше всего. Так и спрашивала всегда: а есть вчерашние щи?
Эти щи были без мяса, потому что мясо, оставшееся от первого дня, бабуля могла пустить на приготовление второго блюда. Эта могла быть жареная вермишель, с нащипаным на полоски мясом, пережаренным с золотистым луком. Вкуснее, чем с тушенкой получалось!
Да, поесть бы их сейчас, этих томленых на печи, вчерашних щей! Или хотя бы потрогать беленую стенку печки, ощутить под пальцами сухую меловую побелку, уловить чуть заметный запах каленых кирпичей печных… Много лет прошло, а только, как будто вижу бабулю, как она вытирает испарину на лбу у горячей печки своей маленькой, выпачканной сажей рукой, оставляя на лице черную полоску. А потом у зеркала, оттирая сажу с лица, с улыбкой и как будто радостным удивлением, приговаривает: «Эхх, вот и хожу я такой-то красотой! И вы-то ничего мне не скажете!»
Фото из интернета