В моей руки старенький карандашик. Не обычный деревянный карандаш, что нужно затачивать, а пластмассовый со сменными стержнями. Исписываешь один – вытаскиваешь его и переставляешь в конец карандаша. Новенький острый стержень готов писать сразу же. В моем детстве такие карандаши были шикарной новинкой. По началу. Потом, конечно, они превратились в обыденный предмет. Но самый мой первый – был уау! Прозрачный розовенький и с блестками внутри корпуса. Целых десять новых стержней внутри! Иногда я переставляла их просто так друг за другом, чтобы порадоваться обладанию такой волшебной штукой. Можно было мгновенно «обновить» пишущий предмет – не искать нож и во что точить, не отвлекаться на все это. А просто переставить стержень за секунды и писать дальше. Обладание чем-то чудесным и всемогущим таилось в этом карандаше. Ручки всех мастей не шли в сравнение – ни гелевые, ни с тонкими цветными стержнями, ни перьевые. Все это однажды переставало писать. И все! В карандаше же был смысл бесконечных возможностей. Как минимум 9 раз я могла возобновить мгновенно то, что только что закончилось. Но для меня это было все равно бесконечным. Ни разу не доводилось мне нарваться на то, что я исписала последний стерженек.
Я не пользовалась таким карандашом, наверное, лет двадцать, если не больше. Недавно знакомая девушка дала мне его в полевых условиях, когда я искала ручку для записи. Я так удивилась, что такие вещи еще в ходу. Записав, что нужно, я вспомнила ощущение всемогущества этого карандаша. Я смотрела на него. А он словно приглашал меня писать дальше: «Наташ, давай! Попиши мной! Ты же помнишь это особенное чувство написание слов карандашом. Слова шурша опускаются на бумагу. Грифель поскрипывает, истончается, превращается в начертания, превращается в смыслы».
Я не смогла сдержать себя и спросила: «Лиза, подари мне, пожалуйста, этот карандаш. Мне очень он нужен». Лиза удивилась слегка и отдала мне его с улыбкой.
Старенький карандашик. Белый непрозрачный корпус с почти стертой краской на нем. Когда-то он был бежевый с голубыми вкраплениями. Сейчас уже совсем не разобрать рисунка. Прежняя хозяйка не давала ему лениться. Яркой осталась лишь голубая пипочка на конце карандаша и остатки штрих-кода. Я не знаю, сколько там еще новеньких стержней. Но это меня и не печалит…
Последние дни у меня были вялыми и непролазными как дремучий лес. Ходила и мучилась, вроде и дела есть, а увлечения делами нет. А без увлечения не течет вдохновение.
Сейчас увидела «вечный» карандашик и пришла ко мне простая и чистая мысль: «Ничего не закончилось, все продолжается. Ты пишешь, стержень затупляется, но это не повод остановиться. Бери в руки карандаш. Продолжай приземлять слова на бумагу. За исписавшимся стержнем - будет новый, острый! Стержень за стержнем. Цепь не прервется. Когда-то и ты подаришь карандаш тому, кому это будет нужно. А пока пиши им то, что не можешь не записать. Это кому-то нужно сейчас. Ведь ты несешь в себе смысл, который для другого - чудо и волшебство. Ты – тоже «вечный карандашик» в руках Вселенной!
