Люция.
Мое маленькое путешествие закончилось. Всего каких-то три недели, а ощущение, что я здесь пробыла три месяца. Когда только собиралась в поездку, планировала немного раскрасить свой быт, расширить географические горизонты и дать жизнь новой красочной статье в журнале. И никак не думала, что Сумгаит украдет мое сердце. Нет, оно не разбилось о скалы, не утонуло в “армуду”, не растеклось на сцене в виде невольницы Будур, оно просто не знало, как дальше без всего этого жить. То, что начиналось как милое приключение, флирт в сети теперь имело форму: точку на карте, четкие контуры и красивое имя: Селим.
При прощании он мало говорил, лишь не мигая смотрел в мое лицо, как бы запоминая его черты, каждую родинку и шрам. Я не искрила юмором, не пестрила бессмысленными словами, просто наслаждалась последними часами перед расставанием и неизвестностью. Я знаю, он ждал и надеялся, что я задержусь дольше, продлю свою визу, а потом мы вместе решим, как нам жить дальше. Но я не могла остаться. Между нами пролегала не только пропасть из тысячи километров, моей работы, семьи и вероисповедании.
Честно, я пребывала в растерянности. То, что произошло с нами, было фантастическим. И в тоже время пугающим. И сейчас банально требовалось время. Время осмыслить наличие нас друг у друга.
- Люц, - Селим стоял у капота своего кроссовера, расставив ноги и держа меня зажатой между ними. - Я не хочу тебя отпускать, боюсь что больше не увижу, если сейчас выпущу из объятий.
Я так боялась расплакаться и поджимала губы, запирая слезные каналы.
- Селим, мы сейчас ничего не решим, даже если я, утратив разум, останусь. Не говоря ничего, он теснее притянул к себе, максимально вжимая и расплющивая мою грудь о свое тело, уткнувшись в волосы, вдыхал аромат.
- Если ты вдруг забеременеешь, прошу тебя, сообщи.
Я припала к его бьющейся жилке на шее губами, запоминая вкус кожи, чтобы после одинокими ночами грезить о большем.
- Обещаю.
Селим.
Невозможная женщина. Такая нереальная и желанная. Близкая и одновременно далекая. Независимая и покорная разом. Думал, что проведу незабываемые каникулы, наполненные сексом, да и какой здоровый молодой мужик не пожелает ее, без обязательств, по обоюдному желанию, а взял и влюбился. А как можно не полюбить эту колдовскую синеву в глазах и медовые уста, шелк ее пшеничных волос. А ее характер ни на минуту не оставлял равнодушным, своим романтизмом бередя струны моей души. Оказывается, любить - это больно. Хотя до невозможности хорошо. Россия лишь одолжила ее мне на время и теперь забирала навсегда. Я чувствовал это.
- Sagol sevgim mənim*, - произнес я на родном языке так легко, словно птица во мне, долго спящая, выпорхнула наружу.
Я никому не говорил эти два слова. И сейчас готов повторять их вновь и вновь. Теперь чтобы завладеть этой славянской девочкой-женщиной, мне придется проделать долгий путь не только в расстоянии, но и в нас самих. Я не прощался. Я давал нам время. Ей и себе. Если так угодно Аллаху, мы будем вместе, не смотря ни на что, и я верил. Со мною была моя вера в него и нашу любовь.
Sago*l sevgim mənim* - до встречи моя любимая